Мы сидели на кухне, доедая кусочки невероятно воздушного морковного торта, который Макс, оказывается, испек сам. В доме было тихо — Степа спал. Няня Аня ушла домой. Между нами висела невысказанная напряженность. Романтический поцелуй был, а вот его продолжение могло и не произойти.
И мне почему-то из-за этого было страшно.
Вдруг Макс отодвинул свою тарелку и посмотрел на меня таким пронзительным, серьезным взглядом, что у меня перехватило дыхание.
– Ты боишься, что я могу разбить тебе сердце? – тихо спросил он. – Как твой муж?
Я только кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Он словно прочитал мои мысли. То, что я не смела сказать вслух.
– Я не Роман, – сказал он, и мое сердце упало. Вот оно. Начало конца. Но он продолжил. – И никогда… не причиню тебе боли. Ты просто меня еще не знаешь.
– Максим, я… и правда боюсь. И, наверно, еще не готова к новым отношениям. Я ведь еще замужем. И боль… вот здесь, - коснулась ладонью груди, в районе сердца, - еще не прошла.
– Я знаю. То есть понимаю, что значит эта боль, - положил ладонь на мою руку. - Но я готов подождать, если и ты готова.
– Готова? К чему?
– Начать новую жизнь без боли. С мужчиной, который готов сделать тебя счастливой. И сам быть счастливым.
Я наклонила голову и коснулась губами его ладони. Внезапный порыв, который я не смогла сдержать.
– Расскажи мне о том времени, когда ты был счастлив.
Он глубоко вздохнул, словно собираясь с силами, и начал говорить. Его голос был ровным, но в нем чувствовалась давняя, привычная боль.
– Мы с Варей... мы были детьми. В прямом смысле. Соседи по даче. Я таскал за косички, она обливала меня из шланга. Потом школа, первая любовь, первый поцелуй, первая драка из-за нее... Университет. Я пошел на экономиста, она – на дизайнера. Мы были абсолютными противоположностями. Я – серьезный, замкнутый. Она – шумная, яркая, вся в красках. Все говорили, мы не пара. А мы... мы просто не могли друг без друга.
Он замолчал, глядя куда-то в прошлое, и на его губах играла легкая, печальная улыбка.
– Она научила меня жить. По-настоящему. Быть счастливым. Видеть красоту в привычных вещах. Таскала меня на вернисажи, в театры, заставляла гулять под дождем и есть мороженое зимой. Я научил ее... ну, я думал, что я научил ее быть осторожнее. – Его голос дрогнул. – Не получилось.
Он закрыл глаза на секунду. И ладонью сжал кожу, словно хотел стереть все слезы.
– Степа был запланированным счастьем. Мы его так ждали... Она шила ему одеяльце сама, знаешь? Смешными разноцветными зверями. Говорила, что он будет таким же ярким. – Макс сглотнул ком боли, и я сжала губы. Это и правда было больно. – А потом... тот самолет. Ее командировка. Она должна была вернуться вечером. Я приготовил ужин. Купил цветы. Степка тогда еще плохо ходил, но он тащил меня к окну и показывал пальчиком на каждую пролетающую птицу: «Мама?».
Тишина в кухне стала вязкой.
Я видела, как сжимаются его кулаки на столе. До белых костяшек, которые хотели разбить столешницу, только чтобы стало легче. Только чтобы избавиться от боли, разрывающую его сердце в стеклянную крошку.
– Мне позвонили. И мир перестал существовать. Остался только маленький сынок, который тыкал пальцем в небо и звал маму, которая никогда не вернется.
Он поднял на меня глаза. В них стояла такая бездонная боль, что мне захотелось обнять его и никогда не отпускать.
– В тот день… я умер. Просто мое тело продолжало дышать, потому что надо было кормить, мыть, укладывать спать нашего сына. Я ненавидел весь мир. Ненавидел себя за то, что отпустил ее одну. Ненавидел каждый новый день, который она не увидит. Я носил ее в себе, как открытую, кровоточащую рану. И я думал, что так будет всегда.
