Её не отправили в самое пекло, как бы она не боялась - она действительно была в госпитале, что находился в тылу, недалеко от передовой, но в то же время в относительной безопасности. Соня работала сутками напролет, забывая о сне и отдыхе и уже с "закрытыми глазами" делала перевязки, успокаивала ребят, писала за них письма домой, а некоторым и зачитывала вслух весточки от родных. Было очень тяжело, утомительно, но нельзя было в это время сейчас себя жалеть. Были ведь те, кому во много раз хуже. Уж она теперь знает наверняка.
Ей было легче, когда в свободные минутки она сидела рядом с врачом и тихо с ним беседовала о разном - о жизни, о солдатиках, о том, что всё уже не будет так, как прежде.
Глава 1. Мачеха
Глава 2. Я никогда твоей не стану
Максиму Ивановичу было сорок восемь лет, и с самого начала, с лета 1941 года он служил, спасая чужие жизни. К ним привозили бойцов из полевого госпиталя, где там оказывали первичную помощь, а потом уже за дело брался хирург Максим Иванович.
Он заприметил Соню сразу, как только она приступила к работе. Молоденькая и старательная рыжеволосая девушка была похожа на воробушка, который отбился от своей стаи и ждет защиту.
Женатый, но бездетный хирург увидел в ней родную душу. И часто, в редкие минуты, когда это было возможно, они беседовали в ординаторской, вернее, в закутке в конце коридора, отделенного ширмой, так как прежний кабинет был переоборудован под палату.
Он рассказал, что родом из поселка Чёрного, который на два года менял название на Растяпино, а потом 22 июня 1929 года стал Дзержинском. Что живет с женой Зоей, которая работает медсестрой на заводе, и что детей у них нет - были две замершие беременности.
Соня слушала и чувствовала, как её сердце наполняется теплом к этому человеку. В нем было что-то такое, чего она была лишена была в последние годы - заботы, доброты и понимания.
Она тоже рассказывала о себе, ничего не утаив.
Когда он услышал о её побеге из дома, в голосе его было большое удивление:
- Что, девочка, вот так взяла, собралась и сбежала?
- Да, Максим Иванович. Взяла и сбежала. Невмоготу было дальше там оставаться. Мачеха после похоронки на отца себя возомнила главной хозяйкой в отцовском доме, и всё чаще говорила, что Андрей обязательно вернется, что он придет и тогда я должна выйти за него замуж.
- Какая нелепица! Будто бы в прошлое вернулся, где родители за детей судьбу решают.
- Она бы всё сделала для этого. А еще... Я боялась Андрея. Вдруг он вернется и страшное сотворит, что загонят они меня в угол...
Максим Иванович понимал, о чем толкует девушка. Он положил ей руку на плечо и произнес:
- Даст Бог, всё образуется в твоей жизни, девочка. А может, кого из солдатиков приглядишь, - он улыбнулся.
Но Соне было не до любви - работа с Максимом Ивановичем изматывала её, но всё же, девушка понимала, что приносит большую пользу тем, кто пострадал в этой войне.
****
Два с половиной года, с ноября 1942 по май 1945 года Соня и Максим Иванович работали рука об руку. Что только не повидала девушка за это время, сколько жизней оборвалось на её глазах, сколько боли и слез пришлось ей увидеть и самой испытать. А сколько раз они срывались и уезжали - то госпиталь перевозили, то Максима Ивановича переводили. И везде, всегда она сопровождала его. Соня получила от врача во сто раз больше знаний, чем получила их на курсах. И уж точно многому не могли бы её научить даже в училище. И вот наконец Победа, которую они встретили в Белоруссии, куда продолжали привозить эшелонами ребят и девчат.
Но только с Победой ничего не закончилось. Они еще два месяца с Максимом Ивановичем трудились в госпитале, порой там лежали и местные жители. Работы, конечно, стало намного меньше, но всё же она была. Максим Иванович говорил, что ждет не дождется, когда он сможет вернуться домой. И, едва будет такое распоряжение от начальства, тут же незамедлительно поедет к жене. А вот Соня... Она не знала, куда ей податься. Может, остаться здесь, в этом госпитале? Вернее, уже в больнице. Будет новый врач, будут другие лица. Но какая ей разница, если она уже однажды начинала жизнь заново? Многие грезят о родном доме. Только вот у неё такого не было.
- Сонька! Я приказ получил об увольнении, - Максим Иванович вошел в сестринскую и показал бумагу.
- Поздравляю вас, Максим Иванович, - искренне порадовалась за него девушка. - Скоро жену свою увидите, обнимете её.
- Ты улыбаешься, но глаза твои грустные, - заметил хирург, присаживаясь рядом с ней на кушетку.
- Тяжело будет прощаться с вами, Максим Иванович. Вы ведь как отец мне стали за эти два с половиной года. Чего мы с вами только не натерпелись, чего только не повидали...
- А может, и не надо нам прощаться? - хмыкнул он, глядя на неё с хитринкой. - Тебя ведь здесь уже ничего не держит, твои подружки Настя и Валя домой еще неделю назад уехали.
- Ничего не держит, верно, - кивнула она. - Но некуда мне ехать, Максим Иванович.
- А ежели с собой в Дзержинск позову, поедешь?
- Вы? Меня? С собой? - удивилась она.
- Да, дочка. Всё верно, - кивнул врач.
- Но как же это? - она покраснела. - А вдруг ваша жена не так поймет? Явитесь вы с непонятной девицей на пороге, неудобно будет перед вашей супругой.
