Жанна
Как и ожидала — Антон берет трубку, так как ночью я его никогда не беспокоила.
— Мама? Что случилось?
Голос сонный, но уже беспокойный.
— Прости, сынок, что разбудила. Алису в отделение полиции доставили, в нетрезвом состоянии.
Раздается ругань и шорох. Кажется, сын окончательно проснулся.
— Ты сможешь подъехать? Чтобы она не была одна, пока я доберусь. Мне отсюда минут сорок тарахтеть. И это если такси найдется в такой час.
— Конечно. Но я не пойму — как такое возможно? Я вчера Лисой созванивался, она собиралась к своей этой Карине с ночевкой ехать.
— Не знаю… Ничего не знаю.
Всхлипываю. Что ж я за мать такая?!
— Ма, не плачь. Ладно? Разберемся. А Лиска… еще получит. Совсем уже.
— Да-да, не буду…, — вытираю лицо тыльной стороной руки. — Увидимся в отделении. Спасибо, сынок, что не отказал. Я знаю, что ты не хочешь меня видеть.
На том конце раздается тяжелый вздох.
— Мам, прекращай. Я не… не хочу… Короче, я хочу тебя увидеть. И поговорить обо всем. Просто мне нужно было время. Но сейчас главное — Алису забрать.
— Конечно. Спасибо, родной. Все, заканчиваю разговор. Нужно одеться.
— Да. Не торопись, я побуду с сестрой, мы тебя дождемся.
Антон отключается, а я шепотом благодарю Бога, что у меня есть такой сын: моя опора, лучший друг и настоящий мужчина, что не предаст мать никогда.
В дороге не могу думать ни о чем, кроме как о дочери. Сперва ругаю ее мысленно всякими словами, и себя заодно. Но чем ближе к центру города, тем меньше остается во мне злости. Наверное, Алисе плохо. Она ведь и пить не умеет. И кто знает — почему в таком состоянии оказалась. А вдруг… дома совсем плохо стало? Или Лика ей наливала?!
Одна страшная мысль сменяется другой. Я себя накручиваю до предела, мысленно подгоняя сонного таксиста. А он как назло — едва тащится.
Влетаю в отделение полиции, переполошив сотрудников.
— Карпова… Я мать, — выпаливаю и показываю свой паспорт.
— Мам, я уже договорился. Алису отпускают, только ее доки достань.
Откуда-то сбоку показывается Антон. При виде его крепкой фигуры перестаю трястись как заяц. Все будет хорошо…
Показываю свидетельство о рождении дочери, но на этом дело не заканчивается. Мне, как матери — читают целую лекцию о том, как опасно употребление алкоголя в столь юном возрасте. Как будто я этого не знаю, или сама дочери рюмку в руки совала! Но приходится выслушать, дать слово, что такое больше не повторится и расписаться в журнале, что забираю ребенка под свою ответственность. Антон в это время молча присутствует рядом, и я так благодарна ему за эту молчаливую поддержку.
— А где Алиса? — спрашиваю, когда с бумажками покончено и нас отпускают.
— Пьет чай. Ей сотрудники заварили, чтобы «мать не шокировала» — как они выразились, — хмыкает Антон. — Идем, заберем эту алкоголичку начинающую.
Сын шутит, чтобы разрядить атмосферу, но мое сердце все еще не на месте. Успокоюсь только тогда, когда своими глазами увижу, что с дочерью все в порядке.
В небольшом уютном кабинете меня встречают сочувствующие взгляды полицейских и один виноватый — от Лисы.
— Мама!
Она тут же вскакивает, подбородок прыгает от набегающих слез.
— Алиса!
Раскрываю объятия, и она подбегает ближе. Плачет. Громко, по-детски, уткнувшись носом мне в шею. От нее… пахнет. Но это сейчас неважно. Важно то, что она жива, рядом со мной и я могу ее обнять. Мою бедную, испуганную девочку…
— Тише, доченька. Все хорошо, я здесь. Сейчас поедем домой.
Она затихает и напрягается.
— Только не к папе. Пожалуйста! — шумно дышит, не отпуская меня.
