О Культуре.
В Барнаульском ВВАУЛ готовили лётчиков широкого профиля. Там нас учили уравнению Бернулли и прививали нам любовь к культуре.
После обеда мы курсанты-первокурсники строем с песней «Нас в полёт провожал генерал», написанную на слова нашего взводного поэта Алтая капитана Черкасова, которую мы усердно репетировали к знаменательному событию – присвоению начальнику училища полковнику Парфёнову генеральского звания, прибываем к казарме.
У входа в казарму стоит начальник первого курса майор Сурис, как всегда, кисть правой руки держит между пуговиц кителя и рядом с ним капитан Голиков (родственник или нет тому Голикову, так и осталось не выясненным) замполит курса.
Команда: «Стой». Младшие командиры выполнили свои формальности. Наш курс, четыре курсантских взвода построен.
Майор Сурис коротко что-то сказал – не помню. Слово предоставил замполиту. Капитан Голиков довёл до нас, что из политотдела училища поступило распоряжение на нашем курсе из числа курсантов создать танцевальный ансамбль. Голиков достал блокнот, ручку и приготовился записывать.
Мы стоим, не поймём - куда мы приехали учиться: на лётчиков – толи как: тут песни пой, там пляши. Майор Сурис своим грозным голосом спрашивает:
- Кто желает?
Я стоял в первой шеренге, и кроме лыж коньковым ходом не знал ни одной фигуры движения ногами, ни одного «па».
Но во второй шеренге за мной стоял будущий полковник курсант Шура Мазепин. Ему, видно очень хотелось попасть в этот танцевальный кружок. Шура вместо того, чтобы положить мне руку на плечо, чтобы я освободил ему путь в искусство, толкнул меня со всей силы вперёд так, что я выпал из строя и налетел на майора Суриса.
Сурис вытащил кисть правой руки из кителя своих пуговиц и взял мои пуговицы:
- Фамилия?
Я представился. Он поворачивается к замполиту и говорит:
- Запиши.
Шура, конечно, тоже успел, и был записан в искусство. Но в танцорах под номером «Один» значился я. Так научили же. Вместо самоподготовки - несколько раз в неделю репетиции в клубе. Ещё на конкурсах какие-то места занимали. На гастроли по Алтаю ездили.
Даже не знаю, кого больше благодарить: Шуру Мазепина или майора Суриса?
Раз уж вспомнили Суриса Зельмана Моисеевича.
Вспомнил про «Ситуацию».
Это в Барнаульской филармонии был такой неудачный спектакль. Билеты продадут штук 20-30. Зрители приходят, а зал-то пустой, а представление не отменить. Тогда нас курсантов первокурсников вроде, как подшефных, быстренько строят и в театр- заполнять зрительный зал.
Но речь не об этом.
В очередной раз нас в театр построил и повёл начальник курса майор Сурис. Строем в составе четырёх взводов мы успели дойти до КПП. Дежурным по училищу в тот субботний вечер был будущий начальник кафедры аэродинамики - подполковник Черепенин.
Черепенин вышел к КПП и объявил майору Сурису, что культпоход курсантов в театр на сегодня политотдел не спланировал и поэтому он нас с территории училища не выпустит.
Началась перепалка – между подполковником Черепениным и майором Сурис. Каждый считал, что он прав. Подполковник был как всегда необычайно красноречив. Но майор - еврей.
Курсантам было всё равно в какую сторону идти. Такого представления нам и без театра хватило.
Победил майор Сурис! Ура!!!
«Ситуацию» я смотрел три раза.
Евгений Жигалов – однокашник по училищу, тоже - от курсанта до полковника.
Цитата из высказываний майора Суриса Зельмана Моисеевича:
- Встал в строй - и не шевелись!
Перед походом в театр, как правило, проводил расширенный инструктаж, особенно в первый раз.
Из инструкций по посещению театра:
- На свое место проходить к зрителям передницей, а не задницей!
- Конфеты не жрать, бумажками не шелестеть"
- Во время спектакля не разговаривать никак!"
Полностью были проинструктированы и инструктаж этот помню всегда, когда посещаю театр.
Продолжение:
Предыдущая часть: