Друзья, всех приветствую!
Сегодня продолжим обсуждать технологии Второй мировой войны.
Уже пора бы нам перебраться в 1942 год. Однако пока ещё начало войны нас не отпускает. Чтобы понять, как немецкая армия потеряла свою мощь и была побеждена – для этого надо реконструировать все компоненты этой мощи. Чтобы понять, что именно требовалось «вывести из игры» Красной Армии.
Стратегия немецких побед.
Опуская подробности, можно сказать, что основа гитлеровской военной машины на Восточном фронте – это были наземные силы и авиация. Оперативное искусство их применения заключалось в том, чтобы:
а) прорвать оборону противника в двух местах,
б) черед прорывы провести глубокие наступления по сходящимся направлениям,
в) фланги наступающих войск мгновенно укреплять обороной, не давая противнику «срезать» вбитые «клинья» и тем самым «запечатать» прорыв.
В советской терминологии для таких действий вермахта использовалась метафора «взять в клещи», «взять в кольцо», а в немецкой – «расклинить» участок обороны противника, и поместить его «в котёл». Таким окружением из фронта обороны противника сразу же выкусывались огромные куски, войска в которых быстро расходовали боеприпасы и сдавались в плен.
Крупнейшими окружениями 1941 года стали Белостокско-Минский «котёл», Киевский «котёл», Вяземский «котёл», каждый из которых дал немцам по 300-500 тыс. пленных. Однако рекорд немцев – это «Крюк Манштейна» в 1940 году, когда в Бельгии было отрезано от снабжения свыше миллиона французов, англичан и бельгийцев. Каждая операция длилась примерно по 20 дней, из которых сам этап окружения по срокам составлял примерно неделю, а всё остальное время – на добивание тех, кто попал в «котёл».
Какие средства немцы применяли для окружения?
Говоря о наземных силах вермахта, главным компонентом пробития обороны были штурмовые группы пехоты, снабженные самоходными орудиями и средствами прямой радиосвязи с ними.
А главными средствами развития успеха – крейсерские танки, которым в глубине обороны тыловые службы противника не могли ничего противопоставить. А также массы мотоциклистов и грузовиков с пехотой, боеприпасами и противотанковыми пушками, которые быстро формировали периметр окружения.
Однако как быть с гаубичной артиллерией и миномётами противника? Как только штурмовые группы немцев полезут чего-нибудь штурмовать – сразу ударят миномётные батареи, которые были в любом батальоне французской армии или РККА. И никакая дымовая завеса не поможет. Лупи прямо в дым, где-то там точно движется штурмовая пехота, преграждай ей дорогу. Это называется «воспрещающий огонь». И его не надо было вызывать через штаб полка или дивизии, и ждать часами. И не нужна была воздушная разведка – здесь бы счёт времени уже шёл на сутки. Не нужно этого ничего. Масштабы поля боя отдельного батальона в обороне – 2-3 км. Просто смотри в стереотрубу и корректируй огонь миномётной батареи твоего батальона.
Как только «острие» немецкого наступления уедет в тыл – можно организовать наступление во фланг вытянутому немецкому «клину». Наступление по французскому канону – это быстрая атака танков и пехоты под прикрытием «огневого вала», создаваемого гаубичными батареями.
Именно «огневой вал» должен был подавлять противотанковые пушки и 88-мм зенитки, которыми по приёму «ёж» ощетинивались прорвавшиеся немецкие «клинья». За первые 2-3 суток после прорыва Красная Армия вполне могла такое организовать – и регулярно организовывала.
Как вермахт пресекал попытки фланговых ударов противника?
Для того, чтобы парализовать миномётные и гаубичные батареи, немцы имели РУКи (разведывательно-ударные комплексы). Основа которых – это прямые каналы радиосвязи между корректировщиками на земле и в воздухе, и гаубичными батареями, а также самолётами-пикировщиками.
Именно РУКами прорывающиеся танковые батальоны выбивали миномёты и противотанковые пушки-сорокопятки, которые, по идее, в 1941 году пробивали броню любых немецких танков. От «сорокопяток» и миномётов спасал прицельный артналёт 150-мм гаубиц, или налёт пикировщиков «штука». Вызванный за 10 минут или быстрее.
