Пожалуй, на сегодня хватит, увидимся завтра. Надеюсь, вам понравился рассказ. Я бесконечно благодарна вам за донаты, лайки, комментарии и подписки. Оставайтесь со мной и дальше.
Поддержать канал денежкой 🫰
— Откуда ты здесь? — неверяще смотрю на бывшую подругу, эффектную рыжеволосую девушку с яркими голубыми глазами и полной грудью, угрожающей вот-вот выпрыгнуть из обтягивающего черного платья.
Вот кого бы мне не хотелось видеть в своей жизни, так это Алину. Возникает желание прижать к себе искалеченную руку, чтобы спрятать ее от глаз бывшей подруги. И как она заметила?! Неимоверным усилием воли заставляю себя не двигаться. Мне казалось, что мое увечье не так бросается в глаза, но теперь чувствую, как щеки начинают гореть от стеснения. Кажется, весь ресторан смотрит в нашу сторону.
“Да, Поля, ну у тебя и самомнение! Нужна ты всем!” — ругаю сама себя.
— Случайно, — улыбается Алина. — Мы же здесь в университетские годы часто зависали. Да, Саша? — она поворачивается к моему мужу, кокетливо подмигивает ему.
Внутри разливается странное чувство. Раньше я бы сказала, что это ревность, сейчас же скорее настороженность. Присматриваюсь к Алине. А что, если она и есть любовница мужа? Это кажется вполне логичным, потому что Саша знает мое отношение к бывшей подруге.
Так получилось, что мы с Алиной познакомились в институте. Учились в одной группе. Именно Алина познакомила меня с Сашей — своим другом детства, с которым она жила по соседству. Кто же знал, что Алина была влюблена в него с пеленок. Поэтому, когда Саша стал проявлять ко мне интерес, а это случилось на моем втором курсе, я из лучшей подруги превратилась для Алины во врага номер один. Она пускала про меня грязные сплетни и старалась поссорить со всеми, с кем я хоть как-то общалась.
В итоге, на летней сессии она просто взяла и стащила мой проект. На зачете по рисунку нам разрешили принести уже готовую работу, отшлифованную перед сдачей. Я тогда жила в общежитии, в отличии от Алины. Но эта подговорила мою соседку впустить ее в нашу комнату.
Сколько нервов я потратила, обыскивая папки в поисках проекта. А потом моему удивлению не было предела, когда, явившись на зачет с повинной, я увидела свой рисунок в руках у Алины. Не знаю, на что она надеялась, только я довольно быстро доказала, что работа моя. Хватило пяти минут и пары десятков штрихов, чтобы передать свой стиль. Как итог — Алину отчисли без выяснения причин ее поступка, мне поставили зачет.
Сколько помоев бывшая подруга на меня тогда вылила… сколько угроз летело в мой адрес, не сосчитать. А потом Алина пропала. Только позже я узнала, что она уехала учиться в Англию на переводчика. И вот сейчас судьба свела нас вновь. Хотя мне бы этого совсем не хотелось.
— Ты чего-то хотела? — твердый голос Саши выдергивает меня из воспоминаний.
— Поздороваться, — Алина склоняет голову набок. — Кстати, когда ты в следующий раз приедешь к маме?
— В смысле “следующий”? — перевожу ошарашенный взгляд на Сашу. — Вы что, с Алиной уже виделись?
— Конечно, — радостно произносит девушка.
— Нет, — одновременно с ней рявкает муж.
— И ты не сказал? — сужаю глаза.
Саша прекрасно знает, насколько я недолюбливаю бывшую подругу, поэтому мог хотя бы предупредить, что она вернулась. Качаю головой. В мыслях крепнет осознание, что все не просто так.
— Я как прилетела, сразу поехала к Лидие Васильевне, — Алина пожимает плечами. — Очень соскучилась по ней. А у нее как раз был Саша, — она загадочно улыбается.
— Когда это было? — бегаю глазами между этими двумя.
— Три недели назад, — звонко отзывается Алина.
