Стас проснулся от того, что его гладили по волосам.
‒ Алиса? – произнес он слабым голосом.
− Ужин готов, − послышался знакомый, но вовсе не Алисин голос, в котором была нотка разочарования. − Поглаживание прекратилось. Стас открыл глаза: даже приглушенный свет торшера казался немыслимо ярким. Молодой человек сощурился. – Настя? Откуда ты здесь?
− Ты уже это спрашивал, − Настя вздохнула. – Предвосхищая дальнейшие вопросы, напомню: ты разрешил пожить у тебя. Я приготовила ужин и купила водки, как ты просил. Но тебе лучше вызвать врача.
Стас закрыл глаза и сосредоточился, вспоминая. Мог и разрешить. Неудивительно в его состоянии. Вдруг он боялся остаться один?!
− Ладно, − мужчина попытался оторвать голову, но застонал и улегся обратно.
− Не вставай. Я принесу ужин в постель, − Настя пододвинула сервировочный столик. Удобно пристроила за спиной подушку, помогла сесть.
Через минуту перед ним появились: плов и запотевшая рюмка водки. Проигнорировав еду, Стас опрокинул рюмку, наслаждаясь разлившимся теплом. – Неси еще водки, − скомандовал он, пробуя плов. Плов оказался безумно вкусным, и он набросился на еду.
Настя принесла еще рюмку и, примостившись на краешке дивана, смотрела на него с сожалением.
− Выпьешь за мое здоровье? – предложил Стас.
− Пожалуй, − согласилась Настя и вышла на кухню за рюмкой. – Стас задумчиво проводил взглядом ее обтянутые зелеными лосинами совершенной формы ноги и вздохнул. Эх, была бы на ее месте Алиса. Никто и никогда не заменит ее.
Настя вернулась с тарелкой, на которой сиротливо лежала крохотная порция плова в одной руке и рюмкой водки в другой.
− Что так мало? – кивнул на тарелку Стас.
− Поправилась на два кило. Секса нет, —заметила она. – Калории не расходуются. Фотограф сказал: на животе появилась складочка.
− Ну у такой красивой девушки не может не быть поклонников. Я тебе в этом уже не помощник. Давай за тебя! Пусть тебе повезет, ты красавица, − Стас чокнулся с Настей и опрокинул рюмку, чувствуя, как боль в голове отступает.
Выпив, Настя расплакалась. Стас оторопел.
− Насть, ну, прекрати. Насть…
Девушка подняла залитое слезами лицо, которое хоть и расплывалось перед глазами Стаса, но все равно было красивым. Одни карие бархатные глаза чего стоили.
− Дурак ты, Стасик. Я тебя люблю. Ждала пока ты в коме был и до сих пор не могу ни с кем. Сама от себя не ожидала, что так попаду. Люблю тебя даже такого избитого и страшного. Если бы позволил, я бы каждый твой синячок, каждую царапинку целовала.
− Насть, я не могу.
− Знаю, Алиса есть. И как только она появилась, я по боку, − Настя яростно вытерла слезы салфеткой. − Знал бы, как мне все надоело. Надоело, что вся семья на мне. А теперь еще и мама заболела. Работать не может. Но ведь я не рожала своих братьев и сестер? Почему я в ответе за них? Мама даже имен отцов не помнит. Где-то нагуляла. Тоже красивая была, ни в чем себе не отказывала. А я жить хочу. Думала ты мой счастливый лотерейный билет. Я ведь тебя не любила сначала. Пользовалась. А потом вон оно как обернулось. Любит ли тебя, так как я, твоя Алиса?
− Любит. И я ее люблю, как никого и никогда.
Настя заревела громче.
Стас не выносил женских слез. Ему стало жалко Настю. Откинулся на подушку и закрыл глаза. Ему показалось, что у кровати обломились сразу две ножки, и кровать съехала на пол. Отчего он не слышал никаких звуков?
Открыл глаза: кровать стояла горизонтально. Что за фигня?
Настя продолжала всхлипывать. Стас заставил себя подняться, подошел к девушке. Хотел сесть на корточки, но плюхнулся на колени. Погладил по голове, как ребенка. Настя, обхватила его за шею, сползла к нему на ковер.
− Не бросай меня, Стасик. Не бросай, − повторяла девушка. – Все еще может измениться.