Это же самое средство действовало и на подготовленный фланговый удар французов или красноармейцев: гаубицы выбивались «штуками», а танки и пехота, бегущая по полям, расстреливались ПТ-пушками и зенитками «ежа», а также пулемётами, переброшенными к месту прорыва на мотоциклах. Общая координация между тактическими группами вермахта упрощалась насыщенностью радиостанциями.
РУКи были уязвимы!
Но, извините, – скажет вдумчивый читатель – вы забываете, что у противников немцев ещё была авиация. И авиации было дохрена очень много! И если франко-англо-бельгийская группировка в 1940 году немного проигрывала люфтваффе в численности, то у РККА самолётов было втрое больше, чем у немцев!
Допустим, что в момент прорыва «клиньев» у французских и советских ВВС среагировать не получалось. Допустим. Но уж в момент подготовки наступления во фланг заранее отправить много-много истребителей прикрывать гаубичные батареи – это-то уж было вполне по силам. Ведь основа немецких РУК – это тихоходные «Юнкерс-87» «Штука» («лаптёжник») и «Хеншель-126» («костыль»). С задачей их сбить/отогнать справлялись любые советские истребители, включая устаревшие «ишаки» и «чайки».
Сбей/прогони «костыль» - и точный огонь немецких гаубиц по советской ПТО будет невозможен.
Сбей/прогони «лаптёжников» - и твоя невредимая артиллерия поможет танкам и пехоте «запечатать» немецкий прорыв. И никакие «котлы» нельзя будет образовать.
И не было бы ни Белостокско-Минской «бутылки», ни Уманского «котла», ни, тем более, «котлов» под Киевом и Вязьмой.
А не было бы «котлов» - не было бы и блицкрига. Немецкое наступление заглохло бы у границы уже в июле-августе 1941 года. И началась бы «позиционка» на территории современной Украины, Белоруссии и стран Прибалтики. Япония не отважилась бы напасть на Штаты на Тихом океане. А потому второй фронт в Европе был бы открыт раньше 1944 года. Далее повторилась бы Первая мировая с войной Германии на два фронта. Только восточный фронт был бы гораздо сильнее, чем в 1914-1917 годах. И, между прочим, из 17 млн. погибших советских гражданских лиц минимум 10 млн. остались бы живы…
Ну так где же была многочисленная советская истребительная авиация, которая парализовала бы немецкие разведывательно-ударные комплексы?
Куда девалась советская авиация?
Известно, что к июню 1941 года на западном направлении СССР имел 10,4 тыс. боевых самолётов (из которых 5,4 тыс. истребителей). По другим данным следует выделять 7,1 тыс. самолётов фронтовой авиации (из них 4,2 - истребителей) и 1,4 тыс. морской (и там 0,7 тыс. истребителей).
Сейчас у нас есть точные цифры потерь ВВС СССР за всю войну:
Из таблицы можно сделать вывод, что за 1941 год был потерян практически весь предвоенный парк самолётов ВВС СССР. При этом на первом месте будут сбитые в воздушных боях, на втором будут лётные происшествия (категория «Не вернулись с заданий» состоит в основном из сбитых истребителями + потерянные в лётных происшествиях). На третьем месте – уничтоженные на аэродромах. На четвёртом – сбито зенитками.
Всего за год было уничтожено 9,2 тыс. советских самолётов, из которых 1142 самолёта было потеряно в первые сутки войны.
Это при том, что для войны против СССР люфтваффе выделили всего 2,3 тыс. боевых самолётов.
Всё это означает, что с начала войны примерно до середины немцы захватили и удерживали превосходство в воздухе. Именно это в 1941 году не позволило советским ВВС сбивать «штуки» и «костыли», и тем самым – срывать немецкие операции на окружение.
Как немцы создали превосходство в воздухе?
Друзья, делимся в комментариях: у кого какие данные на этот счёт?
Продолжение здесь:
Не забываем подписываться на новые статьи! Или ставить лайки.
Вся подборка про Вторую мировую войну на канале: