Друзья, сегодня продолжим обсуждать вопрос причин "волны завоеваний" гитлеровской Германии. Мы обратились к этому вопросу начиная вот отсюда:
В конце концов мною был предложен такой вариант объяснения новинок военного характера, которые придали вермахту особую силу:
Однако в ходе дальнейшей полемики стало понятно, что народу ничего не понятно. И больше всего непонятно, где и как все эти методы реально работали. Хорошо, тогда в этой статье вписываю военную систему вермахта "в ткань реальной истории".
Разговор будет обстоятельный, поэтому - пристегните ремни.
Для понимания сути вопроса ещё раз обратимся к опыту французской кампании 1940 года. Её ещё называют Шестинедельной войной. Именно там и тогда немецкая новая система ведения войны достигла своего апогея.
Расклад сил и намерения сторон перед Шестинедельной войной:
Для победы в ней немцы собрали вот такие силы:
2,5 млн. солдат (123 дивизии) - это 59% от общего числа мобилизованных,
7378 тяжёлых орудий,
7000 противотанковых пушек (из общего числа в 12 тыс.),
2909 танков,
2589 самолётов (из которых 800 пикировщиков).
248 тыс. грузовиков (из общего числа в 420 тыс.).
На один танк приходится по 85 грузовиков, или на одно орудие по 33 грузовика, или на один самолёт – по 95 грузовиков. Перед нами – явно армия, рассчитанная на маневренную войну.
В танковой дивизии (всего их у немцев 10 штук – это высокомобильные соединения вермахта) по штату было 258 танков, 90 орудий полевой артиллерии, 48 противотанковых пушек, 7,5 тыс. пехоты. Реально дивизия при этом располагала 2 тыс. грузовиков. На один танк в дивизии приходилось 7,7 грузовиков, 0,3 орудия, 0,1 ПТ-пушка, 29 пехотинцев. При этом только 10% танков обладало противоснарядным бронированием. Зато при этом каждые 3 танка с воздуха поддерживал один пикировщик, который при возникшем затруднении прилетал по вызову в среднем через 10 минут.
Но как немцы собирались всё это использовать?
Сначала бросим взгляд на карту знаменитой французской линии долговременных укреплений «Мажино»:
Конфигурация «линии Мажино» вскрывала намерения самих французов, их военное планирование: они собирались обороняться на франко-германской границе, где укрепления были наиболее капитальные. Наступать же они планировали на севере, на границе со странами Бенилюкса. И наступать не в одиночку, а с англичанами, с которыми имели обязательства защищать неприкосновенность границ Бельгии (по Локарнскому пакту от 1925 года).
Бельгийцы, правда, и сами собирались обороняться. Они имели 12 пехотных дивизий (350 тыс. чел.), и ещё 10 дивизий (250 тыс. чел.) второй линии при мобилизационном потенциале 900 тыс. Полевой артиллерии у бельгийцев было 1406 единиц, зениток – 214, противотанковых пушек – 432, лёгких танков и САУ – 302 штуки. Бельгийская авиация насчитывала 250 самолётов (90 истребителей, 12 ударных самолётов, 12 разведчиков).
По мобилизации в бельгийских войсках было 30 тыс. грузовиков, 11 тыс. мотоциклов, 40 тыс. лошадей, 78 тыс. велосипедов. Когда пишут, что Бельгия не была готова к манёвренной войне – это неправда. По 15 грузовиков на одно орудие, или 120 грузовиков на один самолёт, или по 100 грузовиков на один лёгкий танк – это рекорд для антигитлеровских сил вплоть до 1944 года.
Другое дело, что бельгийцы не планировали маневрировать. Вот это – правда. Главный козырь Бельгии – разветвлённая сеть водных каналов, которые делали эту страну «сильно пересечённой» местностью. При этом бельгийцы намеревались подрывать мосты, спускать воду плотин, проводя рукотворное затопление местности. То есть планировать там наступательные действия было невозможно – только оборона. К которой бельгийцы, знающие местность и владеющие устройством ландшафта – были готовы.