- Моя супруга удивительная женщина. Добрая, ласковая, но при этом в ней горит живой огонь. А еще она умная, - с любовью произнес Максим Иванович. - Неужто ты думаешь, что она опустится до глупой и ни чем не обоснованной ревности? К тому же... Она знает о тебе. В письмах я писал ей о твоей необычайной работоспособности и выносливости, о том, как ласкова ты с солдатиками, как они тебя нежно сестричкой зовут. И о судьбе твоей я писал.
- И что же ваша супруга? - спросила тихо Соня.
- Она была бы рада познакомиться с тобой. Поехали, София Владимировна. Начнем новую жизнь. И я надеюсь, что мой дом станет и твоим родным домом.
***
Через несколько дней они уехали в Дзержинск. Соня сидела в поезде и смотрела в окно на проплывающие за ним поля и леса.
Максим Иванович дремал напротив. Соня смотрела на его спокойное лицо и думала о том, как странно складывается судьба. Она встретила этого человека на войне, всё это время доверяла только ему, и теперь он вез её в свой дом, чтобы представить жене. Жене, которая уже знала о ней и ждала её. Разве так бывает в жизни? Кто бы ей рассказал - никогда бы не поверила!
****
Они подошли к простенькому небольшому дому, что стоял на одной из тихих улиц города рядом с заводом. Максим Иванович открыл калитку, и Соня шагнула во двор.
- Зоя! Зоенька моя, ты дома? - крикнул он как можно громче.
Из дома тут же выбежала женщина. Она была невысокой, круглолицей, с добрыми глазами и улыбкой, которая озаряла все лицо. Соня почувствовала, как сердце сжалось от волнения.
- Максим! - бросилась она к мужу и так они обнялись крепко, что, казалось, никакая сила их не оторвет друг от друга. Но всё же, когда стихли волнительные шепоты, когда супруга врача вытерла слёзы радости с глаз, она повернулась к девушке и улыбнулась:
- Если я не ошибаюсь - ты и есть Соня?
- Здравствуйте, Зоя Леонидовна...- девушка протянула ей руку.
- Можно просто Зоя, - женщина протянула руку в ответ, но тут же рывком притянула Соню к себе и крепко обняла, словно мать родная.
- Максим Иванович столько о вас говорил! Столько рассказывал... - пролепетала девушка.
- Да и о тебе в письмах поведал. Максимушка, пойдемте в дом, пойдемте. Уставшие, небось, с дороги.
А вечером, когда Соня уже засыпала, она услышала тихие шаги. Зоя Леонидовна подошла к кровати, на которой девушка спала, и поправила на ней простынку. Жгучие слезы потекли у Сони от этой заботы. Она вспомнила отца... И вспомнила мачеху, которой никогда бы в голову не пришло так сделать.
***
Дни потекли мирно и спокойно. Соня помогала по дому, готовила, убирала, но с Зоей Леонидовной это было так легко, так приятно!
Соня чувствовала, как оттаивает ее душа. Она снова училась улыбаться, смеяться, радоваться мелочам. Она забыла о Клавдии, о тяжелой работе, о том доме, где её сделали служанкой и нянькой.
Но иногда по ночам она просыпалась и думала о сестрах. Как они? Что с ними стало? И жив ли Андрей?
- Не думай о прошлом, - сказала ей однажды Зоя, увидев её задумчивое лицо. - Ты здесь, дочка, в безопасности. Живи настоящим и будущим.
- Я пытаюсь, - ответила Соня. - Но иногда прошлое не отпускает.
- Всё перемелется и мука будет. А твоя мачеха пусть других служанок ищет. А Андрей, дай Бог выжил, или он уже нашел себе жену, или вскоре найдет ту, кто за него замуж пойдет. Уж шибко велик теперь выбор невест.
ЭПИЛОГ
Соня работала медсестрой на заводе вместо Зои Леонидовны. Сама женщина теперь трудилась с мужем в поликлинике.
И там же, на заводе, Соня познакомилась с Сергеем слесарем, который тоже прошел нелегкий, но славный военный путь.
Очень быстро молодые люди сблизились и уже в декабре 1946 года они расписались. Жили Сергей и София в комнате общежития, что парню от завода дали. Это близко было к работе, к тому же Сергей не хотел быть в "приживалах" у Максима Ивановича и Зои Леонидовны. Хотя те были бы не против, ведь они называли Соню дочкой и говорили, что этот дом будет всегда открыт для них.
Соня это знала всегда. И когда у них с Сергеем родилось двое детей, когда им дали от завода небольшую квартиру в новом доме в 1952 году, она знала, что дом врача и его жены всегда встретит их теплом и уютом.
Заимев взрослую "дочь" бездетные Максим Иванович и Зоя Леонидовна обрели внуков, в которых души не чаяли.
И младшая дочь Сергея и Сони стала врачом, как добрый дедушка Максим, который очень Еленой гордился.
А как прожили свою жизнь Клавдия, Мария и Дарья, Соня так и не узнала. Не узнала она и о том, выжил ли Андрей или нет. Та страница жизни навсегда была для нее закрыта.
Максима Ивановича не стало в 1967 году, через три года ушла из жизни и Зоя Леонидовна.
В 1996 году умерла и София Владимировна, а муж пережил ее на двенадцать лет.
Благодарю за прочтение. Другие рассказы можно прочитать по ссылкам ниже:
Так же вы можете прислать свои истории по контактам в описании канала.
Будет очень приятно за поддержку в виде лайка 👍, если вам понравилось, так это поможет продвижению канала.