Три недели? Три недели! Вглядываюсь в лицо мужа. Приподнимаю бровь. Задаю ему немой вопрос “Как так?”. Не могу поверить, что Саша скрыл от меня эту встречу. Три недели назад между нами все еще было хорошо. Я не знала про его измены и… была здоровой. Как муж мог?!
— Наша встреча была случайностью, — чеканит он, словно все-таки слышит мой мысленный вопрос. — Мама просила приехать помочь ей с перестановкой. Алина появилась позже.
— И мы тогда неплохо посидели, — бывшая подруга склоняет голову набок, словно не замечая возникшего напряжения. Я же хватаю ртом воздух, не зная, что сказать Саше. — Да ладно тебе, Поля, забудь уже! Что было, то было! — Алина пожимает плечами
— Меня из-за тебя чуть не отчислили, — поднимаюсь на ноги, со скрежетом отодвигая стул. — Знаешь, такое сложно забыть, если учесть, что я училась на бюджете, и поступить еще раз для меня было почти нереально. У меня не было этих двух лет! Слишком ограниченным было финансовое положение у семьи. Ты знала об этом!
— Да брось, — девушка машет рукой. — Я была ребенком.
Гнев клокочет внутри. Такое чувство, что все сговорились против меня. А мой ангел-хранитель вышел за дверь. Я просто не знаю, что за черная полоса в последнее время преследует меня.
— Ты была гадиной, — цежу Алине в лицо. — Простите.
Ни на кого не глядя, быстрым шагом направляюсь в уборную. Мне нужно успокоиться, прийти в норму. Сначала эти макароны, которые никак не хотели накручиваться на вилку, теперь Алина. Что дальше? Кажется, что все произошедшее — такая мелочь. Но в совокупности получается огромный снежный ком, который вот-вот снесет меня.
Через деревянную дверь влетаю в просторное помещение, стены которого отделаны серым кафелем. Три кабинки на удивление оказываются пустыми. Опираюсь здоровой рукой на белую раковину, расположенную сбоку от входа. Смотрю на себя в зеркало. Вижу замученные глаза, бледную кожу. Тяжело дышу. Надо же, такая вроде бы ерунда окончательно выбила меня из колеи. Невольно возвращаюсь мыслям к тому, что из-за Алины я сама чуть не вылетела из института. Преподаватель по рисованию считал, что я вру. Мне тогда стоило больших усилий уговорить его просто дать шанс мне доказать свою правоту. Его согласие было чистым везением. И сейчас Алина хочет, чтобы я просто “забыла”.
Входная дверь снова распахивается, обдавая меня теплым ветерком.
— Это было неуважительно, — Алина входит внутрь. Опирается плечом на косяк, складывает руки на груди. — В институте вела себя, как истеричка, и сейчас не изменилась.
— Что тебе надо? — резко разворачиваюсь к девушке.
Не думала, что она пойдет за мной. Там же Саша, как она могла его оставить?! Хотя, они же, наверняка, теперь часто видятся.
— Лидия Васильевна передает тебе приветы, — Алина усмехается. — Как же ты умудрилась поругаться с этой прекрасной женщиной? Кстати, она мне все рассказала, — девушка указывает подбородком мне на руку. — Какая жалость, — цокает языком. Делает шаг в мою сторону, подходя почти вплотную. — Видишь, справедливость восторжествовала, и тебе воздалось по заслугам.
— Ты заслужила отчисления, — цежу сквозь зубы.
— И это говорит мне та, что вонзила нож в спину, — выплевывает Алина.
— Ты ни разу не говорила про свои чувства к Саше, — сужаю глаза. — И ничего не делала, чтобы он ответил тебе взаимностью.
— Зато ты сразу окучила его, — девушка сужает глаза. — Но ничего, — на ее лице играет загадочная улыбка. — Жизнь все расставила по своим местам. Саша, наконец, сделал правильный выбор и стал моим, а ты даже кисть не сможешь удержать рабочей рукой. Ну и кто теперь победитель?
Распахиваю глаза. В глубине души осознаю, что ожидала признания Алины, но была совершенно к нему не готова. Боль острыми осколками пронзает сердце. Почему именно бывшая подруга? Как Саша мог так поступить?!