То же самое касается Голландии. По мобилизации голландцы собрали 400 тыс. чел. при 648 орудиях полевой артиллерии, 98 орудиях береговой обороны, 386 противотанковых пушках, 326 зенитных орудиях, и 145 самолётах. При этом грузовиков собрали 12 тыс., легковушек – 1600, мотоциклов – 9 тыс.
По 8 грузовиков на орудие – это уже маловато. Расчёт строился только на оборону. Особые надежды были на «крепость Голландию» (примерный треугольник «Амстердам-Утрехт-Роттердам»), где и была установлена львиная доля ДОТов (из 2583 штук). Подрыв мостов и плотин, затопление местности – всё это прилагалось как важные методы обороны. Голландцы могли рассчитывать ещё на 100 тыс. своих войск из колоний. И, конечно, на прибывающие морем британские силы.
Англия и Франция объявили Германии войну в сентябре 1939 года, и потом ещё полгода готовились: проводили мобилизацию, размещали войска на театре военных действий.
Польша, ради которой объявили войну Германии, была разбита за 2 недели, её правительство бежало сначала в Румынию, потом – в Англию. Польше помочь просто не успели.
Есть версия, что британцы сознательно сдали поляков немцам, и определённые свидетельства этому есть (например, операция «Пекин»). Но даже если это было так, то, скорее всего, британские лорды не вынашивали особо дьявольских планов, а просто постарались как можно скорее устроить общую границу между Германией и СССР. Это – старая британская игра в «сдержки и противовесы». Имея границу с большой страной, немцы будут вынуждены немалую часть войск держать на этой границе. Что облегчит положение Англии и Франции, которые УЖЕ находятся с Германией в состоянии войны.
Кстати, расчёт (если он был) - оправдался. Мы уже видели, что для войны с англо-французской коалицией Гитлер выделил только 59% всех войск.
В «Странной войне» по сегодняшним меркам не было ничего странного. В прошлый раз Германию победили, воюя с ней на два фронта. Поэтому до образования Восточного фронта в том или ином виде, наступательные действия против Германии были бессмысленны (Польши-то уже нет).
Но и немцы, имея за спиной СССР, не полезут всеми силами. И при этом у них будет только два варианта действий:
Первый вариант: наступление через Бенилюкс, как в начале Первой мировой. Но Бельгия и Голландия – нейтральные страны, и это не далёкие Норвегия или Финляндия. Это уже – «сердце» европейского Запада. Предполагалось, что здесь у Гитлера будет психологический барьер для нападения. И при таком варианте сил на «линию Мажино» у немцев уже не останется. А основная масса войск англо-французов понадобится на севере, в Бенилюксе. Начнётся мясорубка в стиле Первой мировой. А дальше потихоньку подключатся США, возможно – и СССР. И события пойдут по уже пройденной дорожке.
Второй вариант: немцы могли полезть напролом через «линию Мажино». Это выгодно тем, что наиболее прямой путь к центральной Франции и Парижу. Тогда сил на Бенилюкс у немцев уже точно не будет, и спасать союзников англо-французам будет не нужно, войска понадобятся в центре Франции. Далее – см. первый вариант.
До выяснения намерений немцев англичане располагают войска на французской территории ближе к Бенилюксу, а французы – в центральной Франции. Если немцы бросятся по прямой – то британские войска спустятся с севера и присоединятся к французам. Если немцы полезут через север – то уже французы начнут свозить войска к границе с Бенилюксом на помощь британцам.
Верно, что всё же бОльшая часть сил союзников размещалась на севере. Не потому, что северный вариант выглядел как более правдоподобный. А потому что для союза Франции и Британии атлантическое побережье – это львиная доля коммуникаций между ними. Даже если будет потерян Париж, то Франция с опорой на север, на Британию и на поставки из колоний – могла бы продолжать оборону. А вот потеря атлантического побережья сразу ставила Францию на грань поражения. То же самое касалось и Британии. При развитии авиации северная Франция, Бельгия и Голландия превратились в возможный авиа-плацдарм для воздушных ударов по южной Англии. В то же время – если немцы втянутся в борьбу на франко-германской границе, и не полезут в Бельгию и Голландию – то последним недолго оставаться нейтральными, слишком уж они заманчивая площадка для уже английских ударов по Рурскому промышленному району.