Обмениваюсь взглядом с Антоном. Все-таки моя интуиция меня не подвела: что-то случилось у Игоря дома. И если он виноват в том, что стряслось с дочерью, или руку к этому приложила его любовница… Убью обоих!
— Поедем ко мне. У меня квартира маленькая, но уютная. Думаю, тебе понравится.
Алиса быстро кивает, вытирает лицо.
— Спасибо за чай, — пытается улыбнуться молодым парням в форме.
— Не пей больше, красотка! — подмигивает один из них. И Алиса вспыхивает.
— Не буду больше. По глупости получилось.
— До свидания. Спасибо за дочь.
Прощаюсь со всеми, и мы уходим. Холодный ветер треплет мои волосы, остужает пылающие щеки.
— Кстати, с первым днем зимы, — между делом бросает Антон, предлагая локоть сестре.
— Уже декабрь? — хмурюсь.
Надо же, как быстро месяц пролетел. Я и не заметила.
— Да.
— Мам, прости меня пожалуйста…, — начинает Алиса, но я перебиваю.
— Потом, зайка. Все обсудим потом. Давайте-ка ловить машину, иначе замерзнем.
Улыбаюсь сыну и дочери. Кажется, все оказалось не так плохо, как я думала еще пару часов назад. И я все еще нужна им, моим самым главным людям — моим детям.
Жанна. Новый день
Сегодня суббота и мне не нужно собираться на работу. Тихо кручусь на кухне, раздумывая — чем бы порадовать дочь на завтрак. Присутствие Алисы в квартире разбавило мое вынужденное и такое болезненное одиночество. Как-то сразу стало легче жить, захотелось снова просыпаться по утрам. И даже то, что остаток ночи мы провели на узком диване вместе, нисколько не испортило общего настроения.
Антон уехал к себе, как проводил нас до квартиры, а на прощание крепко обнял. И это объятие — стало лучшим доказательством того, что он больше не сердится на меня. От сердца отлегло.
Нерешенных вопросов оставалось все еще много, но пока дети со мной — я со всем справлюсь. Должна! Ради них, и самой себя.
Ближе к одиннадцати Алиса проснулась и пришла ко мне на кухню: заспанная, помятая, с размазанной тушью. Клюнула меня в щеку и замерла на табуретке, поджав под себя ногу.
— Как ты, малыш? — ласково спросила, выставляя перед ней посуду. Помнится, Лиса как и я — тоже любит по утрам кофе.
— Лучше, — дочь мотнула головой, отчего волосы упали на лицо.
— Умойся и будем завтракать. А потом поговорим. Договорились?
— Ладно…
Она оставила свой смартфон на столе и пошла в сторону ванной. В глаза бросился разбитый экран. Чтобы Алиса разбила свой новенький яблочный гаджет? Да быть такого не может, явно что-то стряслось вечером или ночью. Она с него едва не пылинки сдувала. Это был подарок Игоря дочери на первое сентября, как стимул учиться лучше и выйти-таки на золотую медаль. Сейчас эти планы кажутся мне чем-то смехотворным. Разве это важно?
Разве все это: телефоны, общественное мнение, обязательная золотая медаль к выпуску — стоят чего-то по-настоящему? Нет. Только близкие люди, их поддержка и забота. Остальное мишура.
Мы завтракаем в тишине, наслаждаясь кофейным напитком, тонкими золотистыми блинчиками по рецепту моей бабушки и солнцем, которое внезапно выглянуло между хмурых зимних туч. На кухне по-своему уютно: тепло, пахнет едой и безопасно. Не хватает ремонта, но лучше уж так, чем как в квартире Ярослава: холодный хром, черные поверхности и полное отсутствие уюта.
Ярослав…
Еще один немаловажный человек для меня, как выяснилось. Я думала, что внутри все давно отболело, отжило свое. Но я увидела его настоящим, без прикрас и «брони»: таким домашним и простым, заботливым отцом и другом. И в душе опять заворочалось старое сожаление и тоска по несбывшимся мечтам. Именно о таком муже я грезила, такого отца желала своим детям…
— Спасибо за завтрак, очень вкусно, — Алиса подает голос, и я переключаюсь. Сейчас нужно решить вопрос с дочерью, а вот прошлое может еще немного подождать. Жили же мы как-то двадцать пять лет порознь…
— Пожалуйста. Добавки?
