Пожалуй, на сегодня хватит, увидимся завтра. Надеюсь, вам понравился рассказ. Я бесконечно благодарна вам за донаты, лайки, комментарии и подписки. Оставайтесь со мной и дальше.
Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
Поддержать канал денежкой 🫰
Новый рабочий день начинается с обычной суеты: встречаю детей, обсуждаем прошедший день, читаем сказки. Время неумолимо приближается к шестнадцати часам, и я все больше нервничаю. Сегодня снова увижу Ярослава. И этот факт меня страшит и одновременно — не дает покоя.
Полночи не могла сомкнуть глаз, все прокручивала в голове детали нашего разговора, вспоминала прошлое. Прошло так много лет, что я успела напрочь забыть обо всем: о сильных чувствах к Лаврову, о том, что Тоша — его сын, по сути.
Ни Игорь, ни Антон — не знают правды. Муж думал, что сын родился чуть раньше срока, а я не стала ничего уточнять. А то, что был похож только на меня внешне, да и по характеру с отцом таким разные, никогда у нас не обсуждалось. Антон всегда был моим мальчиком. Игорь не то, чтобы сторонился его, но может что-то чувствовал на уровне инстинктов. Что ребенок не от него. А я, как могла — сглаживала острые углы, мирила моих мужчин.
Гнала от себя мысли, что обманываю мужа. Даже пыталась убедить, что может Антон и вовсе от Игоря. Чтобы забыть Лаврова, я с головой ушла в новые отношения, все закрутилось так быстро… Как говорят — клин клином вышибают? И я в точности следовала этому совету, отдавая всю нежность и внимание Игорю.
Может, будь я не так несчастна и изранена в те дни, смогла бы разглядеть, что Игорь лишь принимает мою заботу и редко что дает в ответ. Но я предпочла быть слепой и… повесила своего ребенка на чужие плечи.
Правда наваливается раз за разом тяжелыми волнами, угрожая утянуть на дно сильнейшего чувства вины и раскаяния. Я пока еще держусь, но откровенно говоря — из последних сил. И надо же было Лаврову появится тогда, когда я думала, что все в прошлом, похоронено и забыто. И как теперь быть?
— Добрый день.
Знакомый голос выдергивает меня из задумчивости. Вскидываю голову. Ярик! Все такой же, как и вчера. Значит, он мне точно не привиделся.
— Добрый…
Теряюсь под слишком уж пристальным взглядом.
— Мишенька, собери карандаши и верни на место, — прошу и делаю вид, что очень занята рассматриванием ничего не значащих бумажек перед собой.
— Тебе еще долго здесь сидеть? — Лавров подходит ближе. Опирается на край стола. Нависает так близко, что это практически неприлично.
— Ярослав Михайлович, держите дистанцию, — отодвигаюсь максимально.
Хмыкает, но делает как прошу. Теперь он стоит в двух шагах от меня, чуть за моим плечом. И даже не знаю, что хуже: видеть его, или знать, что он наблюдает со своего «поста».
Миша собирается домой, переодевается. Но у меня кроме него — еще двое учеников осталось.
— До свидания, Жанна Викторовна!
— До завтра, Миша.
— Мы ждем у школы, — бросает Ярик, словно это само собой разумеющееся.
Сжимаю кулаки крепче и встаю. Догоняю Лавровых уже на пороге.
— Ярослав, прекрати это делать! — шиплю, чтобы другие ученики не слышали. Правда, это не спасает меня от внимательных глаз Миши. Он рядом и все замечает. На симпатичной мордашке — недоумение. Я бы тоже на его месте удивлялась: ему не понятно, что происходит между папой и учительницей. Да и я не до конца понимаю, что между нами творится. Шел бы уже домой Лавров и не маячил перед глазами!
— Прекратить что? — Ярослав быстро наклоняется ко мне, задевая носом мои волосы и шепчет. — Я только начинаю, Жанчик-одуванчик. И намерен докопаться до истины. И ты либо помогаешь мне, либо я действую по своим понятиям.
Отступает, а мне остается только ртом хватать воздух. Что он имеет в виду? Что задумал?
