Витя просыпается и собирается на работу как раз в тот момент, когда приходит доктор, и нам не удается поговорить.
Он уезжает, а я остаюсь с дочкой, думая обо всем случившемся и понимая, что я просто не смогу найти себе места, дожидаясь его возвращения. Кто знает, может, он прямо сейчас поехал делать Ирине нового ребенка?
Мне нужно поговорить с невесткой, как можно скорее. А еще лучше — поймать их вдвоем. Но на этот раз так, чтобы нам больше никто не помешал провести очную ставку.
Ее слово против его.
Хотя… Какое это имеет теперь значение? Кажется, наша семья закончилась… И даже не в момент его предательства, и то при условии, что все было именно так, как он описал, а позже. Когда он струсил и стал принимать решения за моей спиной.
— Мам? — устало спрашивает Диана. — Как ты?
— Я в порядке, дочка, — улыбаюсь, поглаживая ее по волосам.
— Точно? Я не представляю, как тебе должно быть больно…
— Не думай обо мне, солнце. Восстанавливайся. А мы как-то разрешим наши разногласия.
— Мамулечка, мне так жаль… — всхлипывает она.
— Нет, нет, нет, доченька, только не плачь, или у тебя снова поднимется жар. И поверь, твое здоровье для меня гораздо важнее проблем с твоим отцом.
— Я постараюсь, — шмыгает она носом, но берет себя в руки и постепенно успокаивается. — Можно я сегодня пропущу школу? — внезапно меняет тему разговора.
— Конечно, — улыбаюсь, не переставая перебирать ее длинные русые волосы.
— Мамуль, тебе если нужно на работу, ты иди. Я буду спать, а если мне станет плохо, то я позвоню тебе.
— Работа отменяется, солнце. Но, возможно, я уеду на пару часов.
— Хорошо, мамочка. Я люблю тебя, — переворачивается на другой бок Диана.
— Я тоже люблю тебя, солнце!
Дожидаюсь, пока дочь уснет, а затем иду на кухню, чтобы позвонить Ирине.
— Доброе утро, — сдержанно здоровается со мной невестка.
— И тебе здравствуй, — не собираюсь лицемерить и притворяться, будто это утро может быть добрым.
— С чем звонишь? — чувствую холодок в ее голосе, которого не замечала никогда раньше.
Или его действительно не было, или все это время я жила с шорами на глазах.
— Хотела поговорить. Будет у тебя такая возможность?
— Сегодня? — кажется, ее не удивляет моя просьба.
— Да.
— Приедешь в больницу?
— Надеюсь, что нам на этот раз не помешают.
— Тогда позвони, как будешь здесь, — говорит она и сбрасывает вызов.
Я же, чтобы занять себя чем-то, варю куриный суп для дочки и компот. Думаю, нужно ли звонить маме, чтобы пригласить ее недолго побыть у нас дома. Знаю, что дочь уже взрослая, но температура в сорок градусов напугала меня так сильно, что я боюсь оставлять Диану без присмотра.
Не успеваю до конца определиться, как мне звонит младший сын, Денис.
— Мамуль, привет! — как всегда, бодро здоровается он. — Чем занимаешься?
Денис всегда был моим мальчиком. И даже когда он съехал в отдельную квартиру, не было ни дня, чтобы он не позвонил мне поинтересоваться тем, как у меня дела.
— Привет, родной! Варю суп. Дианка приболела.
— Сильно? — его интонация становится обеспокоенной.
— Ночью была температура сорок.
— Ого! А сейчас как?
— Жар спал.
— И что это? Грипп?
— Похоже, что от стресса.
— Какой у нее может быть стресс, кроме школы? И то все время бегает по магазинам и кафешкам, со своей этой Аришкой.
— Всякое в жизни бывает, Денис. Зря ты так. А как у тебя дела, дорогой? — с ужасом понимаю, что мы не разговаривали накануне. И либо это я была так потрясена новостями, либо сын все-таки мне не звонил.
— А у меня… — слышу улыбку в его голосе и мысленно радуюсь, что хотя бы кто-то в нашей семье еще способен улыбаться. — Мам, я вас с девушкой хочу познакомить.
