Мы ехали в офис в почти что праздничном настроении. Макс за рулем выглядел собранным и деловым в своем идеально сидящем костюме, но время от времени он бросал на меня ободряющие взгляды. Я же нервно теребила край своего платья — самого скромного и делового из того, что удалось найти в моем чемодане.
– Не волнуйся, – сказал он, словно угадав мои мысли. – Леонид Игнатьевич строгий, но справедливый. Ценит профессионализм выше всего.
– А если он спросит, почему я ушла с предыдущего места? – спросила я, сжимая пальцы.
– Скажешь правду. Семейные обстоятельства. Долгий восстановительный период после потери близких. Это не ложь. И это вызовет уважение, а не вопросы.
Здание «Кронверк Холдинга» впечатляло — стекло и бетон, взмывающие в небо. Внутри царила атмосфера дорогой, сдержанной эффективности. Меня охватил странный трепет — я давно не была частью этого мира, мира взрослых решений и карьерных амбиций.
Макс уверенно вел меня через просторный холл, кивая охранникам и отвечая на приветствия сотрудников. Мы подошли к лифту из матового металла. И только тогда он отпустил мою руку.
– Его кабинет на самом верху, – пояснил Макс, нажимая кнопку. – Виды там, конечно, обалденные. Но Леонид Игнатьевич редко на них смотрит. Вечно в бумагах.
Лифт бесшумно взмыл вверх.
Я глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в коленках. Двери открылись прямо в приемную — просторную, с дорогой мебелью и суровой женщиной за столом, которая подняла на нас взгляд поверх очков.
– Максим Викторович, вас ждут. Проходите.
Макс кивнул и распахнул тяжелую дверь из темного дерева.
Кабинет был огромным.
Одна стена была полностью стеклянной, открывая панораму города. Но самое сильное впечатление производил не вид, а человек, сидевший за массивным столом.
Леонид Игнатьевич оказался не просто «властным, суровым мужиком».
Он был громадой. Широкий в плечах, с седыми висками и пронзительным, испытующим взглядом, который, казалось, видел тебя насквозь. Он не поднялся нам навстречу, лишь отложил в сторону папку и уставился на нас, сложив руки на столе.
– Ну, Максим, показывай свое открытие, – пробасил он. Голос был низким, глухим, как удар гонга.
– Леонид Игнатьевич, разрешите представить. Серафима Антонова. Серафима, наш генеральный директор, Леонид Игнатьевич Орлов.
Я сделала шаг вперед, собрав всю свою волю в кулак, чтобы рука не дрогнула, когда я пожму его огромную ладонь.
– Здравствуйте, Леонид Игнатьевич.
– Антонова? – переспросил он, не отпуская мою руку. Его взгляд стал еще пристальнее. – Не родственница ли Алексею Санычу Антонову, алюминиевому королю?
В горле пересохло. Вот этого я не ожидала.
– Я… его невестка. Вернее, уже бывшая.
Леонид Игнатьевич наконец отпустил мою руку и откинулся в кресле. Оно громко заскрипело под его весом.
– Так-так-так, – протянул он. В его глазах загорелся интерес, совсем не деловой. – Значит, ты и есть та самая скандальная беглянка, о которой весь город судачит? Та, что осмелилась бросить вызов самому Антонову-старшему?
Я почувствовала, как краснею. Макс напрягся рядом со мной.
– Леонид Игнатьевич, личная жизнь Серафимы…
– Молчи, Максим, – отрезал директор, не отводя от меня взгляда. – Я не о личном. Я о характере. – Он прищурился. – Антонов — акула. Съедал и не таких. А ты ушла. Причем ушла громко, если слухи не врут. Сбежала от мужа-изменника прямо с его дня рождения, да еще и с другим мужчиной. Это так?
Его прямолинейность была шокирующей.
Я стояла, чувствуя себя абсолютно голой и беспомощной под этим взглядом.
– Не… не совсем так, – выдохнула я. – Но в целом… да.
Леонид Игнатьевич вдруг громко хмыкнул.
Звук был неожиданным и раскатистым.
– Ну что ж! – он ударил ладонью по столу. – Респект! Мало кто может похвастаться, что ушел от Антоновых, не оставшись им должным. Они обычно забирают все, вплоть до последней нитки. А ты, я смотрю, жива-здорова и даже на работу устраиваешься. Характер, значит, имеется.
Он помолчал, изучая меня.
– Максим говорит, ты аудитор. Опыт есть. Говоришь, на старой работе были «странные заказы». Это как понимать?