Стас закрыл глаза, чувствуя себя словно на каруселях. В груди все обмирало, но вовсе не оттого, что к нему прижималось женское тело. Обвел глазами комнату, пытаясь, зацепиться за что-нибудь взглядом. На полках, где расставлены книги, уютно устроился бронзовый подсвечник. Бронзовый писающий мальчик, которого Стас привез из Бельгии.
В следующий момент перед Стасом возникла светящаяся точка, Стас зажмурился, услышав «пора». Увидел, как падает подсвечник. Из последних сил оттолкнул Настю от себя.
Боли не чувствовалось, стало легко. Стас смотрел на свое тело сверху. Подсвечник валялся рядом с телом.
Настя на коленях подползла к нему. Взяла подсвечник в руку, увидела кровь. Вскрикнула. Бросила.
− Стасик, что с тобой? Ответь! Ты меня слышишь? – Настя подняла голову. – Откуда это упало? Что за чертовщина?
Она снова посмотрела на Стаса, прижалась ухом к его груди. Расстегнула рубашку. Всхлипнула.
− Милый, ответь мне, − она схватила его руку, нащупала пульс. Покачала головой, наклонилась над ним. Увидела кровь на виске.
− Стасик, открой глаза. Посмотри на меня. Не оставляй меня!
Девушка упала на пол и зарыдала. Потом быстро вскочила.
− Надо вызвать скорую. Тебя спасут. Ты сильный, ты выкрутишься.
Дрожащими руками Настя достала телефон.
Стас смотрел на нее сверху, переживая. Он не собирался возвращаться в тело, но понимал, что у Насти могут быть неприятности. Ее могут обвинить в покушении на его жизнь.
Мысленно Стас пытался донести до Насти, что не надо вызывать скорую. Самое лучшее убраться из его квартиры, как можно скорее. Настя телепатическое сообщение проигнорировала. Вызвала скорую. Села возле его тела, взяла за руку, что-то бормотала.
Стас пробовал вернуться, но нить, связывающая его с телом, стала тоньше, и он с трудом удерживался на потолке. Какая-то сила неудержимо толкала в открытое окно.
Настя сжалась в комочек рядом, пока не приехала скорая и не забрала тело Стаса в больницу.
Обезумевшая от горя, Настя говорила правду. Некрасивая полная, хотя и молодая, врачиха с ненавистью, глядя на Настю, выразила подозрение, что во время выпивки – рюмки так и остались на столе – произошла ссора, и Настя ударила Стаса по голове подсвечником. Врач позвонила в полицию, и Настю забрали в участок для дачи показаний.
Квартиру опечатали, Настя только и успела забрать свой чемодан, с которым и приехала в полицию. Там, в грязном туалете, она умылась и привела себя в порядок.
Тело Стаса увезли в реанимацию. Насте казалось, что ничего уже не будет прежним. Она сама загубила свою жизнь. Не нужно было приходить к Стасу сегодня. Можно было пойти к подруге. Да что уже теперь? У нее все еще была надежда, что со временем у них со Стасом все образуется.
Следователю Васюкову Олегу Геннадьевичу на прошлой неделе стукнуло тридцать семь лет. Представлял он из себя мужчину неприятного, с обрюзгшими веками на круглом лице, с нависшим над ремнем животом и короткими ногами. Недавно его бросила жена, и он был очень зол на любую хорошенькую женщину. При всяком удобном случае старался ее унизить, представляя на этом месте свою жену.
А Настя, как ему не показалось, а было на самом деле, сошла в комнату допросов с обложки журнала, поэтому унижать ее казалось особенно приятно.
− Фотомодель, − протянул он, прочитал он род ее занятий и расхохотался. – Первая красавица в камере будешь, − пошутил следователь, оскалившись кривыми передними зубами.
− Поймите, я ни в чем не виновата. – Стасик – ой, извините, Станислав, − вернулся домой избитым, а потом, когда мы ужинали, ему на голову упал подсвечник.
− Послушай, девочка, ты мне лапшу на уши не вешай. Тут все понятно. Пришел мужик поздно, ты приревновала и ударила подсвечником, но не рассчитала. Это моя первая версия. Или, может, у тебя мотив был для убийства, но ты испугалась. Это вторая версия. Обе одинаковы плохи для тебя.