Старое прозвище бьет в самое сердце точным прицельным ударом. Жанчик-одуванчик… Именно так называл меня Ярослав, когда мы были вместе. Мои волосы всегда слишком пушились, разлетались во все стороны, если ходить с распущенными, но Лаврову это нравилось. Кажется, ему нравилось во мне абсолютно все. Как я смеялась, что говорила, моя фигура и черты лица. И только сейчас понимаю, что больше никто в моей жизни меня так не любил, как он.
От этого наши встречи становятся только сложнее и тяжелей. Каждый раз вспоминать то, что никогда не вернуть — слишком уж изощренная пытка. И не то, чтобы я хотела вернуть… Просто от воспоминаний никуда не деться. А с учетом того, что мой муж мне изменил с молоденькой девчонкой, эти воспоминания жалят вдвойне сильней. Словно прошлое говорит мне: «Ты сама виновата во всем и пришло время платить по счетам. Оставайся и дальше несчастной».
Трясу головой, прогоняя навязчивые мысли. Так и до депрессии недалеко, рукой подать. Но хорошо, что у меня есть мои дети, есть работа. Даже свой угол. Все ведь не так плохо, правда?
Обманываю себя снова и снова, цепляюсь за эту спасительную ложь. Потому что, если приму правду — останется только лечь и умереть от жалости к самой себе, и своей неудавшейся жизни.
— До свидания!
— До свидания, до свидания…, — бормочу, провожая последнего ученика.
Надеюсь, что Ярослав все же уехал и не стал дожидаться меня. Медленно собираюсь, оттягивая момент встречи. Может, мне повезет и огромного черного внедорожника просто не окажется у крыльца?
Расписываюсь у входа и сдаю ключи от класса. Сквозь большое панорамное окно первого этажа отчетливо вижу машину Лаврова и… как мой сын приближается к школе по тротуару. Что забыл Антон здесь? Сейчас?!
Сердце испуганно дернулось, и я бросаюсь навстречу сыну. Зачем же он пришел, да еще и не предупредил! Мысли несутся вскачь, путаясь и налетая друг на друга. Толкаю тяжелое полотно двери плечом и выскакиваю на улицу, едва не споткнувшись о порог.
— Антоша!
Сын тут же ускоряется на мой крик.
— Мам? А ты чего тут? Я думал, ты еще в школе сидишь. Вот решил встретить, проводить до дома. Темнеет рано и мне не нравится, что ты ходишь одна по вечерам.
Антон устало трет лоб, поправляет капюшон. Должно быть, сразу после работы рванул ко мне. А это через полгорода тащиться в забитой до отказа маршрутке. Ох, сынок, лучше бы ты поехал домой и отдохнул.
— Нет-нет, все ерунда! — шепчу, судорожно хватая его за рукав куртки и пытаясь развернуть обратно, в сторону остановки. — Иди, пожалуйста, иди. Все хорошо. Мы увидимся завтра. Позвонишь... потом.
— Мама, ты в порядке? — Антон вскидывает бровь, заглядывая мне в глаза. Он не двигается с места, и кладет руки мне на плечи. — Ты вся трясешься. Что случилось? Тебя кто-то обидел?
Меня и правда всю трясет на нервной почве. Каждая клетка тела кричит об опасности. Вот сейчас выйдет Ярослав. Увидит сына и все поймет. Сопоставит даты, возраст, черты лица... Господи, они так похожи! Как я раньше не замечала этой схожести в разрезе глаз, в том, как они оба хмурятся и разговаривают? У Игоря более плавные черты лица, а Антон... Антон — вылитый Ярик в молодости.
Мои худшие опасения сбываются уже в следующую секунду. Дверь черного джипа распахивается и выходит Лавров. Высокий, мрачный, весь какой-то напряженный. Медленно подходит к нам, и его взгляд, такой тяжелый и подозрительный, перебегает с моего перекошенного от страха лица на сына.
— Жанна, все в порядке? — в голосе звенит сталь. Ярик останавливается чуть в стороне, но так, чтобы в случае чего, оказаться между мной и Антоном. — Он к тебе пристает? Мне разобраться?
Антон оторопело смотрит то на меня, то на Лаврова, который ведет себя так, словно вправе вмешиваться в наши дела. Должно быть, сын в шоке и не понимает, что происходит. А я… вот именно этого и боялась больше всего.