Я глубоко вздохнула и решила играть в правду. С этим человеком другая тактика не сработала бы.
– Фирма, в которой я работала, взяла контракт на аудит дочернего предприятия холдинга Антоновых. Данные не сходились. Мне намекнули, что лучше закрыть на это глаза. Я не смогла. Меня… мягко попросили уйти. Как раз перед тем, как случилась трагедия в моей семье.
Леонид Игнатьевич слушал, не перебивая. Его лицо было непроницаемым.
– Хм. Неудобная. Честная. И с Антоновыми на ножах, – резюмировал он. Потом перевел взгляд на Макса. – Ты что с ней делать-то собираешься? В свой отдел?
– Я думал…
– В твой отдел она не пойдет, – перебил его директор. – У меня для нее задача поважнее будет.
Мы с Максом переглянулись в полном недоумении.
– Видишь ли, Максим, – продолжил Орлов, – у нас есть проект, над которым мы боремся с Антоновыми уже полгода. Тендер на госзаказ. Они используют все свои грязные методы, а мы не можем подобрать к ним ключ. Их бухгалтерия — крепость. – Он ткнул пальцем в мою сторону. – А у нас теперь есть вот это. Бывшая невестка, которая знает все их «странные заказы» изнутри и которую они сами же и вышвырнули. Это не сотрудник, Максим. Это наше тайное оружие.
В кабинете повисла гробовая тишина.
Я смотрела на улыбающегося директора, потом на бледное лицо Макса, и у меня кружилась голова. Тайное оружие? Война с Антоновыми? Я пришла искать тихую гавань, а мне предложили стать разведчиком в тылу врага.
– Леонид Игнатьевич, я не уверена, что… – начала я.
– Подожди, – он поднял руку. – Я не предлагаю тебе шпионить. Я предлагаю тебе работу. Официальную. Ведущим аудитором в специальную группу по работе с этим тендером. Ты будешь искать в их открытых данных то, что они старательно прячут. Законными методами. Но ты будешь делать это со знанием дела. Ты знаешь, как они мыслят? Где их слабые места? Зарплата… – он назвал сумму, от которой у меня перехватило дыхание. – И полная защита. Юридическая, физическая, какая угодно.
Он посмотрел на меня, и в его глазах уже не было просто любопытства.
Там горел азарт охотника.
– Ну что, Антонова? Готова нанести ответный удар? Не ради меня. Ради себя.
Я стояла, чувствуя, как пол уходит из-под ног. Голос Леонида Игнатьевича гремел в ушах, смешиваясь с бешеным стуком моего сердца. "Тайное оружие". "Ответный удар". Эти слова висели в воздухе тяжелыми, ядовитыми плодами. Я пришла за спасением, за тихой гаванью, а мне предложили вернуться на поле боя.
Макс молчал, его лицо было каменным. Я видела, как сжались его кулаки, как напряглась челюсть. Он понимал. Он понимал, во что втягивает меня его директор.
– Леонид Игнатьевич, – наконец выдавил он, и голос его звучал неестественно напряженно. – Это слишком опасно. Алексей Саныч… если он узнает…
– Он уже твой враг, Максим! – Орлов ударил кулаком по столу, и хрустальная пепельница подпрыгнула. – С того момента, как ты встал на ее защиту у подъезда! Ты думаешь, он этого не знает? Его люди везде! Вы уже в эпицентре этой войны, просто отказываетесь это признавать! – Он перевел взгляд на меня, и его глаза стали почти что отеческими, что было пугающе неестественно. – Ты можешь прятаться и бегать. А можешь нанести удар первой. С моей поддержкой.
Я закрыла глаза.
Передо мной поплыли образы. Насмешливое лицо Романа. Холодные глаза свекра. Унизительные предложения денег. Боль, которая разрывала меня изнутри. И потом – тихий дом Макса. Доверчивые глаза Степы.
Возможность… возможность не быть жертвой.
Я открыла глаза и посмотрела прямо на Леонида Игнатьевича.
– Я согласна.
Рядом со мной Макс резко выдохнул.
– Фима…
– Нет, Макс, – я перебила его, не отводя взгляда от директора. – Он прав. Бегство – это не защита. Это отсрочка. Я устала бояться.
Леонид Игнатьевич удовлетворенно хмыкнул.
– Вот это по-нашему! – Он потянулся к межкому и нажал кнопку. – Марья Ивановна, зайдите ко мне с папкой по тендеру «Заря-2» и стандартным трудовым договором. И двумя экземплярами NDA о неразглашении. Срочно.