Он потянулся через стол и взял мою руку в свою. Его пальцы были теплыми и твердыми. Теперь он коснулся губами моей кожи и замер. Такое простое движение, но меня словно прошибло электрическим разрядом. Я хотела что-то сказать, но язык словно присох к горлу.
– А потом появилась ты. Вся израненная, вся в слезах, но... живая. Несмотря ни на что. И ты посмотрела на Степку не с жалостью, а с интересом. Ты рассмеялась его шуткам. Ты не пыталась меня «исцелить» или заменить ее. Ты просто... была. И эта рана... она вдруг стала потихоньку затягиваться. Не потому, что я забыл Варю. А потому что я наконец-то смог посмотреть на нее и не умирать от боли. Я смог вспомнить улыбку своей жены без того, чтобы мне хотелось кричать.
Он сжал мою руку сильнее.
– Я не жду, что ты станешь другой. И я не прошу тебя забыть свое прошлое. Оно сделало тебя той, кто ты есть. Сильной. Упрямой. Невероятной. Я просто... я хочу идти дальше. Очень медленно. Очень осторожно. Но – идти. С тобой. Если ты... если ты тоже этого хочешь.
В его глазах не было страха.
Только надежда. Хрупкая, как первый лед, и оттого еще более ценная.
Я перевернула ладонь и сплела свои пальцы с его. Мне не нужны были слова. В этот момент они были бы лишними. Мы просто сидели, держась за руки, два человека с разбитым прошлым, которые нашли в себе смелость поверить в будущее. И в тишине кухни это молчание было громче любой клятвы.
А потом мы одновременно потянулись друг к другу и поцеловались.
Я поднялась рано, чтобы никого не разбудить и приготовить всем завтрак. Мне так хотелось сделать приятное Максиму за то, что он приютил меня у себя. За то, что выносил мои истерики и слезы по вечерам. За то, что благодаря ему, у меня была работа.
Но самое важное - он вернул мне желание жить и… любить.
Утро началось с запаха жареного бекона, скворчащего на сковороде и свежемолотого кофе, которое я варила в турке.
Стоя у плиты на кухне Макса, я чувствовала странное, щемящее счастье. Оно было тихим, домашним, пахло не дорогими духами, а простой домашней едой. На мне был тот самый растянутый свитер Макса, который грел лучше любого пледа. Но я решила не пачкать его и нашла фартук Ани, а затем надела его поверх.
Первым на кухню влетел Стёпа, еще сонный, в смешных пижамных штанах с динозаврами.
– Тетя Фима, а что это пахнет так вкусно? – он скакал возле плиты, пытаясь понять, что же я готовлю. Но рост не позволял.
– Это завтрак, командир. Иди умывайся, скоро будет кушать.
За ним вышел Макс.
Он остановился в дверном проеме, прислонился к косяку и просто посмотрел на меня. В его глазах было столько тепла и нежности, что я покраснела и суетливо перевернула яичницу.
– Что? – смущенно спросила я. - Что ты так смотришь?
– Ничего, – он улыбнулся своей мягкой улыбкой. – Просто картинка красивая и опасная. Можно привыкнуть.
– Хм…, - я пожала плечами и выложила яичницу с беконом на тарелки.
За завтраком царила легкая, радостная суета.
Стёпа наперебой рассказывал, как они сегодня в садике будут лепить из пластилина космический корабль, а Макс меня нахваливал, что кофе на удивление очень вкусный. Я ловила себя на мысли, что улыбаюсь как дура. Это было так… нормально. Так по-семейному.
– А тетя Фима повезет меня в садик? – вдруг спросил Степа, облизывая пальцы от хлеба с маслом.
Мы с Максом переглянулись.
– Конечно, повезем, – сказал Макс. - Обязательно, куда мы без тёти Фимы.