Мотаю головой.
— Как давно? — смотрю Алине в глаза.
Она открывает рот, но резко распахнутая дверь не дает ей ответить.
— Я же предупредил тебя к ней не подходить! — цедит Саша, останавливаясь на пороге и глядя на Алину.
Его глаза наполнены яростью. На лбу вздулась венка.
— Мы просто разговариваем, — неожиданно тихо лопочет бывшая подруга. — Ничего такого…
— Поля, поехали, — Саша отходит в сторону, удерживая дверь. Кивает на улицу.
Как завороженная смотрю на него. Шок накрывает постепенно. Перевожу взгляд на Алину. Она ехидно приподнимает уголки губ, но так, чтобы Саша не заметил, словно боится его реакции. Что-то не складывается. Муж так трепетно защищал свою любовницу, а сейчас я вижу полное пренебрежение к Алине. Или же Саша просто не хотел, чтобы я узнала, с кем он мне изменил?
— Поля?! — жестко зовет Саша.
— Это ты сделала? — спрашиваю тихо, глядя на бывшую подругу. Киваю на руку.
— Чего? — Алина округляет глаза. Недоуменно смотрит на меня. — Ты в своем уме?! — вскрикивает. — Да я когда узнала, была в таком потрясении…
— Будь готова, — делаю шаг в сторону девушки. — С тобой скоро свяжется следователь. А то что-то у нас ни одного подозреваемого нет, — выплевываю Алине в лицо.
Она раскрывает и закрывает рот, словно всплывшая на поверхность рыба. Испуганно оглядывается на Сашу. Но он молчит.
Больше мне здесь делать нечего. Обхожу Алину, шагаю к выходу.
— Это не я, — дрожащий голос бывшей подруги долетает в спину.
Мысленно усмехаюсь. Как унижать меня минутой ранее, так она была смелой, а теперь Алина напоминает кроткую овечку.
— Ну вот следствие и проверит, — кидаю через плечо и, наконец, выхожу из туалета, не обращая внимания на Сашу. Судя по раздающимся сзади шагам, муж следует за мной.
Иду через веранду к лестнице, чтобы как можно быстрее убраться из когда-то любимого ресторанчика. Удивительно, что в последнее время каждое место, которое было мне дорого, омрачается какими-то неприятными деталями.
— Это не она, — уверенно произносит Саша, когда мы почти спускаемся.
Резко оборачиваюсь. Муж возвышается надо мной, стоя через пару ступенек.
— Я помню, что ты сказал в палате, — грубо отрезаю. — Что твоя любовница не причем.
— Она действительно не причем, — муж качает головой. — И это не Алина. С ней я никогда не спал. И ты права. Ее нужно проверить.
Саша начинает спускаться, обходит меня. Удивленно смотрю ему вслед, поднимаю голову на веранду ресторана. Чувствую, что совершенно запуталась. Голова начинает гудеть. Прикрываю лицо ладонью. Да что за?! Все, не справляюсь… не вытягиваю то, что со мной происходит. Это выше моих сил.
Сердце загнанно стучит в груди. Хочется убежать от всего, скрыться где-нибудь в лесу, чтобы меня не нашли, спрятаться ото всех.
— Да кто она тогда?! — смотрю в сторону мужа, кричу, что есть сил. Я натянута как струна. Того и гляди, порвусь.
Саша оборачивается. Вскидывает бровь.
— Тебе нельзя волноваться, — произносит он как-то отрешенно.
— Это все ты виноват! — сужаю глаза. Впервые позволяю себе высказать обвинение вслух.
— Я знаю, — вдруг глухо произносит Саша. — И поверь мне, я корю себя каждый день за это.
— Если все понимаешь, тогда скажи, кто она? — умоляюще смотрю на мужа.
Мне нужно знать. Не понимаю, почему Саша так настойчиво скрывает даже имя той, с кем спит. Это… сводит с ума.
— Поля, я тебе уже говорил, ты не хочешь этого знать, — муж тяжело вздыхает и разворачивается в сторону машины. — Тебе будет легче в неведении.