Пока мы ждали, в кабинете царила напряженная тишина. Макс молча смотрел в окно, его профиль был резким и отстраненным. Я чувствовала его неодобрение, его страх, и мне было до боли жаль, что я втягиваю его в это еще глубже.
Секретарша внесла папки.
Леонид Игнатьевич молча протянул мне толстую стопку бумаг.
– Ваше первое задание, Антонова. – Он откинулся в кресле, сложив руки на животе. – Всё, что у нас есть по компании «Металл-Инвест», дочке холдинга Антонова. Они основные претенденты на тендер. Всё чисто, как слеза младенца. Слишком чисто. Ваша задача – найти грязь. Ту самую, которую вы когда-то не смогли найти на своей прошлой работе. Начните с открытых источников. Бухгалтерская отчетность за последние три года, судебные дела, реестры госзакупок. Ищите несоответствия. Одну ниточку. Всего одну. А мы уже распутаем весь клубок.
Я взяла папку. Она была тяжелой, как гиря.
– У вас есть доступ к нашей внутренней сети, – продолжил он, записывая что-то на листке. – Логин и пароль вам выдадут. Кабинет будет готов к завтрашнему утру. Рядом с Максимом. – Он бросил на Макса взгляд, полный предостережения. – Он ваш куратор. Все найденное – сначала ему. Никакой самодеятельности. Понятно?
– Понятно, – кивнула я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Это было по-настоящему. Очень по-настоящему.
– И, Антонова… – голос его смягчился на полтона. – Добро пожаловать в команду. Деньги – это хорошо. Но нет ничего слаще, чем заткнуть за пояс такого хама, как Антонов.
Через пятнадцать минут, с подписанным договором и тяжелой папкой в руках, я вышла из кабинета генерального директора.
Воздух в приемной показался мне спертым.
Макс молча шел рядом по коридору. Он не смотрел на меня. Только когда мы зашли в лифт, и двери закрылись, он резко повернулся ко мне.
– Ты понимаешь, на что ты подписалась? – прошипел он. Его глаза горели. – Это не игра! Он использует тебя, Фима! Ты для него пешка в большой игре!
– А что мне было делать, Макс? – голос мой дрожал. – Отказаться? Продолжать прятаться у тебя на квартире и бояться тени каждого прохожего? Он прав! Мой свекор не оставит нас в покое! Он уже знает о тебе!
– Я бы защитил тебя! – в его голосе прозвучала настоящая боль и кулаки сжались.
– Как? Спиной прикрывать? – я ткнула пальцем в папку. – Это мой шанс защитить себя сама. По-взрослому. Не убеганием, а действием.
Лифт остановился и двери открылись на подземную парковку. Мы молча дошли до машины. Макс резко дернул дверь и уселся за руль.
Всю дорогу до дома мы не проронили ни слова.
Напряжение витало в салоне, густое и тяжелое.
Дома нас встретила Аня с встревоженным лицом.
– Что случилось? – сразу спросила она, глядя на наши мрачные физиономии.
– Фима устроилась на работу, – сухо бросил Макс, снимая пиджак и швыряя его на стул. – К Орлову. В специальную группу по борьбе с холдингом Антонова.
Лицо Ани вытянулось. И я в очередной раз подумала о том, что эта женщина знает намного больше, чем кажется.
Няня посмотрела на меня, потом на папку в моих руках, и в ее глазах я прочитала тот же ужас, что был в глазах Макса.
– Серафима… – прошептала она. – Ты знаешь, что делаешь?
– Она не знает! – взорвался Макс. – Она думает, это будет квест в компьютере! Она не понимает, на что способен этот старик!
В этот момент из своей комнаты выбежал Степа.
– Папа! Тетя Фима! Почитаешь мне?
Я посмотрела на его счастливое, ничего не подозревающее личико, потом на тяжелую серую папку, на которой было вытеснено «Металл-Инвест. Совершенно секретно».
И мир в очередной раз перевернулся.
Теперь мне предстояло защищать этот маленький мир. Даже если ценой этого станет мое спокойствие.
– Конечно, солнышко, – я выдавила улыбку и отложила папку в самый дальний угол. – Пойдем, почитаем.
Но тут у меня зазвонил телефон и взглянув на экран, я обомлела.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод. Милый, дальше я без тебя", Милана Лотос ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10 | Часть 11 | Часть 12 | Часть 13
Часть 14 - продолжение