— Нет. Мам, я…
Алиса запинается, нервно теребит локон. Она всегда так делает, если хочет в чем-то признаться, но не знает с чего начать. Не тороплю. Пусть расскажет сама.
— Я очень сильно ошибалась, мама, — наконец-то выдавливает севшим голосом. — Лика… совсем не такая, как я думала. Она хитрая и подлая. И она меня обманула.
Такой поворот мне совсем не нравится, и я напрягаюсь.
— Что именно она сделала?
— Я думала, что могу ей доверять…, — крупные слезы-градины срываются с ресниц и Алиса закрывает лицо ладонями. — Она и папу обманула. Только он еще об этом не знает. Но уже поздно…
— Так, Лисенок, все это звучит очень плохо. Можно поконкретнее? — я уже реально нервничаю от такого предисловия. Что эта дрянь устроила в мое отсутствие? Еще и ребенка моего втянула.
— Сперва Лика была очень милой, дружелюбной. Подарила мне брендовую футболку, которую якобы получила в подарок от своих родителей. Это потом я узнала, что вещь краденая.
Алиса вытирает лицо и тяжело вздыхает, не глядя на меня.
— Краденая?
— Ну да. Она стащила в бутике с витрины.
— Откуда ты это знаешь? Может, приврала для красного словца? — я даже засомневалась на мгновение. Мало ли что могла сочинить Лика, желая показаться крутой тинейджеру?
— Я сама видела, как она эта делает, мама, — Алиса еще сильнее сгорбилась на табуретке, словно нахохлившийся воробушек. Мое материнское сердце не выдержало.
— Ты же понимаешь, что не несешь ответственность за ее поступки? Лика совершеннолетняя и сядет в тюрьму, если ее поймают.
— И меня вместе с ней…, — дочь опять расплакалась.
— С чего бы это вдруг? Алиса, посмотри на меня. Ты воровала вместе с ней?
— Один раз, — прошептала в ответ. — Она сказала постой на стреме, отвлеки продавцов вопросом. И я помогла.
— Зачем?! Дочка, разве ты не знаешь, что этого делать нельзя?
— Знаю! Все выглядело как прикол. Я не думала, что она всерьез украдет… А потом было поздно. Я не могла никому рассказать. Лика сказала, что теперь мы связаны общим делом. И если я ее сдам — у меня тоже будут неприятности.
— Господи боже, какая же она…
Других слов для нее у меня нет.
— На этом все? Ты из-за этого напилась?
— Нет. Это было в самом начале.
— Алиса, ты меня в могилу сведешь раньше времени…, — прикрыла лицо руками на секунду, чтобы собраться с духом. Я даже не уверена, что готова услышать всю правду.
— Прости, мамочка!!
Алиса рыдает так отчаянно, что рвет мне этим сердце. Пересаживаюсь ближе, притягиваю свою горемычную дочь к груди.
— Тише, зайка. Все мы ошибаемся иногда. Главное, сделать правильные выводы и больше никогда так не поступать… Так что там с папой?
— Я мало что знаю, Лика в детали меня не посвящала-а…, — на Алису нападает икота.
— Попей водички.
Терпеливо жду, пока дочка успокоится и сможет продолжить.
— Лика напоила папу, а меня попросила сфотографировать его рабочие документы и перекинуть ей. И еще… я совершенно случайно ей разболтала папин пароль.
— Какой пароль?
— У него на ноутбуке стоит пароль. Но я не раз видела, как папа заходит. И я не понимаю, как она умудрилась у меня это все вызнать. Честное слово, я не специально рассказывала! Это все было между разговорами, с шутками… Мама, что будет с папой теперь?
— Подожди…
Пытаюсь из этой кучи разрозненных фактов составить общую картину, но это довольно сложно, с учетом того, что я никогда не лезла в дела Игоря и мало интересовалась — что в его документах и компьютере.
— Пароль и документы — это вчера произошло?
— Документы вчера вечером сфотографировала, пароль до этого еще…, — Алиса испуганно ерзает на стуле. — Пока вчера сидела с полицейскими, до меня дошло, что я не просто услугу Лике оказала. И выпить с ней шампанского она предложила не просто так.