Я улыбнулась.
Мне и правда хотелось этой простой, обыденной рутины. Отвезти ребенка в сад. Поцеловать в макушку и прижать к себе. Помахать ему рукой и пообещать, что заберу вечером.
Я всегда хотела детей и сейчас, словно наслаждалась этим нежданным свалившемся на меня материнством. Может быть, я слишком много на себя брала, но даже если это будет длиться несколько дней, я буду несказанно рада.
Через полчаса мы уже стояли у входа в яркое, расписное здание детского сада. Степа крепко держал меня за одну руку и Макса – за другую, качаясь на наших руках и счастливо визжа. Он был центром вселенной, и нам обоим это нравилось.
И вот в тот момент, когда Степа бросился обнимать своего воспитателя, я увидела её.
Дарину.
Она стояла в стороне, держа за руку того самого мальчика – Ваню. На ней была скромная, неброская куртка, а на лице – маска усталого спокойствия. Но когда наш взгляд встретился, я увидела в ее глазах мгновенную панику, которую она тут же попыталась скрыть.
Макс, почувствовав мое напряжение, положил руку мне на спину.
– Все в порядке?
– Да, – прошептала я и шумно задышала. – Просто… уж больно знакомое лицо.
Дарина быстро что-то сказала мальчику и направилась к выходу, явно пытаясь избежать встречи. Но я была бы не я, если бы позволила ей это сделать.
– Дарина, – окликнула я ее, сделав пару шагов вперед.
Она замерла, словно вкопанная, и медленно обернулась. Ее улыбка была натянутой и неестественной.
– Серафима. Какая встреча. Ты… здесь? Усыновила ребенка своего телохранителя?
– Мы провожаем Степу, – четко сказала я, давая ей понять, что мое «мы» теперь включает Макса. – А ты? Это твой племянник?
Она нервно кивнула, потянув мальчика за руку.
– Да, племянник. Сын двоюродной сестры. Нянчусь иногда.
Ложь лилась из нее так же легко, как и в тот день в зоопарке. Но теперь я видела не уверенную соперницу, а загнанную в угол женщину.
– Ну понятно, а… как вообще дела? – спросила я, глядя ей прямо в глаза. – Все еще работаешь на Антоновых?
Она побледнела и бросила быстрый взгляд на Макса, который стоял в стороне, но внимательно наблюдал за ситуацией.
– Я… я не знаю, о чем ты. Извини, нам пора. Ваня, пошли.
Она практически побежала, увлекая за собой смущенного мальчика. Я смотрела ей вслед, и кусок завтрака комом встал у меня в горле. Она была не врагом. Она была такой же пешкой, как я когда-то. Но в отличие от меня, у нее, похоже, не нашлось своего Макса, чтобы он ей помог.
– Ты уверена, что все в порядке? – Макс снова оказался рядом и на этот раз взял меня за руку. Я посмотрела на него с благодарностью.
– Нет, – честно призналась я и прошептала. – Но я знаю, что теперь у меня есть ты. И это главное.
Он обнял меня за плечи и притянул к себе. Мы стояли так несколько секунд, пока вокруг нас кипела жизнь – смеющиеся дети, болтающие родители, тихо падающие листья с деревьев.
– Знаешь, что? – тихо сказал Макс.
– Что?
– А ведь это было похоже на первую семейную ссору. Ты защищала нашу территорию, – в его голосе прозвучала гордость.
– Ну не знаю, - я фыркнула и прижалась к нему, - возможно.
– Ну, тогда запомни: наша территория – это мы с тобой. И Степа. И больше никто не имеет права совать сюда свой нос. Поняла?
– Да, - кивнула я и спрятала лицо в складках его рубашки, от которой пахло его туалетной водой и нежностью.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод. Милый, дальше я без тебя", Милана Лотос ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10 | Часть 11 | Часть 12 | Часть 13 | Часть 14 | Часть 15
Часть 16 - продолжение