При немецком натиске с севера голландцы прижмутся к побережью, втянувшись в «крепость Голландия», открыв вермахту дорогу на Бельгию. Но при этом останутся как фланговая угроза с моря, и игнорировать её вермахт не сможет. Разгром этой «крепости» и настоящий натиск на Бельгию будут означать, что немцы бросили сюда такие силы, что опасность с других направлений французам грозить уже не будет.
Таким образом (рассудили в штабах Британии и Франции) – не просто удар по Голландии (как отвлекающий маневр), а именно взятие немцами «крепости Голландия», и вторжение в Бельгию "в силах тяжких" - вот это будет сигнал об истинных намерениях вермахта. Тогда сразу станет понятно, «куды бечь».
Времени, повторяю, у англо-французов был – вагон. К середине октября 1939 года четыре английские дивизии, не спеша, заняли позиции на бельгийской границе. К началу 1940 года численность Британского экспедиционного корпуса составила 394 тыс. чел (13 дивизий, 615 танков, 416 самолётов, 2347 орудий, 509 противотанковых пушек, 35 тыс. грузовиков, 10 тыс. легковушек, 20 тыс. мотоциклов).
На один танк приходится по 56 грузовиков, на одно орудие – 15 грузовиков. То есть подвижность и «логистический потенциал» британского экспедиционного корпуса были на 30-50% меньше, чем у вермахта.
В резерве у Британии было 1,4 млн. чел. в наземных силах, во флоте и в ВВС (при 1071 танке, 1457 самолётах). На вооружении Великобритании было 485 полевых орудий (и ещё 276 в колониях), 1790 зенитных орудий, около 400 противотанковых пушек.
Однако основные силы союзников – это, конечно, была Франция. В межвоенный период именно французская военная школа лидировала в Европе и в мире. Кстати, именно её копировали и в СССР.
После мобилизации четыре рода войск Франции (наземные силы, авиация, флот+ жандармерия) имели численность личного состава свыше 5 млн. чел. На фронте против Германии Франция развернула 2,2 млн. сухопутных войск (86 дивизий). Были ещё 5 альпийских дивизий (130 тыс.), развёрнутых против Италии. Резервом были ещё примерно 600 тыс. войск, разбросанных по французской колониальной империи (причем больше половины – за Средиземным морем, в Северной Африке).
На вооружении французской армии – 3101 танк. При этом противоснарядное бронирование имеет 76% танков (это в 7 раз больше, чем у вермахта). Орудий полевой артиллерии – 5667. Самолётов – 1561 (774 истребителя, 385 ударных самолётов, 402 разведчика). Общее число грузовиков – 28342 штук (по другим данным – 57 тыс.). Даже если принять бОльшее количество, то всё равно это – очень мало.
На один танк у французов приходилось 18 грузовиков, на одно орудие – 10 грузовиков, на один самолёт – 36 грузовиков. Это в 3-5 раз меньше, чем «логистический потенциал» вермахта.
Теперь, если даже мы свалим в одну кучу все силы антигерманской коалиции, получается вот такая картина:
Силы вермахта уступают противникам практически по всем параметрам, кроме авиации (самолётов у немцев незначительно больше), и грузового автотранспорта (его у немцев больше почти вдвое). Вот здесь уже видна суть нового подхода немцев к ведению военных действий: очень насыщенная логистическая составляющая, много транспорта при том, что меньше людей и вооружения.
На деле ситуация для союзников была ещё хуже, поскольку их армии были автономными организациями, и поэтому указанное «среднее по больнице» число грузовиков было распределено среди участников совсем не лучшим образом. Этот параметр можно отразить в отдельной таблице:
Ирония истории состояла в том, что с логистикой было лучше всего как раз у тех участников антигерманской коалиции, которые находились на сильно пересечённой местности небольшой площади, и реально могли вести только позиционную войну (Голландия, а особенно - Бельгия).
А у Франции, которой предстояло обороняться на широком фронте и большой площади, где обязательно нужен был манёвр силами и средствами – у неё с автотранспортом было хуже всего. В этих условиях роль «пожарной команды» мог играть Британский экспедиционный корпус (это примерно как две Бельгии по силам). Но – не сыграл. Британцы настаивали, что их область ответственности – это защита Бенилюкса, и куда-то маневрировать они отказываются. «Либо защищаем Бельгию, либо - домой».
Ход военных действий.
Надо ли удивляться тому, что получилось в итоге?
Немецкий блицкриг против войск союзников хоть и назывался единым планом «Гельб» («Жёлтый»), но был запланирован как две очень разных операции. Первая из них – фронтальное наступление с целью быстрого прорыва в Нидерланды и Бельгию. Особенность этой операции – в том, что сложно планировать обходящие и окружающие действия. Негде маневрировать: там всё плотно, всё занято, и местность подготовлена противником. Другое ограничение: это нельзя было сделать чрезмерно большими силами. Надо помнить, что для командования вермахта действия в Голландии и Бельгии, при всём напряжении – это была только ПРИМАНКА, которая ЗАМАНИТ в Бенилюкс побольше английских и французских войск. Основные же силы нужны для того, чтобы затем БЫСТРО ОТРЕЗАТЬ эти войска от Франции, и не допустить деблокирующих ударов. Это была вторая операция общего плана «Гельб».
10 мая 1940 года без объявления войны, предъявив претензии задним числом, немецкие войска атаковали Голландию и Бельгию. «Окружить нельзя, но без окружения не будет блицкрига. Значит – надо окружить». Не по земле и не по воде – значит, по воздуху. Кстати, ещё противника можно окружить прямо в его голове…
В Голландии.
На Голландию напала 18-я армия (8 дивизий и 2 бригады = 185 тыс. чел.). Это – примерно треть от номинальной численности войск Голландии (не считая резервы). На заметку всем, кто считает, что блицкриг – это всегда численное превосходство атакующего.
«Крепость Голландия» было решено взять в «вертикальные клещи», где одна «клешня» проходила…по воздуху. А вторая – в голове оборонявшихся.
Подробно про захват мостов Голландии можно почитать вот здесь:
https://vk.com/@-118506132-gollandiya-10-maya-1940-goda-suhoputnye-operacii
(Там очень хорошо обрисована сложность задачи. Для меня открытием оказалась доблесть и изобретательность голландцев. В отечественной «шапкозакидательской» традиции мы привыкли представлять, что все эти малые народы Европы сразу сдавались в плен по первому выстрелу…).
Блицкриг начинается с диверсий. 10 мая группы немецких диверсантов, переодетых в форму голландской армии, полиции, или железнодорожной службы, вышли в район основных мостов и переправ. Либо безо всяких диверсантов обычные поезда, нагруженные немецкой пехотой, притворяясь гражданским транспортом, пытались «внаглую» проскочить к объекту. Обмануть – значит «окружить в голове». Следом двигались бронепоезда или бронегруппы, которые должны были закрепить захват моста. Всего должно было быть захвачено 19 одиночных или парных мостов через реки Ваал, Маас, и каналы.
1) Дерзкие диверсионные действия ещё до начала вооружённой борьбы, преступные с точки зрения международного гуманитарного права, игнорирующие военные традиции – вот первая слагаемая немецкой системы блицкрига.
Кстати, только в 4-х случаях удалось провести захват моста силами диверсантов. Ещё в семи случаях голландцы успевали взорвать мосты, и тогда немцам приходилось штурмом форсировать водную преграду, одновременно уничтожая береговую оборону, а затем уже наводить понтонную переправу.
При этом известны только два случая вызова ударной авиации (один успешный). Во всех остальных случаях немцы выкатывали на прямую наводку противотанковые пушки, 88-мм зенитки, гаубицы, а в одном случае – даже мортиры на ж/д-платформе.
Штурм вели обычные пехотные батальоны, обученные сложной штурмовке (с использованием надувных лодок, дымовой завесы). 2) Штурмовая подготовка пехоты – это вторая слагаемая немецкой системы «блицкрига». Как правило, голландцы, если артиллерия не могла их достать в ДОТах, оборонялись ожесточённо, и сдавались – когда кончались боеприпасы. А боеприпасы у них кончались всегда, а у немцев всегда – не кончались. 3) Это была третья слагаемая блицкрига: отлично налаженная логистика вермахта с его огромным автопарком и разветвлённым радиообменом.
В семи других случаях после подрыва моста немцы отходили, заключая, что штурм не имеет перспектив. Немцы были – как вода: они легко и быстро устремлялись в те бреши, которые удавалось проделать, мгновенно наполняя их войсками и расширяя. Голландцы упёрлись на «линии Греббе»? Не беда, немцы без труда обошли её с юга. Такая быстрая рокировка сил – тоже следствие транспортного могущества вермахта.
Наверное, на этих 19-ти мостах атакующие провозились бы и двое, и трое суток, и неделю. Но уже днём 10 мая голландское командование приказало основным силам армии сниматься с внешних обводов обороны и отходить в цитадель – в «крепость Голландия». Почему?
Аэродромы Голландии были атакованы уже в первый час войны. Оставшиеся голландские (и изредка появлявшиеся британские) истребители не смогли помешать высадке парашютного и посадочного десанта: часть состава двух пехотных дивизий немцев (примерно 12-13 тыс. чел.) была при помощи 430-ти военно-транспортных самолётов в три волны заброшена сразу в «крепость Голландия». Парашютисты захватывают аэродромы, на которые затем посадочным способом высаживаются остальные десантники дивизий. Всего же высадку и её прикрытие обеспечивали 1500 самолётов (больше половины сил люфтваффе, выделенных для завоевания Запада).
Первая высадка – в район Гааги, где было правительство, королевская семья и штабы. Это был «обезглавливающий удар», который действительно посеял панику и «сдёрнул» войска с внешнего периметра на борьбу с парашютистами.
Кстати, так и не удалось встретить объяснение следующему факту. После успехов воздушных десантов вермахта в Норвегии голландская армия как бы усилила как бы свои аэродромы: зенитки, разместила войска прикрытия поблизости, в готовности было тяжёлое оборудование, которым можно перекрыть ВПП. Куда всё это делось? Осталось на бумаге? Или немцы оказались ещё быстрее?
Вторая высадка – в район Роттердама и южнее – для захвата цепи мостов, которая выводила 18-ю армию с юга сразу в центр «крепости Голландия». Пехотные (и чуть-чуть танковые) подразделения вермахта ворвались в «цитадель» на плечах отступающих по приказу начальства голландцев, не дав им толком закрепиться ни на каком рубеже. 12 мая в районе Бреды появились первые французские подразделения, но они, как и сами голландцы на фоне вермахта – перемещались и думали, как снулые рыбы. Ещё и 13 мая французы ничего не предпринимали, дожидаясь подхода резервов. А немцы уже – вот они, в «цитадели»! И бодро добивают голландскую армию, расходуя с земли и с воздуха какие-то несметные количества боеприпасов. Глядя на всё это, правительство Голландии уже 13 мая запросило мира. Капитуляция была подписана 15 мая. Шли пятые сутки военных действий…
4) Аэромобильность части пехоты, развитая система воздушной логистики войск – это четвёртая слагаемая немецкого блицкрига.
В отечественной историографии сильно упирают на варварские бомбардировки Роттердама. Которые понимаются как разновидность терроризма и шантажа немцами Голландии: мол, сдавайтесь, а не то мы ка-ак разбомбим ваши древние-предревние города! Типа: вот так Голландию и победили.
Нет, нет, и ещё раз – нет! Захват Голландии – это сложное по организации и изобретательности, сверх-быстрое по исполнению воздушно-диверсионное «вертикальное окружение».
Бельгия.
Параллельно вермахт атаковал Бельгию. Там было меньше всякой диверсионно-парашютной экзотики. Можно, конечно, вспомнить продуманную лично Гитлером высадку 12-ти планеров с десантом на крышу форта Эбен-Эмаль. А форт прикрывал три моста через Альбер-канал. Хотя до голландской высадки этому эпизоду, конечно, далеко.
Борьба за господство в воздухе к 13 мая дала немцам умеренные результаты: больших потерь в авиации они на данном ТВД не несли, но и союзники проводили эпизодические удары весьма представительными силами.
В Бельгии действовала та же самая немецкая группа армий «В», сформированная в основном из пехотных подразделений со слабой моторизацией (гм!): 12 пехотных дивизий и всего две танковые (225 тыс. чел., 660 танков, 957 исправных самолётов).
Против них полностью вооружены были 350 тыс. бельгийских солдат «первой линии» при 302 танках и 118 исправных самолётах). На помощь им Франция выделила четыре армии (не менее 400 тыс. чел. при 635 танках). А Британский экспедиционный корпус на войну в Бельгию явился весь (390 тыс. чел. при 600 танках и 400 самолётах).
Таким образом, группа армий «В» в Бельгии вдвое-вчетверо уступала союзникам (кроме самолётов, и, как мы знаем - грузовиков). Впрочем, задача немцев в Бельгии состояла в том, чтобы продемонстрировать серьёзность намерений и заманить англо-французов в ловушку.
Птичка в клетке.
И это удалось сделать. Французы одной своей армией даже залезли в Голландию – но голландская армия к тому времени уже отступила на север, к Роттердаму. К 12 мая в западне-Бенилюксе оказалась примерно треть всех войск англо-франко-бельгийцев, мобилизованных ещё с 1939 года. Командование союзников ещё препиралось друг с другом по поводу того, кто какой участок «Линии Диль» будет оборонять, еще понуждало бельгийцев драться, а само ожидало, когда подъедут резервы и будут построены тыловые укрепления…Под бельгийским давлением 12-15 мая англо-французы провели массированные авианалёты по лезущим через Маастрихт немцам, пытаясь разбомбить мосты и переправы. В целом – неудачно. Чувствуется, что союзники (особенно французы) не особо владеют небом, и даже не очень понимают, зачем оно надо. Вот артиллерия и танки – это сила!
Кстати, о танках. 12-14 мая 1940 года близ бельгийского местечка Анню произошло крупнейшее танковое сражение Шестинедельной войны: мехкорпус Приу (660 танков, из которых 415 «противоснарядных», и 90 броневиков «Панар») столкнулся с танковым корпусом Гёпнера (618 танков, из которых 52 – «противоснарядных»). Результат обескураживал союзников. Французские танки считались лучшими в Европе. Они первые перешли на противоснарядное бронирование. Но французы отступили с поля боя. Потери: у немцев 50 танков, у французов 105 танков. То есть французы проиграли танковое сражение, то есть - то дело, в котором считались лидерами и спецами. Почему?
В первый день сражения немцы вызвали на подмогу вездесущие пикировщики «Штука» из авиакорпуса Рихтгоффена, и бомбами проредили французские «Сомуа» и «Гочкисы». Оказалось, что есть такая опция у немецких танков: каждая танковая рота имеет командирский танк с рацией, способной связаться со «Штуками» на дальности до 300 км, и с земли корректировать их налёт. У немецких слабых танков есть такая опция, а у сильных французских – нет. 5) То есть наличие в боевых порядках войск РУК (разведывательно-ударных комплексов), включающих авиационные и наземные средства поражения, а также авиационные и наземные средства корректировки – это пятый компонент немецкого блицкрига.
В следующие сутки избиение повторилось, но другим способом: немцы выкатили на прямую наводку противотанковые пушки и зенитки, против которых у тогдашних танков вообще не было «приёмов». Просто немецкий танковый корпус вёз все эти средства в своих боевых порядках. А французские танкисты на поле боя располагали только собственными танками. Всё остальное у них ещё только где-то едет. И когда-нибудь доедет.
Клетка захлопывается.
Ровно в то время, когда союзники играли в «танчики», 14 мая группа армий «А» форсировала Маас и захватила плацдарм при Седане. «Крюк» Манштейна начал реализовываться.
16 мая «Быстрый Гейнц» Гудериан уже был в 100 км от Седана, обходя бельгийские позиции союзников на запад и на север. И за ним – ширится шлейф немецкой пехоты, которая деловито окапывается, мгновенно организуя противотанковую оборону, а артиллерия пристреливает местность.
Пытались ли союзники бить во фланг этому «крюку»? Да, пробовали.
21 мая англичане решили контратаковать немецкие войска на юге от Арраса силами двух пехотных дивизий. Используя свои танки как наиболее подвижную часть сил. В атаке успел принять участие один пехотный полк и один танковый батальон. Это 2 тыс. человек при 88 танках. Позже историки назовут этот эпизод «кризисом под Аррасом». Для немцев он продолжался примерно сутки. Сначала у англичан были локальные успехи (они даже успели пленных набрать). Но немцы легко отразили атаку бронетехники своими противотанковыми средствами, и принялись гаубицами расстреливать пехоту. Как они это делали всегда. Дальше (в тот же день) в атаку перешла французская 3-я лёгкая механизированная дивизия. Это был тоже смелый и неожиданный танковый удар, французы тоже успели взять в плен 400 немцев. И тоже - французы быстро понесли потери в бронетехнике и в людях, на этот раз – с воздуха, от пикировщиков.
Немецкие РУКи (наземные авиа-корректировщики, воздушные арт-корректировщики) выбивали артиллерию французов. Французская пехота, обученная атаковать противника в штыки через поле под прикрытием «огневого вала», пробуя так наступать без артиллерии, выкашивалась пулемётами и миномётами. А немецкая пехота, обученная огневому бою, с безопасного расстояния давила французов огнём, и, подползая, закидывала гранатами. 6) «Пулемётно-гранатная» тактика немецкой пехоты – это шестой компонент немецкого блицкрига.
24 мая 19-й танковый корпус Гудериана уже был в предместьях Дюнкерка, почти на побережье. «Закрывая» в Бельгии более миллиона войск англо-франко-бельгийцев. Были варианты более активно привлекать английскую авиацию с британских аэродромов. Далеко лететь! Был вариант организации деблокирующего удара 7-й французской армии с юга. Не успевали!
У союзников не получилось срезать «крюк Манштейна», и даже затормозить его движение. Не было у них для этого средств и времени. И все наблюдатели это увидели и поняли. 25-28 мая окружённый с армией на побережье король Бельгии Леопольд уже ведёт с Германией переговоры о капитуляции. «Ребята, давайте жить дружно!». Бельгия выходит из войны. Союзники облегчённо выдыхают: так вот кто теперь будет во всём виноват! Это из-за Леопольда мы сейчас проиграем!
28-31 мая в пригородах города Лилля четыре французские дивизии (40 тыс. чел.) попадают уже в полное окружение и тоже капитулируют. Это «Лилльский котёл».
Происходит «чудо Дюнкерка». В смысле – очередное во французской культуре «чудесное спасение». Начиная с «чуда волков», и заканчивая «чудом на Марне». Чудо Дюнкерка состояло в том, что немцы не препятствовали операции «Динамо» - эвакуации франко-британских войск в Англию. Всего успело уплыть 338 226 чел.
К 5 июня 1940 года от первоначальной численности в 125 дивизий союзников осталось только 59 французских, 2 британских, и 2 польских дивизии. И это – всё.
А у немцев вместо 123 первоначальных дивизий было 136, то есть они добавили из резервов, дабы ускорить процесс. От Люксембурга до Ла-Манша у французов зияла огромная дыра во фронте. И от немецких позиций до Парижа было порядка 200 км.
Мобилизационный потенциал Франции ещё был, и можно было без напряжения подготовить ещё сто дивизий – да где взять время? Немцы имели какие-то очень быстрые средства ведения войны. И какие это были средства? Вот уже почти сто лет прошло – и пока ещё внятно и понятно для всех народ сформулировать не может.
Шёл 23-й день войны…
Оставшиеся 20 дней Шестинедельной войны нет смысла описывать. В соответствии с планом «Рот» («Красный») немцы с севера врываются в центральную Францию, не давая сомкнуть хилую линию французской обороны. Берут Париж. Заходят в тыл линии Мажино, где всё ещё сидит приличная группировка французских войск. Все эти действия наглядно представлены вот на этой карте:
Слагаемые блицкрига.
Ещё раз подытожим важные слагаемые немецкой «молниеносной войны» 1939-1940 гг.:
1) Стратегия очень быстрой поэтапной изоляции боевых порядков противника от линий снабжения (окружение и полуокружение) путём формирование контура из наземных сил, состоящих как из высокомобильных, так и из устойчивых в обороне соединений.
2) До начала военных действий – подготовка и проведения диверсионных действий (то есть действий военными методами в условиях, когда противник соблюдает «мирный режим») – как можно более глубоко на территории противника, чтобы к моменту «Начали!» уже владеть важными позициями, а противника их лишить.
3) Разведывательно-ударные комплексы для вызова и корректировки ударов «онлайн» для быстрого выявления и поражения опасных объектов на поле боя.
4) «Пулемётно-гранатная» тактика пехоты в условиях, когда главную опасность представляет живая сила, а не техника, и при этом у командования есть заинтересованность в наращивании квалификации солдата.
5) Штурмовые пехотные группы с распределением функций и предварительным обучением на моделях атакуемых объектов.
6) Аэромобильность части пехоты, развитая система воздушной логистики войск.
7) Наличие мобильных наземных соединений, снабженных средствами для ведения основных видов военных действий (прорыв обороны, наступление, рейд, оборона).
8) Резкое общее усиление автотранспортной компоненты в войсках.
При этом для данной системы не нужно численно преобладать над противником, военная система которого находится на предыдущем уровне (то есть на уровне Первой мировой). Мы уже видели, что немцы начали кампанию, численно уступая союзникам примерно на четверть. Более того, в бельгийской "западне" немецкая группа армий "В" уступала союзникам почти в 4 раза. Однако она сразу начала их теснить и лишила инициативы ещё до того, как группа "А" начала отрезать их от Франции. Мы уже видели, что выделенная для захвата Голландии немецкая группировка численно уступала ей почти втрое. При этом она наступала, а голландцы оборонялись на местности, чрезвычайно удобной для обороны. И как, это сильно помогло голландцам?
Кстати, соображения, что голландцы, бельгийцы, англичане и французы были тупые и/или трусливые - не принимаются. Ознакомьтесь с исторической конкретикой, и поймёте, что так нельзя сказать.
Просто две военных системы находились на настолько разных уровнях развития, что... Сильно утрируя, можно представить себе англо-зулусские войны. Зулусы были храбрые, и в отдельных случаях наносили англичанам серьёзный ущерб. Но пулемёты Гатлинга создавали ситуацию: чем больше зулусов выйдет на поле боя, тем больше зулусы понесут потерь.
Это же случилось и с англо-французской коалицией. В ситуации неравенства технологий их погубила предварительная мобилизация. Именно она позволила немцам за короткое время вывести из войны сразу треть всех войск противника. Не говоря уже об общем шоке от этого, на восполнение сил и средств времени никто не дал.
Актуальным остаётся вопрос: как был сломан немецкий блицкриг? Пишите в комментариях, нам понадобятся любые версии.
Вся подборка про Вторую мировую войну на канале находится здесь:
Друзья, не забываем подписываться на новые статьи! Или ставить лайки. Или задавать вопросы в комментариях. Или подавать интересные мысли :)