На работе меня встречают хорошо и рабочий день проходит даже интересно. Понимаю, что засиделась дома и скучала по всему этому человеческому общению и постоянному движению людей, документов, грузов. Всё это кажется таким знакомым, таким важным. Чтоб все винтики в этом механизме работали – надо созваниваться, отправлять счета, договоры, всё время что-то оформлять.
Жизнь на заводе бьет ключом. И на самом деле это радует, что на градообразующем предприятии всё хорошо.
Я рассказываю девушкам коллегами, что сама из этого города, но вышла замуж и переехала. А вот сейчас развожусь и вернулась домой. История простая, понятная, и, к счастью, никто здесь не знает, что я была когда-то женой нынешнего директора. Мне бы было неловко, да и отношение ко мне, может быть, изменилось бы.
Выходит, что устроилась я сама, не по блату. После нашего разговора Сергей не стал навязывать своё общество. Так что познакомилась я со всеми сама, а с ним пока больше не пересекалась.
Правда, когда общалась с коллегами, обмолвилась про мужа, что поколачивал, от того и ушла. Женщины принимают такие разговоры на бытовом уровне. Как нечто, что бывает. Никто не ахал, не охал. Покивали с пониманием.
– А это он? – внезапно спрашивает меня одна девочка, показывая на мой пластырь у глаза.
– Да, – отвечаю внезапно, осознав, что не могу снова врать про лестницу. Тем не менее, в жертвы меня не записывают и сочувствующих взглядов не кидают. Потому что раз я ушла – значит, я уже не жертва. Я сама решила изменить жизнь, вытащить из этого душного ада своего ребёнка. Так что – никакая я не жертва. Моральную поддержку оказывают тем, кто сопротивляется. Тем кто ноют – нет. Наверное это такой закон жизни. Пока сам себя не вытащишь или не начнёшь вытаскивать – никто не поможет. Потому что… наверное, и не может помочь.
Прошло недели полторы. Я вполне обжилась. Сергей особо не пересекался со мной, но я с удивлением обнаружила, что мне перечислили аванс. Я серьёзно опасалась, что деньги будут только в следующем месяце, так что надо будет как-то выкручиваться с оплатой за квартиру и всё-таки идти на поклон к матери. Но аванс решит мне эту проблему.
Смутно понимая, что мне надо всё-таки поблагодарить Сергея, я не могла набраться смелости подойти к нему как ни в чём не бывало после того разговора, что у нас был.
Я должна была сказать ему всё, что думаю и чувствую. Это было честным по отношению к себе. К нам. Не знаю… Может, и не стоило, но я не понимала, к чему ведёт нас это дружеское общение с полным игнорированием прошлого между нами. Может, оно бы и не привело ни к чему в итоге. Но теперь мы не общаемся вовсе.
На заводе был заключен крупный контракт на поставку металлокаркаса по большому заказу. И все праздновали. Контракт был настолько важным и отличным событием, что было решено его отметить небольшим мероприятием для сотрудников.
Я тоже пошла. Принарядилась по случаю, хотя с одеждой у меня выбор был небогатый.
Я не позволяла себе тратить ни одной лишней копейки, хотя вокруг обновлялась природа, были люди, с которыми мне нравилось общаться, и хотелось обновить и что-то в себе. Сделать красивую прическу, макияж, хорошо одеться.
Но пока я отодвигала всё это как не самое важное. Важнее – что светлее стало в душе. Светке вон, тоже непросто. Она пошла в школу, у неё дешёвый телефон, но она, к счастью, мне ни разу об этом не напомнила. Лучше уж дешевый телефон без всяких наворотов, чем тот, в котором установлена программа слежения за каждым твоим шагом.
Конечно, я переживаю за дочь. Новое место, новые одноклассники, учителя новые. Я ещё не все документы в школу принесла. Мою Светку вообще по блату пока там устроили – помогла одна коллега.
Я подала заявление в новую школу. Нужно было его написать и принести. Заявление об отчислении отправила письмом в старую школу Светки. А за её личным делом и мед картой ещё не ездила. После моей последней поездки в город меня от одной мысли трясёт.
Хотя я почти со всеми уже знакома, коллектив на заводе для меня новый, не все их разговоры я понимаю, и в какой-то момент праздника решаю, что лучше уйти пораньше. Здесь Сергей, он отмечает со всеми вместе. Вижу, что он не то чтобы много, но пьёт. И всё чаще бросает взгляды в мою сторону.
У меня словно какое-то животное чутьё срабатывает, что пора уходить. Поднимаюсь тихонько, прощаюсь со всеми. Иду к выходу. Надо ещё из кабинета забрать свой плащ и сумку и тогда можно ехать домой.
Сергей догоняет меня в коридоре. Почти силой запихивает в пустой кабинет. Никого нет, все на праздновании. Мой бывший муж и новый босс теснит меня к стенке.
– Уже уходишь? – спрашивает.