Не двигаясь, смотрю на его спину. Откуда такая жестокость по отношению ко мне? Что я ему сделала?
— Почему ты мне изменил? — вопрос вырывается быстрее, чем успеваю его остановить. Сама понимаю, что сейчас не место и не время все выяснять, но остановиться уже не могу.
Саша тормозит, оборачивается. Долго смотрит мне в глаза. Я уже не жду ответа, когда он спокойно произносит:
— Потому что мы оба погрязли в своей боли после… — делает короткую паузу. — Ты понимаешь.
Не могу поверить: то, что должно было нас сблизить, получается, разъединило нашу семью. Осознание бьет обухом по голове. Теперь я знаю, в какой период все началось. В горле застревает ком. Сглатываю, не могу его протолкнуть. Кажется, начинаю задыхаться.
— Предатель! — произношу на грани слышимости.
— Простите, — сзади раздается извиняющийся тон.
Вздрагиваю, оборачиваюсь. Молодая парочка смотрит на меня извиняющимся взглядом. Я преградила путь на лестнице. Звенящее напряжение вмиг разбивается в дребезги. Я снова могу дышать. Втягиваю спасительный воздух. Грудь жжет от пережитых эмоций.
Быстро преодолеваю последние ступеньки. Несусь мимо Саши.
— Ты куда? — окрикивает муж.
— Больше не смей ко мне обращаться! — оборачиваюсь к нему. Цежу сквозь зубы.
— Перестань…
— Нет! — мотаю головой. — Нет, Саша, ты перешел все границы.
Разворачиваюсь на пятках. Быстро иду к машине, где сидит Тамара Рафаиловна. Они с охраной все это время были здесь, но в ресторан не поднимались. Охранник, ожидающий около дверцы, кидает вопросительный взгляд мне за спину. Боже, даже сесть в машину не могу без разрешения Саши! Ну что за бред!
Видимо, муж дает согласие, потому что мужчина распахивает передо мной дверь. Кое-как забираюсь в салон. Устраиваюсь, прикрываю глаза.
Когда мы приезжаем домой, снова мчусь туда, где переживаю свое горе. Детская встречает меня тишиной. Прикрываю за собой дверь. Сажусь на уже излюбленное место около стены. Подтягиваю к себе колени. Мелко раскачиваюсь из стороны в сторону. Как же мне плохо… тяжело… невыносимо. Не могу больше терпеть всю ту боль, что скопилась внутри. Она распирает, разрывает меня. Непролитые слезы размывают взгляд. Слишком тяжело… одна я больше не справлюсь.
Лезу в карман шорт. Рука мелко подрагивает. Достаю телефон. Бужу экран. Нахожу наизусть выученный номер. Ледяным пальцем жму на него. Подношу гаджет к уху. Длинные гудки отдаются в груди.
— Алло, — в динамике раздается мягкий женский голос.
— Привет, мам, — истерика накрывает меня.
— Солнышко, ты там совсем зарисовалась? — журит меня мама, а я не могу ответить.
Слезы льются из глаз. Шмыгаю носом в попытке остановить рвущийся наружу всхлип. Но нет, не получается. Издаю непонятный булькающий звук. Снова шмыгаю носом. Тыльной стороной ладони вытираю щеку, размазывая по ней влагу.
— Ты что, плачешь? — обеспокоенно спрашивает мама. — Поля, милая, что случилось?
На мгновение задумываюсь, прежде чем выпалить:
— Саша мне изменяет, — выходит жалобно, тихо.
— Что? — в тон мне переспрашивает мама. — Не может быть.
— Может, — киваю самой себе. — Может, мама, — слова даются с большим трудом.
— И с кем? — кажется, мама в шоке.
— Не знаю, он не говорит, — опираюсь затылком на стену. Смотрю в потолок. — Твердит, что “я не хочу этого знать”. А я хочу! — вскрикиваю. — Понимаешь, хочу! — захлебываюсь слезами. — Но Саша молчит.
— Вот это новости, — тянет мама. — Давно ты узнала?
— Давно, — эхом вторю.