— С девушкой? — такого я не ожидала, потому что младший, в отличие от старшего, не стремился заводить каких-то серьезных отношений. И судя по его соцсетям, девушки в его окружении сменяли одна другую так же быстро, как день сменяет ночь. — Вот это новость! Неужели ты встретил кого-то особенного?
— Встретил, мам. Так когда лучше это сделать? Может, на этих выходных?
— Боюсь, сынок, в ближайшее время это не получится, — не хочется омрачать радость сына своими проблемами, но он все равно узнает о последних новостях.
— Это еще почему?
— А у нас тут перемены… не очень приятные.
— Та-а-ак…. Что могло случиться за два дня, что мы не разговаривали? Кстати, почему ты мне так и не перезвонила?
— Мне кажется, об этом лучше рассказать лично.
— Ты меня пугаешь, мам. У меня есть два свободных часа. На тренировку я, пожалуй, съезжу вечером. Так что жди, — сбрасывает он вызов.
И я чувствую себя злобной ведьмой, решившей взорвать грязную бомбу за спиной у мужа.
Но что-то подсказывает мне, что если я не сделаю этого, то дочь опередит меня. Поэтому лучше так.
А спустя двадцать минут порог дома переступает не только Денис, но и Демьян, которого взбаламутил младший брат.
— Рассказывай, — говорят запыхавшись.
Я же не знаю, как начать.
— Не думаю, что должна говорить с вами об этом без вашего отца…
— Вы что, разводитесь? — в ужасе смотрит на меня младший.
— Все сложно …
— Что?
— Мам, давай я облегчу тебе задачу и расскажу им сама, — слышу за спиной голос дочки. — Пусть знают, какой наш папочка негодяй, — говорит со злобой, и я понимаю, что подставляю Виктора этим разговором.
— Ты никуда не поедешь! — твердо заявляет старший сын, на которого мне даже страшно взглянуть. Я никогда не видела его таким разъяренным.
После рассказа сестры у него не просто глаза налились кровью, он сам, кажется, с трудом сдерживается от того, чтобы не рвануть к отцу в офис и не показать ему, как тот не прав.
— Сын, мне нужен этот разговор. Иначе я себя еще сильнее накручу. И придумаю то, чего не было на самом деле.
— Зачем ты будешь унижаться перед этой?.. — краснеет он, подбирая слова, но смотрит на сестру и благоразумно проглатывает то, что вертится у него на языке. — Пусть она ищет с тобой встречи.
— Дем, — шумно вздыхаю. — Тут немного иная ситуация, понимаешь? — снова бросаю взгляд на дочь, что сидит за столом, стараясь не сказать при ней лишнего.
Не должны дети копаться в грязном белье родителей. И если бы не стоял вопрос жизни и смерти Данила, то они наверняка даже не узнали бы о произошедшем.
Возвращаю взгляд к сыновьям.
Демьян стоит передо мной, сжав кулаки до побелевших костяшек. Его дыхание неровное, а в глазах — буря, которую я никогда раньше не видела. Даже в детстве, когда он злился. А ведь он никогда не был пай-мальчиком. Он был из тех, кому проще разрешить конфликт кулаками, вместо слов.
К счастью, он перерос это. И теперь из нашего старшего сына вышел успешный бизнесмен.
— Мам, — говорит он через зубы, — ты действительно считаешь, что она тебе скажет правду?
Я открываю рот, но Диана опережает меня:
— Нет, конечно! — вспыхивает дочь. — Ты бы слышал ее там, в больнице, на лестнице. Она же сохнет по папе. И сейчас спасение Дани для нее лишь повод.
Вижу, как у дочки блестят глаза.
Как бы она ни злилась на отца, но она очень сильно переживает и любит его. А разочаровываться в любимых особенно больно.
— Почему мы ничего не замечали? — задумчиво спрашивает Денис. — Может, у них и правда не было ничего все эти годы?
— Ага! — вклинивается дочь. — Она так к нему присосалась…
— Диана, — останавливаю я ее. — Тебе надо прилечь, солнце. Я не хочу, чтобы у тебя поднялась температура.