– Да, мне пора, – я пытаюсь увернуться.
– Быстро, – он не даёт мне пройти. Ставит руки по обе стороны от моего лица. – Не убегай. Поговори со мной.
– О чём, Сергей? – мне становится не по себе. Он слишком близко и слишком плохо на меня действует. Колени подкашиваются как у молоденькой девочки.
– Если это сделал твой муж, – Сергей касается небольшого шрама у глаза у меня под волосами. – Я его уничтожу.
Неужели до него дошло то моё признание? Кто-то обсуждал потом этот наш с коллегами разговор? Чёрт возьми, я этого совсем не хотела!
– Серёжа, не надо, – единственное, что смогла ему сказать. – Ты, кажется, пьян.
– Я не пьян, – отвечает рассерженно.
– Мне кажется, тебе хватит, – легко касаюсь пальцами его лица. Замечаю щетину. На мгновение замираю, любуясь на его сверкающие гневом глаза и приоткрытые губы.
– Не хватит, – он прижимает меня к стене и целует. Так яростно, что я не успеваю ничего сделать. Обе его ладони на моём лице, потом перемещаются на шею, скользят ниже. Он обнимает меня, вдавливая в стену и целует настойчиво, требовательно, раздвигая языком губы, проникая внутрь.
– Прекрати, – шепчу ошеломленно, как только у меня появляется возможность вдохнуть воздух.
– Нет, – он целует меня ещё раз, снова.
– Не надо, – прошу я, отталкивая его, когда его губы перемещаются на мою шею, – Сережа, нет.
– Ты такая же, – шепчет он, не особо соображая, что делает.
– Прекрати, нет! – при первой возможности я даю ему пощечину. Объяснить это себе не могу. Сейчас мне кажется, что так правильнее. Хотя меня ошеломило и испугало всё, что он сделал – он не должен был. И меня это разозлило.
– Да ну не может быть, – отвечает Сергей удивленно, рассматривая меня. – Я ведь чувствую, что ты… – он не договаривает. Снова легко касается пальцами моего лица. Смотрит на меня долго, пристально. Потом резко отпускает меня, разворачивается и уходит. Я выдыхаю, но, как оказывается, рано. В дверях Сергей останавливается и произносит.
– Но я не шутил. Если узнаю, что это сделал твой муж, убью его.
И только тогда уходит. Совершенно вымотанная и опустошенная, не чувствуя ног, я падаю на стул. Несколько секунд пытаюсь осмыслить произошедшее, понимаю, что у меня не получается, хватаю сумку и плащ и выбегаю из кабинета, а потом и из здания. Быстрее прочь.
Мне страшно даже подумать, что придётся об этом говорить. Может, и не придётся? Сергей был пьян и понимает это. Может, будет меня избегать? К чему нам что-то выяснять?
Когда я ехала на работу на следующий день утром, я всю дорогу тряслась. Потом надеялась, что Сергей будет меня избегать. Его действительно не было видно. В принципе, не могу сказать, что мы часто пересекаемся. Только если он целенаправленно не заглядывает в отдел, что случается редко. Обычно к нему с докладом ходит наш начальник – на все летучки и планёрки. Хотя Сергея запросто можно встретить где угодно в цеху, среди рабочих, в бухгалтерии, у экономистов – он бывает везде.
И рано или поздно, он всё-таки пересекается со мной.
– Софья, подожди, – сразу меня окликивает. С того инцидента с внезапным поцелуем и пощечиной уже прошло несколько дней.
– Что? Я спешу, – отвечаю грубее, чем хочу. Я не чувствую к нему злости. Но нервничать начинаю мгновенно. И завожусь с пол оборота. Этим маскирую свою растерянность.
– Хотел извиниться, – Сергей меня догоняет и тут же хватает, останавливая.
– Это ты так извиняешься,?– смотрю на его руку на моём плече.
– Как-то так, да, – он убирает руку, хмурится. – Я в тот раз сделал лишнего и сказал лишнего тоже. Но… это не значит, что это были слова на ветер, – он выдыхает и продолжает тише. – Я за тебя переживаю.
– Не надо, – я пробую уйти, показывая всем видом, что разговор закончен. – Всё в прошлом.
– Ты разводишься? В процессе?
– Нет ещё. Есть определённые сложности, – не хочу об этом говорить. Тем более, с Сергеем.
– Какие? – Сергей тоже начинает нервничать. – Ты ведь не собираешься передумать?
– Вернуться к Петру? – я фыркаю. – Нет. Просто он, кажется, на развод не согласен. Это осложняет дело, придётся, наверное, встречаться в суде. Мне рассказывали, что сейчас всё проще – только заявление через портал подать. Но если вторая половина не согласна, – вздыхаю и развожу руками. – Почему ты спрашиваешь? Это тебя никак не касается, Серёжа.
– Я уже сказал, почему. Переживаю.
– За каждого своего сотрудника так переживаешь? – смотрю на него.