— И не звонила! — изумление в голосе мамы заставляет всхлипнуть еще раз. — Поля, ну что мне с тобой делать? Что за желание справляться со всем одной? — причитает родной мне человек. — Собирайся и приезжай. Бросай все!
Предложение звучит настолько заманчивым, что позволяю себе подумать над ним. Но куда я поеду? Саша меня не отпустит, поэтому машину с водителем мне никто не даст. Конечно, до вокзала можно доехать на такси, но там, в толпе людей, самостоятельно я не справлюсь. Если кто-то заденет руку… содрогаюсь от воспоминаний прикосновения свекрови. Это было невыносимо! Плюс ко всему, я до сих пор не знаю, где мой паспорт. Хотя, честно говоря, за последними событиями даже не искала его. Было не до этого. Исходя из этого, поездка к маме пока что выглядит неосуществимой.
— Не могу, — опускаю голову, мотаю ей. — У меня студенты, — придумываю на ходу логичное объяснение.
Но все-таки главная причина, по которой я пока не готова видеться с мамой, кроется в моем уродстве. Мама не должна пока что узнать… не так. У нее слабое сердце, вдобавок, она далеко. Я все расскажу, когда рука заживет, и я буду рядом, чтобы, в случае чего, поддержать ее. А на данный момент достаточно и новости про мужа.
— Где ты сейчас живешь? — с волнением спрашивает мама. — У Алены?
— Нет, — морщусь. Прикрываю глаза. — Все еще дома. Но мы с Сашей разъехались по разным комнатам, — даже не вру.
— И что ты думаешь? Что планируешь? — рассудительный голос мамы немного приводит в чувства.
Мне хочется оказаться в ее объятиях, как в детстве свернуться в комочек и лечь головой на мамины бедра. Она бы запустила руку мне в волосы и гладила меня по голове, тихо напевая какую-нибудь песенку. Этого было бы достаточно, чтобы уснуть. А когда я проснулась, все печали, что меня беспокоили, уже исчезли бы.
Мама растила меня одна. Папа умер, когда мне было четыре. Я его почти не помню. Лишь смутный образ высокого, черноволосого мужчины с бородой отпечатался в памяти. Его скосил рак. Я часто слышала, как мама рыдала по ночам. Эти моменты были самыми грустными в моем детстве. Я не знала, что делать в таких случаях, поэтому просто подходила к маме и обнимала ее. Так мы и сидели долгое время. А потом мама готовила вкусные пироги, и я ей помогала, пачкая всю кухню мукой.
— Не знаю, — распахиваю веки. Наконец истерика начинает отступать. Слезы уже меньше текут по щекам. Всхлипы становятся не такими громкими.
— Ты хочешь уйти от него? — осторожно уточняет мама.
— Да! Конечно, да, — вскрикиваю. — Как только будет такая возможность… — замолкаю, захлопнув рот. Вдыхаю как можно глубже, ожидая реакции от мамы, но она молчит. Облегченно выдыхаю. Мама не поняла, что я сболтнула лишнего. — Я уже подала на развод.
— И как Саша к этому отнесся? — удивление пропитывает каждое слово мамы.
— Он, похоже, пока что не знает, — произношу неуверенно.
— Ну и дела, — тянет мама. — Ох, Поля, вам бы поговорить, что-то решить…
— Да о чем разговаривать? — выпрямляюсь. Вскидываю голову. — Он предал и меня, и нашу семью. И судя по его словам, они все еще встречаются. Поэтому… нам даже нечего спасать, — заканчиваю тихо.
— Но ты все еще любишь Сашу? — вкрадчивость в голосе мамы настораживает.
Хмурюсь. Складывается впечатление, будто таким образом мама пытается отговорить меня от развода. Правда, какими-то окольными путями.
— В чем дело? — спрашиваю озадаченно.
Мама молчит. Лишь по ее тихому дыханию, шуршащему в трубке понимаю, что она еще здесь. Жду. Слезы окончательно высыхают.
— Обещай, что дашь мне шанс все объяснить, — нерешительность мамы заставляет напрячься.
