После немого молчания разговор продолжается сначала на повышенных тонах, потом скатывается в осознание, на которое Сергею нужно время. А я неожиданно для себя понимаю, что тоже всё это время хотела получить ответы на вопросы, мучающие меня вот уже много лет.
Я и не понимала, как мне важно узнать, почему он это сделал? Не подозревала, что я с такой жаждой, словно я путник в пустыне, буду ловить его слова, его взгляд, анализировать его голос.
– Удивлён?
– Да.
– Почему?
– Не было даже намека. Ты ничего мне не сказала, – он продолжает держаться за голову, я вижу, как он глубоко потрясён.
– Я и не знала. Я довольно долго не знала. Успела снова выйти замуж до того, как поняла, что беременна именно от тебя.
– А ты уверена?
– Я б тебе пощечину дала, право слово. Нет, просто стою здесь и раскидываюсь такими заявлениями.
– Просто сама только что сказала.
– Срок был очень большой. Отцом можешь быть только ты.
– Я не знал.
– Хватит этот повторять.
– Я всё это время считал, что поступил, как должен был, хотя много раз об этом пожалел, – он прошёлся по кабинету. – Я не знаю... Матвей мой сын. И мы с его матерью всё-таки какое-то время смогли изображать семью для ребёнка. Как видишь – ничем хорошим это всё равно не закончилось, но были бы у меня с моим ребёнком такие отношения, как сейчас, если бы всё сложилось иначе? Если б...
– Если б ты был воскресным папой?
– Если б ты меня простила.
– Так это я виновата?
Чуть не подавилась воздухом от возмущения.
– Ты утверждаешь, что я тебя бросил. Но ты не желала меня видеть. И первая подписала бумаги о разводе.
– Ты думаешь о том, какие у тебя были бы отношения с Матвеем. Зато вот со Светкой у тебя в итоге отношений ровно никаких. Как-то так вышло, и… Я не уверена, что я должна войти в твоё положение и пожалеть тебя.
– Я понимаю, что тебе тоже пришлось несладко.
– Несладко? Ты даже представить не можешь, через что мне пришлось пройти. Через какие волны унижения. Раз за разом. Раз за разом! Сначала – когда твоя беременная любовница заявилась, потом когда я от твоей матери выслушивала, что наш брак ничего не стоит, и я, выходит, тоже ничего не стою – подумаешь, расписались по молодости и глупости! Дальше развод, сочувственные взгляды. А потом, когда я уже вышла замуж за другого и узнала – беременность и материнство проходили для меня в осознании, что настоящий отец моего ребёнка – не мой новый муж. И каково мне было? Всего лишь несладко, думаешь?
– Нам нужно поговорить спокойно. Не сейчас. Не на работе, и не на таких эмоциях.
– Думаешь, надо? И… реально считаешь, что мы сможем?
– Но мы ведь взрослые люди.
– Светка знает.
– Что?
– Я ей недавно сказала. Как раз из-за ситуации с Матвеем. Я во дворе поймала их, когда они чуть не поцеловались.
– Вот даже так… – Сергей подошёл к окну и приставил лоб к оконному стеклу. – Давай попробуем поговорить нормально. По-человечески.
– Давай попробуем поговорить. А мы сейчас не разговариваем?
– Сейчас мы кричим друг на друга и что-то пытаемся доказать. Нам нужно остыть.
И мы решаем немного выдохнуть. Однако ещё до конца рабочего дня Сергей заирает меня, и мы едем вместе ужинать. Мне этого не хочется, но работать всё равно нормально не могу. Голова пухнет от мыслей. Хочется кричать, высказать ему всё, расплакаться – и это всё одновременно.
Сергею явно не лучше чем мне. Он тоже сильно взволнован.
– Значит, Светка знает? И как она отреагировала?
– Спокойно. То есть… Про тебя она, кажется, даже не подумала. Как ты понимаешь, её сейчас заботит вся эта ситуация с Матвеем. Там ведь друзья, школьная тусовка. Света очень сильно из-за этого всего переживает. И ему ничего сказать не может.
– Ты запретила?
– Подожди! Ты хочешь меня в этом обвинить? А что я должна была делать? Разрешить ей всё ему сразу рассказать? Тебе не кажется, что сначала мы, взрослые, должны разобраться между собой?
– И как, мы разобрались?
– Мы пытаемся, нет? Разве не для этого мы вместе ужинаем?
– Давай так. Поедим молча. Успокоимся. Потом поговорим.
– Если получится.
Конечно же, у нас не получилось, но, кажется, когда человек занят тем, что ест, он просто физически не может испытывать стресс и немного успокаивается. Так что мы продолжили уже немного легче. К Сергею пришло смирение с ситуацией. А ко мне.. А что ко мне? Не знаю, что должно теперь измениться? Я только понимаю, что мы ворошим старые раны. И я решаюсь сделать шаг бывшему мужу навстречу.
– Знаешь, я ведь вижу, что тебе тяжело. По тому, как ты и раньше пытался завести разговор о нашем прошлом, по тому, как хотел со мною сблизиться. Я понимаю, что тебе не всё равно и ты, кажется, до сих пор глубоко переживаешь то, что случилось между нами много лет назад. Не знаю, права я или нет?
– Ты права, – сознаётся он. – Я всё ещё не могу этого до конца забыть. Мой новый брак… он ничем хорошим не закончился. Мы поняли, что нужно разводиться, едва сошлись, но тянули ещё семь лет. И если б не решили, что хватит с нас – Матвею долго ещё пришлось бы выслушивать нашу ругань. А так… – он помолчал. – Сейчас я понимаю, что если б я знал, что ты беременна, я бы не ушёл из семьи.
– А с чего ты взял, что я бы тебя простила? Что я разрешила бы тебе оставаться рядом? Ты не забыл, что изменил мне? Что Матвей не из воздуха появился?
– София… Это было через пару месяцев после нашей свадьбы.
– Через три месяца.
– Наверное так… Мы с тобой тогда сильно поругались, и ты сама сказала, что наш брак – так, бумажка, и что ты в любой момент уйдёшь и не пожалеешь ни секунды. Я тогда психанул и сам ушёл на три дня из нашей комнатушки, помнишь?
– Помню. Я тогда сильно переживала и плакала.
– А потом я вернулся с цветами и на коленях просил прощения.
– Это я тоже помню.
– Я тогда сказал тебе, что погорячился, вспылил и этого никогда больше не повторится.
– И это я помню. Ещё как дура была такая счастливая. Думала – вот это у нас брак! Не то что у других – скукотища. А у нас жизнь бьёт ключом. Ссоримся, миримся. Какая я была слепая дура…
– Это я был дурак. Вот тогда я сдуру и изменил тебе. В эти три дня. Это было самым глупым поступком в моей жизни. Правда, когда я смотрю на Матвея… Мне трудно так рассуждать. Пацан ведь хороший получился, – он провёл рукою по волосам. – Я понимаю, что виноват. Сейчас больше, чем когда-либо, понимаю. Я тогда решил тебе ничего не говорить. Так для себя решил, что этого никогда не повторится, а ты не узнаешь. И всё у нас впредь будет хорошо. Да и жена моя бывшая, мама Матвея… Она не хотела замуж. За мной она тогда бегала, это было. Но она не хотела детей и то, что её насильно замуж за меня выпихали, когда она о столице мечтала и о судьбе певицы... В общем, ей эта беременность крылья подрезала и она очень злилась на меня. На меня, понимаешь, а не на тебя! И пришла она тогда к тебе на день рождения, чтобы мне насолить. Ей хотелось, чтобы я страдал за то, что сделал. Замуж она за меня не собиралась. А наши родители хорошо дружили. Моя мать – она ещё с нашего детства с её матерью нас поженили. Ну и тесть мой карьеру мне прочил в городе, всё ждал, когда я за ум возьмусь. Я долго терпел, потом решил – все. И жена поддержала. Мы ведь укатили отсюда – подальше от них, насильно нас женивших. А мне надо было уехать от своих воспоминаний. Думал – легче будет. А не стало легче…
– Так говоришь, как будто дитем малым был, неразумным.
– С одной стороны – уже нет. С другой стороны – дурак молодой был. Мне хорошо в уши влили, что надо правильно поступить. Что у ребёнка должен быть отец. На это надавили. Ну а ты меня выгнала. Наотрез отказалась разговаривать со мной – не то что меня прощать. В той ситуации я был неправ – но где-то назло тебе, назло себе, назло своей бывшей, тогда ещё будущей жене всё это сделал. Я не хотел этой свадьбы, она не хотела. Но мы взяли и поженились всем назло. В итоге мучались сами.
– Всем назло? Твоей матери на радость.
– Да. Она до сих пор не простила мне, что я развёлся. Собственно, и мой отъезд тогда она не простила. Но ничего, общаемся. Куда она от меня денется? Не откажется ведь от непутёвого сына.
– Алефтина Григорьевна в тебе души не чает.
– Есть такое. К счастью или к сожалению. И Матвея любит… София!
– Что?
– А что мы всё обо мне и обо мне? Не хочешь мне рассказать, как ты сама жила все эти годы?
Смотрю на него и слова застревают в горле.
– Про меня ты всё уже знаешь. Добавить нечего, – всё, что могу из себя выдавить.
– Мы разве не встретились, чтобы откровенно поговорить? – Сергей смотрит на меня внимательно.
– В первую очередь мы встретились, чтобы поговорить о детях, – напоминаю ему.
– Я расскажу Матвею, – Сергей кивает, словно сам себе обещает это.
– Твоё право. Наверное, так будет лучше.
– Скажу ему, что сам не знал.
– Оправдаться перед своим ребёнком – святое дело.
– Зачем ты так? – Сергей хмурится. – Ведь я не знал. Ты скрывала от меня.
– Я не уверена, что у тебя было право знать.
– Снова будешь обвинять меня? – он смотрит на меня прямо.
– Не знаю. Я пытаюсь понять, простила ли я? Теперь и у тебя есть повод для досады на меня, и весомый. Наверное, как отец, ты должен был знать, но вся моя жизнь… да и... не важно. То, что я знала тогда о тебе – что у тебя другая семья, жена, ребёнок. Вроде не стоило всё это снова бередить. Было больно. Должно быть, нормальные взрослые люди ставят друг друга в известность. Хотя бы в известность. Но из этого города я сбегала, как с пожара. Я была вне себя от боли.
– Мне тяжело это слышать, – Сергей хмурится снова.
– Так что – не хочешь слушать? – поднимаю на него глаза.
– Я не об этом. Мне жаль, что сделал тебе больно.
– Мне тоже жаль, Сережа. Мне так жаль.
Разговор не клеится. Не знаю, что добавить. Про свою жизнь с Петром я Сергею рассказывать не хочу. Мы с Сергеем никогда не говорили про его измену. Ни тогда, давным давно. Ни сейчас, когда я только приехала, тем более. И вот впервые вдруг решили что-то выяснить.
Странно всё это. Если его мать, его отец – те, другие, на тот момент, более взрослые и разумные чем мы с Сережей, люди, даже за брак наш союз, официально зарегистрированный, сознательный – отказались считать, то что говорить про то, что Сергей уходил от меня аж на три дня и за это время успел мне изменить.
Смотрю в окно. По улице идут люди, несут пакеты из магазина, торопятся по домам. Из молодежи большинство бредут, уткнувшись носами в телефон. Жизнь продолжается. Всегда и везде.
– О чём ты думаешь? – вытаскивает меня из моих мыслей Сергей.
– О тех трёх днях, когда мы поругались. Надо ж такому было случиться, что эти три дня навсегда изменят обе наши жизни.