– А вот зря ты иронизируешь. Если нужна какая-то помощь, я помогу.
– Я бы хотела, чтобы то, что случилось в кабинете в прошлый раз, не повторялась больше.
– Настолько противен тебе? – вдруг спрашивает он прямо и резко. И смотрит мне в глаза.
– Нет, – отвечаю как можно более спокойно. Тоже смотрю на него прямо. – Не противен. Но ты в прошлом. В моём болезненном, травмирующем прошлом, о котором я не хочу вспоминать. Знаешь поговорку – если кланяться прошлому, то будущему приходится показывать...
– Ну так и что теперь – взять и вычеркнуть человека из жизни?
– Знаешь, некоторых хочется вычеркнуть, – я сразу думаю о Петре. Хотела бы навсегда его забыть. И к чёрту жизненные уроки. Вычеркнуть бы из памяти, как будто его не было.
– И меня? – Сергей не отступает.
– Нет. Тебя нет. Но наше с тобой прошлое – наверное, да.
– Что, всё было так плохо? – он, кажется, распаляется.
– Вот как раз из-за того, что далеко не всё было плохо. Что, большей частью, всё было прекрасно, пока я не узнала, что ты… В общем… не хочу я это бередить, Серёжа, – я всё-таки смогла вырваться и пошла дальше. – Было много хорошего, но то, что случилось потом – перевешивает.
Это всё словно цепную реакцию запустило в моей жизни и похоронило меня на пятнадцать лет.
– Знаешь, когда увидел тебя здесь впервые, вот сейчас, когда ты вернулась… Я тогда сказал тебе, что ты не изменилась, да? А ты изменилась. Ты теперь другой человек. И я это понимаю, – Сергей идёт со мной рядом. – Но и я другой человек. Я тоже изменился. И я хочу…
– Чего ты хочешь? – чуть не ляпнула ему: начать сначала? Вот бы глупо прозвучало.
– Хочу нормально общаться с тобой. Не уверен, что выйдет по-дружески. Но по-человечески хотелось бы. Просто нормально, понимаешь?
– Так я не против. Только я не уверена, что у нас получится.
На этой ноте мы и расстаёмся.
Приезжаю домой. Светка навеселе. Даже ужин приготовила.
– Мам, я пойду, с друзьями погуляю?
– Ну… иди. А ты уже друзей завела? – смотрю на неё с удивлением.
– Ну ты ведь на своём заводе с коллегами начала общаться. На какой-то корпорат уже сходила, а я что, не могу общаться с одноклассниками?
– Можешь, конечно, – я сажусь на стул, – а кто твои друзья? Ребята хорошие?
– Нормальные, – она начинает собираться. – Ну мам… – замечает, что я жду ответа на свой вопрос. – Нормальные, честно, нормальные!
– Допоздна не гуляй. Пожалуйста, вернись до девяти.
– Мам, ты что? Это насколько – на час отпускаешь? Давай хотя бы до десяти или до пол-одиннадцатого.
– Света, тебе четырнадцать лет. Чтоб дома в девять была! – и то я нервничаю отпускать гулять её одну вечером. – Далеко пойдёте? Где будете?
– Мам!
– Что?
– Давай мне ещё прогу поставь на телефон!
– Света, не надо. Я просто беспокоюсь за тебя.
– Не надо за меня беспокоиться, – она сначала злится, потом, вроде как, успокаивается, подходит и обнимает меня. – Ну я быстро, мам! Я ненадолго!
– Ну ладно, – я немного теплею. Волноваться не прекращаю, но, действительно, не держать ведь её на поводке. У неё телефон пиликает. Она кому-то пишет, улыбается.
– Вот дурак, – говорит в телефон, быстро набирая пальцами сообщение.
– С кем это ты? – спрашиваю я.
– Да так, ни с кем, – она идет в коридор, одевается. Я встаю и иду за ней следом.
– Ты поела?
– Да. Не дожидаясь тебя. Это всё осталась твоя порция.
– Спасибо, дочь.
– Да не за что, мама, – Светка обувается и подходит к двери. Телефон у неё снова пиликает.
– Кто там такой нетерпеливый? – спрашиваю, выдавливая улыбку.
– Да так, – она улыбается в ответ и выходит. Я иду к окну – посмотреть, как Светка пройдёт через двор. И вижу, что её уже ждёт компания из парней и девушек её возраста. Вроде никого нет постарше. Не знаю даже, успокаивает это меня или нет. Среди мальчишек замечаю Матвея. Он подходит к Светке первым, обнимает её за плечи и тянет к остальным. Они смеются, Светка кажется счастливой.
Наверное, это хорошо, что она так легко смогла влиться в какую-то компанию. Может, кто-то ей в этом помог. Но от того, что этот кто-то – сын Сергея, мне не становится спокойнее.
Все части внизу 👇
Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Между нами развод", Зоя Ясина ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Все части:
Часть 7 - продолжение