Сильнее вдавливаюсь лопатками в стену. Смотрю на сине-красный воздушный шар, нарисованный на противоположной стене. Ловлю себя на мысли, что не хочу знать того, что собирается рассказать мама. Плохое предчувствие сдавливает желудок.
— Поля? — настойчивее зовет мама.
— Я не уверена… — произношу на выдохе.
Кажется, еще одного потрясения я не выдержу. А что-то подсказывает, что это будет именно оно. Застываю, не двигаюсь. Возникает желание срастись со стеной. Как же я устала от всего.
— В любом случае, уже давно нужно было тебе рассказать, — виновато начинает мама. — Но я не знала, как это сделать. Каждый раз то случая не было подходящего, то слов. В общем… — она прерывается. Даже сквозь расстояние чувствую, как мама собирается с силами. Перестаю дышать. — Твой папа не умер, он ушел в другую семью.
Мир снова разбивается на сотни осколков. Сколько же у всех вокруг от меня тайн?! И одна тяжелее другой. Распахиваю рот, но даже не знаю, что хочу сказать. Слов нет… и вместе с тем, их слишком много.
— Так получилось, в один момент он просто пришел и сказал, что у него есть вторая семья, — мама говорит слишком быстро. Видимо, боится, что я перестану слушать. — Его любовница оказалась беременной. И он сделал выбор в ее пользу. Ночью собрал вещи, а утром его уже не было. Последнее, о чем он попросил: сказать тебе, будто его не стало.
Не могу поверить в услышанное. Мотаю головой. Нет… нет… нет… все не так, не может быть такого. Просто не может. Почему это все происходит в моей жизни?! Я не хотела знать таких подробностей. Без них мне было лучше! Спокойнее. Почему я не положила трубку?! Зачем слушала?!
— Поля, я тебе это рассказываю к тому, что когда мужчине не нужна семья, он уходит сразу, — задушено произносит мама. Похоже, она плачет. Но у меня нет слов утешения для нее. По крайней мере, пока что. — А если Саша все еще борется за ваш брак, то дай ему хотя бы шанс объясниться. Возможно, у него была весомая причина.
— Что ты такое говоришь? — шире распахиваю глаза. Мой голос вибрирует от боли, обиды, непонимания и еще чего-то. — Какая может быть весомая причина для измены?! Но не в этом суть. Ты все это время скрывала от меня, что папа жив?
— Да! — вдруг твердо отзывает мама. — Да, Поля, скрывала. Потому что понятия не имела, как объяснить, почему он ушел. Потому что знала, насколько тебе будет больно. Потому что до последнего надеялась, что он вернется, — последнее дается маме с особым трудом. — Я до сих пор… Слышишь? До сих пор тоскую по твоему отцу, хотя даже не знаю, где он и что с ним. Поэтому, Поля, я все говорю к чему: уходи только в том случае, если уверена, что не будешь потом жалеть всю жизнь.
— Ты всю мою жизнь молчала! — не могу до сих пор осознать этого факта.
Внутренности сводит от неверия. Я столько времени была уверена, что папа мертв… а он бросил нас… меня. Мозгами понимаю, почему мама ничего не говорила, но вот сердцем — нет. Мне кажется, что меня снова предали, обманули. Трудно, как же трудно собрать себя воедино. Утыкаюсь лбом в колени. Закусываю щеку.
— Прости, — произношу тихо. — Мне надо подумать.
— Поля… — зовет мама, но я сбрасываю вызов, больше ее не слушая.
В наступившей тишине не могу даже двинуться. Хотя нет, я все-таки съезжаю по стене, ложусь на здоровое плечо, притягиваю к себе колени. И так лежу, пока не засыпаю от вымотанности.
Во сне чувствую, что замерзаю. Мне очень холодно, одиноко и страшно. Хочется кричать, но я не могу. Вдруг кто-то подхватывает меня на руки, прижимает к себе, согревает своим теплом. Я почти уверена, что спасена… до тех пор, пока мое тело не начинает сгорать в дикой агонии.
Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Измена. Кто она?", Ива Ника ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7
Часть 8 - продолжение