– И не говори, – Сергей невольно усмехается. – Понимаешь, я души не чаю в Матвее. Это мой сын, и когда я думаю, что всё могло быть по-другому… Не могу я об этом думать. Понимаешь, и так как ты выворачиваешь, что вот я сыну стал отцом, а родной дочери не стал – этого я тоже не хотел. Тогда я хотел остаться с тобой. Я хотел, чтоб ты простила меня. Я скрыл, что случилось, а когда оно вот так обнаружилось, я так хотел, чтоб ты меня выслушала, поняла, простила, может быть.
– Я тебя выслушать должна была, я тебя просить должна… Снова я везде виновата, да?
– Перестань, София.
– Извини уж меня, такую упёртую и непонятливую. Не смогла простить тебе твою беременную любовницу.
– Да не была она тогда моей любовницей, София!
– Ладно, мы снова на повышенных тонах говорим. Никуда нас это не приведёт, – я стараюсь успокоиться, перевести дыхание. – Что было, то было, Серёжа. Так ведь? Мне сейчас важно только то, что Светка подумает. И как она дальше будет жить с этим новым знанием. Ты хочешь общаться с ней?
– Конечно, – он отвечает быстро, подаётся вперёд. – Я об этом тоже в первую очередь хотел поговорить. Мы должны…
– Ничего мы не должны, подожди. Светка уже не маленькая, почти взрослый человек.
– Я понял, что она у тебя самостоятельная девочка… У нас, – вдруг поправляется он.
– Никаких “нас” нет, – быстро обрубаю я. – Я хотела сказать, что это только Светке решать – хочет она с тобой общаться или нет. И ты понятия не имеешь, как отреагирует на новость Матвей. Так ведь?
– Ну… не знаю, правда. Но это, по крайней мере, объяснит ему ситуацию. Пока он на всех злится. И на тебя, и на Свету тоже. Думает, что она пошла на поводу у матери. Это всё неправильно.
– Неизвестно, как он отреагирует, – повторяю я. – Так что, Сергей, выяснение наших с тобой отношений давай оставим до лучших времён. Что было, то было. Сейчас нам нужно всё объяснить нашим детям и посмотреть, как мы сможем дальше общаться – и нужно ли это кому-то, так ведь?
Он нехотя кивает. Должно быть, у Сергея другие планы или мысли на этот счёт, но он решает со мной не спорить.
Я беру чашку в руки, делаю глоток уже остывшего кофе. Невкусно. Ставлю обратно на блюдце. Смотрю на бывшего мужа.
Мне так странно, что я вообще могу так вести себя с мужчиной. Ведь Сережа тоже не подарок. И если подумать, он по характеру посложнее будет, чем Пётр. Но на Петра я боялась не то что голос повысить, глаза лишний раз поднять. А тут вдруг как будто вернулась в молодость – в своё прежнее, нормальное состояние.
От мыслей о Петре на душе сразу стало гадко, неприятно. Я узнала недавно, что он не даёт мне развод. Значит, придётся искать адвоката. Придётся говорить с кем-то об этой ситуации, всё рассказывать. Наверное, мне нужно было сразу этим заняться.
За окном вдалеке проезжает трамвай, звякает на повороте. Я провожаю его взглядом.
– Ты о чём снова задумалась, София?
– Так, о своём. Так что – расскажешь Матвею, да?
– Да, сегодня с ним поговорю. А дальше посмотрю по обстоятельствам.
Но так вышло, что дети всё решили за нас.
Вернувшись, я выясняю, что Светки дома нет. Так как Сергей подвёз меня, я понимаю, что он ещё не доехал до дома, но всё же звоню ему и сообщаю про это, попросив выяснить срочно, дома ли Матвей?
Сергей перезванивает через пять минут, говорит, что сын не берёт трубку. Я всё это время названиваю Светке.
Ещё через минут десять выясняется, что Матвея тоже нет дома. Эти двое, не факт, что вместе, но всё же где-то пропадают и не отвечают на телефоны.