— Так это она тебя напоила?!
Чем больше слушаю, тем сильнее хочется добраться до этой гадины и голыми руками придушить. А Игорь… Какой же лопух, прости господи… Позволил какой-то преступнице рыться у себя в карманах, по сути. А еще пел мне, что у них любовь….
— Все вышло по-дурацки. Сперва Лика папу напоила, и он уснул. После того как я скинула ей все фотки с его документов, она сказала: «Пошли тусить в клуб, отметим важный день».
— И ты пошла, конечно же… Без ведома отца, не спросив у меня разрешения!
— Тебя не было дома, а звонить я не стала. Лика все время говорила, что ты не современная, не в теме… Что все вокруг разводятся и не нужно из этого трагедию раздувать… Что можно жить как хочется, ведь я уже совсем взрослая.
— М-да, по-взрослому ты накуролесила…
Я встала и принялась ходить по кухне туда-сюда, так как не могла сидеть от накатывающего волнами волнения. Алиска по глупости помогла аферистке, а та запустила руку в дела Игоря. И в другом нагадила: дочь втянула в кражу в бутике, чтобы Лиса не могла отвертеться от помощи ей. Запугала общей тайной и ответственностью. Так еще и напоила в клубе!
— Где сейчас Лика?
— Не знаю, — Алиса вымучено выдохнула. — Она исчезла возле клуба, пристроив меня к какой-то компании. Она умела заводить знакомства, всегда такая уверенная. Сказала, что забыла свой телефон на барной стойке, но так и не вернулась.
— А как ты в отделение полиции попала? Нужно было брать такси и домой ехать.
— Я не могла…, — глаза дочери наполнились новой порцией слез. — Там же папа… И он ничего еще не знает. Как я ему расскажу? Лика явно сделал что-то плохое. Потому я осталась гулять по городу с этой компанией.
— Лиса, это просто ужас! А если бы тебя обидели? Ты ведь никого там не знала.
— Эти парни и девчонки оказались неплохими. Купили мне какой-то напиток…. А потом мне стало плохо. И откуда-то машина полицейская взялась. Я смутно помню, как мы ехали. Меня тошнило.
Я на это лишь головой покачала. Алисе очень повезло, что незнакомые парни не сочли ее легкой добычей и не развлеклись в темном переулке. И патрульная машина очень вовремя показалась. Надеюсь, этот урок дочь запомнит на всю жизнь. Остается открытым вопрос — что искала Лика в документах Игоря и чем эта сумасшедшая «любовь» обернется для всей семьи.
Ярослав
Всю ночь не могу сомкнуть глаз. За окном уже светает, а я все думаю о том, что сказала Жанна. Точнее о том, что наша жизнь могла быть совсем другой. Если бы не одно «но».
Первой реакцией, ясное дело, были ярость и обида. Такая острая обида за то, что меня лишили даже не то, что шанса быть отцом Антону, а вообще — выбора. Меня не спрашивали: хочу ли, надеюсь ли на отцовство… Нет. Просто не дали шанса.
Глупо было нападать на Жанну, винить во всем. Сейчас я это понимаю, когда эмоции чуть поутихли. Корень у всего зла один, и к величайшему огорчению — это мой собственный отец.
Не понимаю: как он мог так поступить со мной? С нами обоими? Знал ли он, что Жанна в положении? Догадывался, что отказывается от собственного внука?
В очередной раз шумно выдыхаю, глядя в сереющий на рассвете потолок. Я столько лет упустил, что даже страшно. А примет ли меня Антон? В груди тоскливо ноет… Сердце? Или просто последствия бессонной ночи.
Встаю. Сон не придет, сколько не старайся. Лучше потрачу этот новый день на то, чтобы мои сыновья ни в чем не нуждались. Знаю, что еще ужасно рано, но делаю пару звонков: своей помощнице — с требованиями, чтобы передвинула все дела и освободила мне неделю. Бывшей — с категоричным объявлением, что больше она не получит и копейки, а если ей Мишка не интересен — пусть катится в ад. Там ее очень ждут.