— Извините, а вы кто такой? — с вызовом спрашивает сын, ничем не уступая отцу: тот же недовольный тон, тот же разворот широких плеч. Он выпрямляется во весь свой немаленький рост, демонстрируя, что не даст меня в обиду.
Я хочу что-то сказать, как-то объясниться, но язык будто прилип к небу, а в горле застрял ком. Антон и Ярослав разглядывают друг друга с холодным подозрением и скрытой агрессией, словно два пса, готовые сорваться в бой.
И тут меня спасает Миша. Он выбирается из машины и, подойдя к отцу, тянет того за рукав.
— Пап, может поедем уже? Я хочу домой.
Этот детский голосок возвращает меня к реальности. Я шумно вдыхаю прохладный осенний воздух, чувствуя, как дрожь отступает. Все, точка невозврата пройдена. Теперь нужно как-то выкручиваться.
— Ярослав, это мой старший сын, Антон, — выдавливаю, заставляя губы растянуться в нечто, отдаленно напоминающее улыбку. — Антоша, это... Ярослав Лавров, отец одного из моих учеников.
Неловкая пауза повисает в воздухе. Я вижу, как по лицу Ярослава пробегает тень удивления, а затем — странное облегчение. Его напряженные плечи немного расслабляются.
— Так это твой сын... — он протягивает руку Антону, и тот автоматически пожимает ее. — Ну, привет, Антоха!
«Антоха»... звучит так, будто он знает его с пеленок. Меня от этого обращения бросает в пот.
— Привет, — сухо отвечает Антон, не сводя настороженных глаз с Лаврова.
Сын подается вперед, рассматривая Ярослава в свете тусклого школьного фонаря. А я закусываю губу, надеясь, что он ничего не заметит. Хотя сходство просто поразительное. Антон никак не может отвести взгляд, а я не знаю что и придумать, чтобы его поскорее увести. Пока и Лавров не стал присматриваться. Хорошо, что Антон надвинул капюшон практически на лоб!
— Мы с твоей мамой некогда были очень близки, — словно подливая масла в огонь, негромко добавляет Ярослав и улыбается. От этой улыбки и слов — холодеют внутренности. Не нужно подробностей! Я так хотела оставить все в прошлом, похоронить в себе. А он… Что же он делает?!
Антон ничего не отвечает. Он лишь хмурится все сильнее, не отрывая взгляда от Ярослава. В его глазах читается непонимание, смешанное с зарождающимся подозрением. И при этом он продолжает молчать. Но я уже представляю, что последует потом, когда мы останемся наедине. Боже мой, это какой-то кошмар! Как же быть?
— Давайте подброшу всех до дома, — кивает на авто Ярослав, больше обращаясь к сыну, чем ко мне.
— Мы сами, — качает головой Антон. — Да, мама? Или ты хочешь поехать с ним?
Мне не нравится, как он выделяет голосом последнее слово. Неужели… все понял?
— Пройдемся, — тут же цепляюсь за локоть сына. — Засиделась в классе, хочу подышать свежим воздухом.
— Как хотите, — пожимает плечами Лавров и обнимает за плечи Мишку. — Тогда, до завтра, Жанна… Викторовна.
И подмигивает нам обоим.
Антон переводит мрачный взгляд на меня:
— Идем, мам. Нам пора.
— Доброй ночи, Миша. До свидания, Ярослав Михайлович.
Разворачиваюсь, позволяя сыну увести себя прочь, но ощущаю между лопаток прожигающий взгляд Лаврова. Делаю несколько шагов в наступающих сумерках, и уже почти верю, что пронесло и смогу что-то придумать дома, за чашкой чая... Как вдруг Антон резко высвобождает свою руку и останавливается.
— Мама, я задам этот вопрос всего лишь раз. И ты ответишь. Но только правду! Этот человек…, Лавров, он мой отец?
Ярослав Лавров
— Папа, а что значит — были близки? Ты и Жанна Викторовна дружили в детстве?
Вопрос Мишки очень интересный. Даже больше того — бьет прямо в цель.
— Очень дружили. Жанна была моей любимой девочкой. Вот тебе кто-то в классе нравится?