— Я лягу, когда уедут они! — говорит упрямо. — Или я что, разве не часть семьи и не имею права на обсуждение таких важных новостей?
— Что за глупости! — понимаю, что ее бесполезно гнать в комнату.
— Но мы бы заметили! — стоит на своем Денис.
Признаться, я думала о том же. За пятнадцать лет было бы хоть что-то, что могло вызвать подозрение. Но по факту не было ни единого сигнала. Витя и Ира существовали параллельно друг другу, как родственники.
Демьян резко проводит рукой по лицу, словно пытаясь стереть немного напряжение.
— Ладно, допустим, он сказал правду! — он пытается звучать бесстрастно, но я вижу, как блестят его глаза. — Но сейчас-то что? — бросает взгляд на Диану, затем на меня. — Мам, ты действительно думаешь, что он... согласится заделать ей ребенка?
Я чувствую, как сжимается горло. Это не тот разговор, который планируешь вести с собственными детьми. Пусть даже и взрослыми. Все, что происходит здесь и сейчас, — это что-то запредельное.
— Я не знаю, — честно отвечаю. — Но это шанс для Данила.
Как бы мне ни было горько признавать это, но если бы я была на месте Ирины, то я бы тоже просила биологического отца своего ребенка спасти сына таким способом.
— А если согласится? — вклинивается Денис, и в его голосе впервые за этот разговор звучит не злость, а что-то похожее на страх. — Что тогда? Ты... уйдешь от отца?
Тишина.
Диана замирает, широко раскрыв глаза. Демьян стискивает челюсти. Все взгляды направлены на меня.
Я смотрю на своих детей, на их напряженные лица, на страх, который они пытаются скрыть, и понимаю: какой бы ответ я ни дала, он не удовлетворит их.
Даже если они кричат о том, что отец — предатель, то вряд ли хотят нашего расставания. Потому что в их картине мира папа и мама — единое целое и не могут существовать по отдельности.
— Я… — делаю глубокий вдох. — На самом деле я думаю о разводе.
— Даже если это было единожды и он не пойдет на повторную измену, а прибегнет к другим способам зачатия? — кажется, что мой средний ребенок единственный из нас всех мыслит рационально.
— Денис, я не знаю! — не выдерживаю. Поднимаюсь на ноги и наливаю стакан воды, надеясь получить хоть какую-то передышку. — Даже если они обойдутся без физического контакта… У него будет еще один ребенок от другой женщины… — начинаю задыхаться от одной мысли об этом.
— Мам, тебе плохо? — спрашивает Демьян.
— Да, сын, мне плохо! Мне так плохо, что я выть готова. Но еще мне плохо оттого, что я не знаю, что мне со всем этим делать, понимаешь? Не будет тут правильного или неправильного решения. Любое окажется тупиком. И как нам со всем этим дальше жить? — смотрю на их растерянные лица, мгновенно чувствуя стыд за то, что позволила себе быть слабой перед детьми.
— Мамуль, — поднимается со стула Денис и подходит ко мне, обнимая. — Мы с тобой. Что бы ты ни решила, мы на твоей стороне.
Прячусь в его могучих объятиях, чувствуя, как на глазах выступают слезы.
А когда сзади меня накрывают еще две пары рук, я уже не могу сдержаться и всхлипываю.
— Спасибо, родные! — успокоившись, наконец-то произношу, вытирая влагу с глаз. — Но и от папы вы не должны отворачиваться. Он вас любит и всегда думает о вашем благополучии в первую очередь.
— Он подумает о нашем, а мы — о твоем, — произносит старший сын. — Поэтому я не отпущу тебя одну на встречу с Ириной.
— Ты можешь меня сопроводить. Но разговаривать с ней я буду наедине. Мне не нужно, чтобы она закрылась. Я хочу знать ее правду.
— И ты готова к ней?
— Самое страшное уже случилось. Теперь нужно до конца распутать этот клубок.
Он хмурится, а затем направляется к выходу.
— Тогда поехали, — говорит твердо. — Поставим уже в этом вопросе точку!
***
Я завела канал в ВК, там совсем другие посты. Переходите 👈
***
Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод в 45. ( Не) Больно", София Брайт ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8
Часть 9 ️- продолжение