Надоело содержать эту беспринципную дрянь, кормить, снабжать брендовыми шмотками и сумками… Все равно Миша знает, как мать к нему относится. И она даже не пытается делать вид, что любит его. Так может… ну его, такую купленную «любовь»?
У Мишки теперь есть старший брат. И нам еще всем предстоит познакомиться. И есть… Жанна. Не знаю, простит ли мне вчерашний ледяной тон, поймет ли — что это всего лишь эмоции. Но я действительно не ожидал такого поворота. А сейчас очень хочу их забрать, всех. Своего сына: узнать его, заглянуть в глаза, услышать его мысли — чем живет, что планирует, как жил… Блин, я даже не уверен, что ему нужен! Парню двадцать пять лет! В это время я уже полностью отделился от отца и поднимал свой бизнес с нуля.
Антоха… В груди становится тесно от эмоций. В голове — полный сумбур. Я пропустил всё: первые шаги, школьные линейки, его первую драку и первую влюблённость. Не мальчик, а уже мужчина. К нему не подойдешь с подарком: «Привет, я твой папа». Может и в бороду дать.
Тру лицо ладонями, прогоняя усталость. Жанна! Вот, кто может нас свести вместе, соединить. Стать тем мостиком, что сейчас отсутствует. Но… захочет ли она помогать?
Не знаю, то ли дело в настроении, то ли в решимости, которая бьет во мне ключом, но я бегу на кухню с целью поскорее справиться со всеми делами и рвануть за сыном. И Жанной. Без нее — теперь никуда.
Одной рукой жарю яйца, другой просматриваю тачки в телефоне. Взрослому мальчику — взрослые подарки. Не сразу, конечно, чтобы не подумал, что пытаюсь купить внимание. Но мне бы самому было приятно, если бы отец подарил машину. Он-то для меня никогда поблажек не делал, как и дорогих подарков. Немного подкинул денег в самом начале, и я их честно вернул, все до копейки, еще и с процентами.
— Привет, па…
На пороге появляется мое заспанное чудо.
— Миха, чисть зубы и возвращайся. У меня для тебя есть новость.
Сын убегает, а я нервно смеюсь в одиночестве. Вот так, Лавруха, меняется твоя жизнь! В одно мгновение. Плакался мысленно, что ничего нет, все ужасно… А вот оно как бывает: за черной полосой белая. И на этот раз я свое не упущу. Сына — верну, Жанну… Здесь сложнее, но все еще есть шанс. Зачем-то же судьба свела нас вместе спустя столько лет?
Завтракаем на бегу. Мишка приходит в восторг от новости, что у него есть старший брат. Да еще такой взрослый. Мелкому передается мое настроение, и мы управляемся очень быстро. А затем несемся по уже известному маршруту, к дому Жанны.
Набираю ее номер с четким планом: не сойду с места, пока она не согласится свести меня с сыном. Не уеду, пока не поговорим. Точка.
Гудки быстро обрываются и в трубке звучит удивленный голос:
— Ярик?
— Привет. Я могу подняться? Со мной Миша.
На том конце звучат приглушенные голоса. Жанна не одна?
— Хорошо, сейчас открою. Поднимайтесь.
Киваю сыну, и мы выбираемся из авто. Еще раз поражаюсь в каком неудачном месте живет Жанна. Если у нас что-то срастется, то ни дня моя женщина больше не будет жить в этом гадюшнике. Чего стоят эти испитые лица под подъездом!
Зыркаю на мужиков с самым мрачным видом, и они рассасываются.
— Здесь плохо пахнет, — тихо шепчет Миша, зажимая нос в лифте.
— Да, сынок. Бывает и такое.
На этаже нас встречает Жанна. Она хоть и растеряна нашим внезапным приходом, но выглядит не менее нервной, чем я. И что у нее стряслось?
— Здравствуй, Мишенька! — ласково кивает сыну, потом переводит взгляд на меня. — Привет, Ярослав. Я рада, что ты позвонил.
А уж как я рад, что все проходит гладко и спокойно. Ненавижу крики, ругань, истерики… Жанна в этом плане молодец, держит себя в руках. Ну, если не считать вчерашнего вечера.