− Да нет же, − всплеснула руками Настя. – Я любила его. Зачем мне его убивать?! Прошу Вас, поверьте мне.
− Поверить?! – пожал плечами Васюков. – А зачем мне тебе верить? Родная ты мне что ли?! Мне дело повесили. Его закрыть надо. Я в отпуск хочу. Пока не закрою, без отпуска. Так что мне нужно быстрее с тобой закончить.
Настя представила себя в тюрьме.
− У меня мама болеет, − сквозь слезы сказала Настя. – Рак у нее. А еще брат и сестра школьники. Вся семья на мне держится. Мне нельзя в тюрьму.
− Хм, ну вот тебе и мотив, − подвел итог Васюков. – Тебе деньги нужны, вот ты мужика и стукнула по голове. Квартиру, наверно, собиралась ограбить.
− Нет, − покачала головой Настя. – Что вы такое говорите?! Я замуж за него хотела.
− Все вы, бабы, хотите замуж! Особенно, если как этот: с квартирой, с машиной, − Васюков порылся в бумагах. – Даже собственный бизнес есть. Счастливый лотерейный билет для такой голодранки, как ты, − Васюков открыл ее паспорт. – Регистрация в Москве есть?
− Закончилась.
− И что мне с тобой делать?
− Пожалуйста, − Настя смотрела ему в самые глаза, – помогите мне. Мне пойти некуда. И денег нет.
− А тебя никто и не отпускает. Ты по уши в дерьме, детка. И я не знаю…
− Пожалуйста…
− Да что ты заладила! Пожалуйста да пожалуйста, − разозлился Васюков больше на себя, чем на нее за то, что поддавался жалости. Такое отчаяние плескалось в ее огромных глазищах, что ему вместо того, чтобы поиздеваться над ней всласть, вдруг захотелось по голове ее погладить и накормить. Девчонок таких он очень хорошо понимал. Сам приехал с Украины, с маленького городка, которого и на карте нет. И сам в столице пробивался. Знал, как иногда хочется волком выть, когда нет ни денег, ни знакомых. Так это он один был, ему легче. А на девчонке этой длинноногой семья, а у нее кроме внешности ничего нет, одна ответственность.
Васюков, чтобы не смотреть на девушку, снова углубился в Настины безграмотные корявые строчки. Дошел до места, где на Стаса упал подсвечник и тот потерял сознание.
В ярости порвал бумагу.
Настя вздрогнула.
− Ты хоть понимаешь, что ты написала?! Ну хоть бы ума хватило написать, что он задел головой эти чертовы полки. Подсвечники сами не падают. Полтергейст не существует.
Настя подперла руками голову.
− Я не догадалась.
Васюков выдернул из пачки чистый лист бумаги.
− Переписывай! Я сделаю кофе, потому что твоя башка совсем не работает. Привыкла ходить по подиуму.
− Спасибо, − Настя смотрела ему в самые глаза. – Мне повезло, что я попала к вам.
− Это уж точно, − проворчал Васюков.
− А можно вас попросить позвонить в больницу? Узнать, как там Стас?
Олег Васюков посмотрел на часы. Операция у парня, наверно, уже закончилась. Нашел телефон больницы, набрал номер. Звонкий молодой голос сообщил, что операция прошла успешно, но больной в сознание не пришел и находится в тяжелом состоянии.
Васюков передал информацию Насте.
− Пока жив, есть надежда, − ее губы тронула слабая улыбка. – Стасик уже был в коме и выкарабкался. У него очень сильный организм.
− Переписывай! – Васюков ткнул пальцем в чистый лист и вышел из комнаты, крайне недовольный собой. Он знал, что при ведении дела нужно отключать эмоции, что обычно у него получалось, но в этот раз все пошло неправильно. Ведь эта красотка, даже если он ее вытащит, забудет о нем, как только переступит длинными ножками порог этого заведения.
«Дурак, ты, Васюков, ничему тебя жизнь не учит», − ругнул он себя, вытаскивая из автомата горячий пластиковый стаканчик с кофе для Насти.
Навигация по книге:
Пролог Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10 Глава 11 Глава 12 Глава 13 Глава 14 Глава 15 Глава 16
Дорогие читатели!
Заходите на мой сайт. Там есть что почитать без рекламы: https://romancenovels.ru/