Главный киномиф ХХ века
«У каждого искусства есть свой нерв. У кино — монтаж». Эту мысль приписывают Сергей Эйзенштейн — и, пожалуй, она давно превратилась в расхожую цитату, затёртую до блеска. Но странная вещь: стоит сегодня пересмотреть «Броненосец Потёмкин», как вдруг понимаешь — фильм по-прежнему физически действует на зрителя. Именно физически. Не «убеждает», не «иллюстрирует революционный пафос», а буквально давит ритмом кадров, как море давит на корпус корабля. Я думаю, в этом и заключается его настоящая историческая загадка...