— Мы не вовремя?
Спрашиваю, а сам прохожу в квартиру. Если у Жанны есть мужчина… это все усложнит. Но в коридоре меня встречает… девчонка-подросток.
— Привет, — киваю. Наверное, дочь Жанны. Как я мог о ней забыть?
— Здравствуйте, — смотрит настороженно, лицо какое-то… зареванное?
— Так, давайте как все пройдем в зал. Там есть диван и вообще…, — Жанна осторожно проходит мимо меня, приобнимая Мишу за плечи. — Мишенька, ты не голодный? У нас блинчики на завтрак.
— Он не голодный, — отвечаю на автомате, рассматривая более чем скромную обстановку жилища Жанны.
— Но, папа… Блинчики же! — Миша делает такие глаза, что мне остается только кивнуть. Блины — его любимое блюдо. А так как у меня они вечно не получаются, то и печет их только моя мама. А в последние месяцы это стало редкостью.
— Чай? Кофе? — Жанна не смотрит на меня, задавая вопрос.
— Нет, спасибо. Не суетись. И вообще, пусть Миша ест на кухне… Нам бы поговорить.
— Да, сейчас, — Жанна дергается, суетится, делает лишние движения. — Это Ли́са.
Представляет мне дочь, а при виде моего удивленного лица, поясняет:
— Вообще-то полное имя Алиса, конечно. Но мы привыкли Ли́ской называть.
Жанна и Миша уходят на кухню, а я остаюсь с «Лиской». И чего же мы такие мрачные? Разве девочкам в этом возрасте не положено улыбаться, радоваться?
— Вы мамин мужчина? — тихо спрашивает Алиса, глядя исподлобья. — Не подумайте, я не осуждаю. Просто… интересно. Мама сказала, что вы можете нам помочь.
— Могу, — киваю, не до конца понимая о чем речь. — А в чем дело?
— Лучше мама расскажет, я не…, — она прикладывает ладонь к губам, и отворачивается. Опять плачет??
— Эй, Лис, если тебя кто-то обидел — я вырву ему ноги с корнем, так и знай. Будет ползать за тобой на брюхе и просить прощения. Хочешь?
Пытаюсь рассмешить девчонку, но выходит плохо. Алиса еще сильнее всхлипывает.
— Так, я Мишку усадила. От чая отказался…, — в дверях появляется Жанна. Окидывает нас взглядом.
Я вскидываю ладони вверх, показывая, что ребенка не обижал.
— Милая, пойди умойся, а мы поговорим, ладно? И покажи Мише, где мёд лежит. С блинчиками самое оно.
Жанна выпроваживает дочь, легонько коснувшись ее плеча. А потом поворачивается ко мне.
— Прости за слезы… У нас тут беда случилась.
— Это-то я вижу. Что стряслось?
— Сначала ты. Ты же… зачем-то приехал? А я тут сразу со своими проблемами, — Жанна виновато опускает взгляд. Подхожу вплотную.
— Что с твоей дочкой, Жан? Мой вопрос терпит.
— У тебя есть друзья или знакомые… В общем кто-то, с кем можно проконсультироваться? Хороший юрист, может даже — следователь?
Такого я никак не ожидал и потому выдал неудачную шутку:
— Вы кого-то убили и нужно спрятать труп?
— Ярик?! Ну как ты можешь? Нет, конечно.
Жанна вспыхивает, как маков цвет. Но хотя бы смотрит мне в лицо.
— Жаль, а я уж представил себе это увлекательное приключение: ты, я, Лиса и Миша… Прячем труп, замотанный в ковер, в багажник моей тачки.
— Все-то у тебя шуточки… Я и забыла, каким ты бываешь, когда настроение хорошее, — Жанна неожиданно тепло улыбается.
Улыбка ее красит. Словно внутри уставшей женщины просыпается та самая девчонка… Жанчик-одуванчик. Мой одуванчик! И теперь, когда я знаю, что та самая Жанна еще здесь, не позволю исчезнуть снова, закрыться. Я обязательно вытащу ее наружу.
Все части внизу 👇
Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Бывший. Жизнь начинается в 45", Лия Флекс ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9
Часть 10 - финал ❤️