— Не-е-ет, — тянет насмешливо сын. — Я тут новенький. И вообще, мне не очень нравится эта школа.
— Почему?
— Все такое… старое. В туалетах плохо пахнет и нельзя закрыться. В столовке дают безвкусную кашу.
— А хорошее что-то есть? Ты же знаешь, что мы перебрались в эту школу из-за того, чтобы быть поближе к маме.
— Люба не хочет меня видеть…, — Миша называет мать по имени и умолкает. За грудиной печет от обиды за сына. Мой маленький сынок все понимает, а я ничего не могу с этим поделать. Не заставить эту дрянь любить его ни за деньги, ни насильно.
— Мама хочет, просто занята немного, — очень стараюсь, чтобы мой голос не выдал истинные эмоции. Потому как в такие моменты я представляю как отрываю этой курице ноги. — Хочешь, завтра заедем к ней? Я заберу тебя пораньше, купим тортик к чаю?
Спрашиваю, а сам прикидываю: в какую копеечку мне влетит простое чаепитие с бывшей. Если бы я знал, что довольно средний по всем меркам секс приведет к таким последствиям и мне придется буквально покупать время Любы для сына, никогда бы и не взглянул в ее сторону. Сколько нормальных женщин вокруг, а меня угораздило застрять с этой… недоматерью!
— Хочу, но ты будешь с нами чай пить. При тебе… мама не ругается и не разговаривает по телефону по полдня.
Киваю и обещаю, что завтрашний день — будет просто супер. И готовлю в уме разговор, который убедит Любу посвятить вечер сыну. С каждым новым месяцем такие разговоры происходят все чаще, и обычно заканчиваются скандалом. И Любка знает, чем меня достать: тут же становится в позу, что больше могу к ней Мишку не привозить вовсе.
И чтобы отвлечь сына от грустных мыслей, перескакиваю на свое детство.
— Мы с Жанной Викторовной сидели за одной партой какое-то время. Я ее за банты дергал, учебники прятал. А она… даже не пыталась пожаловаться нашей классной учительнице. Все терпела.
Воспоминания вызывают грустную улыбку. Все было бы в моей жизни гораздо проще, если бы Жанна не сбежала. Я видел ее своей женой, матерью для детей. И уверен, что и бабушкой она была бы прекрасной. Но это дурацкое «если бы»… К сожалению, всего лишь несбыточные мечты.
У Жанны такой взрослый сын, даже не верится. Уже мужчина. Мне он понравился: как бросился защищать мать, как разговаривал… Таким бы я хотел видеть Мишку в будущем. А если бы мы не разбежались — Антон мог бы быть моим сыном. Сыном…
Мысль тревожно цепляет какие-то невидимые струны души. Пытаюсь вспомнить — сколько именно прошло лет, но так сразу и не скажешь. Двадцать шесть или двадцать пять? В каком месяце мы расстались? Вроде бы была весна…
— Папа, осторожнее!
Едва не вылетаю на бордюр, так задумался.
— Прости, сынок! Ты в порядке??
— Да. Ты что — уснул за рулем?
— Нет. Хотя отдохнуть не мешало бы. Что хочешь на ужин — курицу или суп?
— Только не суп, — Мишка хихикает и ерзает. — Шоколадку бы…
— Только после еды.
В этом плане у меня не забалуешь — режим дня и режим питания нарушать не разрешаю. Дополнительные секции и спорт. Пытаюсь вырастить из сына разносторонне развитую личность. И пусть времени не всегда хватает, надеюсь все же, что для Мишки я — хороший отец. Мой так со мной никогда не возился.
Невовремя всплывают слова Жанны о том, что мне стоит поговорить с собственным отцом и он прольет свет на то, что случилось тогда между нами. Решаю, что как только Мишка уснет — обязательно наберу отца. Мы разговаривали в последний раз на праздники. Кажется, пришло время нарушить тишину. У меня есть вопросы и я намерен получить на них ответы.
Что узнает Ярослав в разговоре с отцом? Расскажет ли тот сыну правду или выкрутится? Продолжение завтра.
Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Бывший. Жизнь начинается в 45", Лия Флекс ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6
Часть 7 - продолжение ❤️ (подпишитесь, чтобы не пропустить)