Я очень сильно разволновалась, а вот Сергей разозлился. Уж не знаю – в принципе он не привык к непослушанию своего подростка или этот конкретный случай вывел его из себя. Мы сегодня и так на эмоциях, и тут такое.
Тем не менее, когда я снова сажусь в машину Сергея, он ведёт себя уже куда спокойнее. Голос собранный, вид хмурый, но он не нервничает и рассуждает логически.
– Позвонил его друзьям. Они со Светой сегодня в школе поругались.
– Боже мой, – выдыхаю.
– Его друг Стас говорит, что Матвей пожалел об этом и должен был сегодня попробовать со Светой помириться.
– То есть… Они где-то вместе могут быть сейчас?
– Почти наверняка, – Сергей резко выдыхает, берёт свой телефон и записывает сыну гневное голосовое сообщение. Вскоре раздаётся телефонный звонок. Перезванивает Матвей.
– Ты где? – рявкает Сергей в трубку. – Света с тобой?
Мне не слышно, что Матвей отвечает, но Сергей спрашивает:
– Где вы?
Так что, наверное, они где-то вместе.
– Светка с ним? – переспрашиваю я, хотя Сергей ещё не закончил телефонный разговор. Он кивает. Мы едем на набережную. Вскоре я уже вижу вдалеке силуэты двух наших подростков. Они стоят у перил, общаются. Матвей замечает отца, касается плеча Светки. Она тоже смотрит в нашу сторону. Потом на брата. Они перебрасываются ещё парой слов и идут к нам.
– Это как понимать? – Сергей выскакивает из машины. – Мы с мамой Светы волновались!
– А вы с мамой Светы ничего не хотите мне рассказать? – как-то уж больно нагло сразу, с ходу спрашивает у отца Матвей и смотрит то на него, то на меня.
Сергей не находит, что сказать, и Матвей продолжает сам.
– Я знаю, что мы со Светой брат и сестра, – он смотрит на мою дочь. – Света мне рассказала.
– И это не повод сбегать из дома и не отвечать на звонки, – Сергей продолжает злиться.
– Пап, ты чё? – Матвей переходит на крик. – Какое сбегать? А я с каких пор под домашним арестом?
– Вечер на дворе, тебя дома нет! Светы дома нет, и на телефоны не отвечаете! Сложно ответить родителям? – Сергей тоже кричит.
– Ничего страшного, можно и поволноваться один раз. Мы были заняты, – отвечает Матвей с вызовом.
– Это чем же? – Сергей не сбавляет оборотов.
– Разговаривали.
– Ладно, простите нас, – вперёд выступает моя Светка и Сергей сразу тушуется. – Это из-за меня. Я ему рассказала, он не поверил, конечно. Но потом вроде поверил. Вы подтвердите или нет? Мама? – она переводит взгляд на меня.
– Думаю, что у Матвея нет сомнений в том, чей он сын, так ведь, – смотрю на Сергея. – Ну а у меня нет сомнений в том, что ты, Света, дочь Сергея.
– Так мы реально брат и сестра, – Матвей сверлит отца глазами.
– А мне ты что ли не поверил? – удивляется Светка, потянув его за рукав.
– Поверил, но хотел ещё от них услышать, – всё ещё злобно огрызается Матвей. – Это ж надо столько лет молчать!
– Сергей не знал, – говорю я. Я как будто почувствовала, что Сергей хочет это сказать, но из-за меня, из-за нашего недавнего разговора не произносит. Потому что не хочет взваливать всю ответственность на меня. Внезапно он говорит другое.
– Тогда, четырнадцать лет назад, я был недостоин даже того, чтоб мне сказали, что у меня есть дочь. Мне очень жаль.
Повисает тишина. Матвей ничего не говорит. Светка внимательно смотрит на Сергея.
– А сейчас в машину, оба, – уже тише говорит Сергей. Наши подростки забираются на заднее сиденье его джипа. До нас мы едем молча.
Во дворе все выходим из машины. И Сергей, и Матвей тоже. Матвей останавливает Светку, становится напротив.
– Я во всём был неправ, прости меня.
– И ты меня.
Они обнимаются.
– У меня есть сестра, круто, – говорит Матвей.
– У меня есть брат, круто, – повторяет Света за ним, улыбаясь.
– Мы не виноваты в том, что поругались, виноваты они, – Матвей показывает на нас. Светка неопределённо кивает. Сергей хочет что-то возразить, но я толкаю его локтем. Не стоит. Помирились, приняли как факт и хорошо. Я пока думаю только о них. Мы с Сергеем взрослые люди. Что бы ни случилось – мы переживём. Это ведь действительно только наша вина. Наша и никого больше.
– Хотя я бы больше брату обрадовался, – внезапно продолжает Матвей. – Что вообще с сестрой делать?
Он тут же получает от Светки по голове. Дочь настучала братцу по макушке.
– С другой стороны, – Матвей смотрит на отца, как бы размышляя. – Пап, может, во что-нибудь будем рубиться вместе?
– Да не вопрос, – отвечает Сергей. Про что хоть они? Про какие-нибудь компьютерные игры?
– А вообще ты не похожа на мою сестру. Ты рыжая, – говорит Матвей Светке.
– Рыжая девушка тебя устроила бы, а рыжая сестра нет? – язвит моя дочь.
– Не напоминай. Но вообще… – парень чешет затылок. – Вообще круто, теперь не надо казаться лучше, чем я есть. Можно не делиться едой и ругаться при ней.
– Это чего ещё?
– Пап, – игнорирует Матвей вопрос Светки. – А раз она моя сестра, разве она не должна с нами теперь жить?
– С какой стати? – Светка фыркает. – По документам у меня вообще другой отец и я к вам никакого отношения не имею, – она показывает язык.
– Но ты ведь моя сестра, – продолжает Матвей.
– Ну и что? Живу где хочу. Я взрослая, – качает права Светка. – Выбираю жить с мамой.
– Ты подумай.
– Ты лучше подумай, что в школе скажем.
– Так и скажем, что ты моя сестра.
– Спрашивать будут, как так вышло?
– Да прикольно вышло, а если…
Они продолжают общаться в том же духе, будто за вечер ещё не наговорились. Я смотрю на детей и не сразу замечаю на себе внимательный взгляд Сергея.
– Что? – поворачиваюсь к нему.
– Да так, ничего, – отвечает он. – Перенервничала?
– Да, есть такое, – признаюсь честно. – Ужасно, в самом деле, перенервничала.
Понимаю, что уже поздно. И что больше всего на свете я хочу оказаться дома. Выпить чая и лечь в постель.
– Извини, что не приглашаю, устала, – говорю Сергею. За это время я успела как-то немного привыкнуть к его обществу. Если подумать, мы ведь почти весь день сегодня провели вместе.
– Ничего. Нам тоже пора домой, – отвечает он и зовёт сына. – Матвей!
– Что?
– Нам ехать пора. Садись в машину.
– Серьёзно? – Матвей смотрит непонимающе. Потом пожимает плечами. – Ну ладно, – поворачивается к сестре.
– Пока, Светка.
– Пока, – она ему машет, отходя на шаг. Матвей садится в машину. Сергей тоже прощается с нами обеими, говорит, что ещё увидимся, и они уезжают. Его сегодня уже не хватает на долгие разговоры, да и меня тоже.
– Ну что? – спрашиваю свою дочь.
– Да ничего. Так странно, – она пожимает плечами также, как и Матвей недавно. – Но вроде бы всё ведь хорошо в итоге разрешилось, да?
Не нахожусь, что ответить. Смотрю на неё, глажу по щеке.
– Ты не убегай так. Я ведь волнуюсь.
– Знаю, мам, просто сегодня … ну вот так вышло.
– И всё равно не убегай. И всегда отвечай на телефон, хорошо?
– Хорошо, мама, – она обнимает меня. – Пойдём домой.
Все части внизу 👇
Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Между нами развод", Зоя Ясина ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8
Часть 9 - продолжение