Спасибо, что читаете мои истории! Я бесконечно благодарна вам за донаты, репосты, лайки, комментарии и подписки. Оставайтесь со мной и дальше.
Поддержите канал денежкой 🫰
Утро выдалось прохладным и пасмурным. Я торопливо собирала вещи, даже не прихорашиваясь как следует. Надела первое попавшееся пальто, схватила сумку и выбежала из квартиры.
Едва ступив на двор, я замерла от неожиданности. У подъезда стоял Миша. Его широкая улыбка озаряла всё вокруг, словно маленькое солнце в сером утреннем тумане.
Он заметил меня и помахал рукой. В его глазах плясали озорные искорки, а на губах играла та самая улыбка, от которой у меня вчера так странно замирало сердце.
— Что… что ты здесь делаешь? — спрашиваю, нерешительно приближаясь к нему.
— Доброе утро! — он неожиданно наклоняется и целует меня в щёку, чем буквально ошеломляет.
— Что-то случилось? — спросила, чувствуя, как щёки предательски краснеют.
— Нет, ничего не случилось. Просто решил забрать тебя по пути.
— Но тебе же не нужно с утра в магазин… — пока я пытаюсь собраться с мыслями, он уверенно берёт меня за руку и усаживает в машину.
— И что с того? — его спокойный тон только усиливает моё замешательство.
Я совершенно растеряна. Такого поведения я от него точно не ожидала. Помню, как мой зять вёл себя с Анькой в начале их отношений — почти так же. Стоп! Неужели Миша продолжает вчерашний разговор, шутку или это что-то серьёзное?
— Перестань так напряжённо думать и просто наслаждайся моментом, — говорит он, словно читая мои мысли. — Чем больше думаешь, тем несчастнее становишься. А зачем тратить время на это?
— Ты меня пугаешь, честно говоря, — признаюсь я.
— Страх — тоже чувство, — подмигивает он с мальчишеской непосредственностью.
Я не знаю, как реагировать — то ли смеяться над его выходками, то ли сердиться. Но злость точно не приходит.
— Как спалось? — спрашивает он, заводя машину.
— Хорошо. И ещё раз спасибо за вчерашнее. Если бы не ты и не привёз мой телефон, дочь бы уже подняла панику.
— Всегда рад помочь.
Вчера, после нашей прогулки с кукурузой, я достала телефон только в его машине. Хотела написать Кире, но так и не решилась. Потом совсем забыла про него — на работе он мне не нужен, домой приехала тоже без него. Вспомнила только когда Миша появился с моим телефоном в руках. Аня звонила раз за разом, беспокоилась. Хорошо, что Миша ответил и сказал, что со мной всё в порядке. Он сразу же уехал, не задерживаясь, а вот дочь была очень взволнована и вела себя как-то странно. Наверное, сейчас ещё спит — наберу её позже.
— О чём задумалась? — голос Миши вырывает меня из размышлений.
— О дочери, — честно отвечаю я. — Она вчера так волновалась…
— Всё будет хорошо, — уверенно говорит он, глядя на дорогу. — И знаешь что?
— Что?
— Я не шутил вчера.
Его слова заставляют моё сердце биться чаще. Что он имеет в виду? Неужели…
— Люб, я вот что подумал, — говорит Миша, входя в магазин с задумчивым видом. — Может, попробуем выйти на маркетплейсы с твоими игрушками? Сейчас почти вся страна пользуется доставками, и так будет намного удобнее. Если обычных игрушек на сайтах много, то вот вязаных — не так уж и много.
— Это мне надо будет тогда день и ночь работать, — вздыхаю я, представляя бесконечные ряды игрушек.
— Нет, ты будешь вязать только то, что по душе. Я предлагаю найти таких же рукодельниц и, скажем так, нанять их на работу. Они могут трудиться дома, мы предоставим им всё необходимое. От них потребуется только связать игрушки в определённом количестве за определённый период.
— Не знаю, надо подумать над этим, — задумчиво отвечаю я. — Ещё на качество работы надо взглянуть. Вязать может каждый второй, а вот качественно приделать те же ушки, глазки, ручки…
Внезапно раздаётся звон колокольчика над дверью, и мы оба оборачиваемся. Я замираю от удивления, увидев на пороге…
— Мама! — шепчет моя Анечка и, не сдерживая рыданий, заключает меня в объятия. — Мамочка, прости! Прости меня!
— Анют, что случилось? Что с тобой? — я обнимаю свою кровиночку, глажу её по голове. Как же я скучала по ней! Полгода не виделись…
Она рыдает так отчаянно, что я начинаю всерьёз беспокоиться. Замечаю зятя — он стоит в стороне и виновато пожимает плечами. Неужели он её обидел?
— Ну-ка прекрати, — шепчу я, продолжая гладить её по волосам. — Подумай о малыше. Не заставляй меня отвозить тебя в больницу и держать там, пока не родишь.
— Мама! — она отстраняется, и я вижу её зареванное, но полное гнева лицо. — Я высказала им всё, что думаю! Предатели! Не хочу их больше знать!
— Так, успокойся и сядь, — мягко усаживаю её в кресло. — Перестань волноваться и плакать.
— Успокоиться? — в её голосе звучит такая ярость, что я невольно вздрагиваю. — Я так зла, что готова вернуться туда и… и…
— Тише, тише, — беру её лицо в ладони, прижимаюсь лбом к её лбу. — Не нервничай. Ты же не хочешь потерять малыша из-за них?
— Я не хочу терять ребёнка, мама, но то, что они с тобой сделали… — она всхлипывает от обиды. — Я никогда им этого не прощу!
Слезы наворачиваются и у меня. Как же больно видеть свою дочь в таком состоянии! Она носит под сердцем моего внука, а они…
— Ш-ш-ш, — успокаиваю её, прижимая к себе. — Всё будет хорошо. Главное — ты и малыш. Давай для начала мы с тобой успокоимся, — мягко говорю я, пытаясь вернуть ситуацию под контроль. — Порадуемся тому, что наконец-то видимся. Обнимемся. А про плохое… Зачем нам вообще думать о плохом? Лучше расскажи, как прошло УЗИ. Сколько уже весит мой внук?
— Опять тему переводишь? — Аня резко отстраняется. — Думаешь, я так просто забуду про их предательство? Ни за что! Я заберу тебя с собой, и пусть они остаются со своей…
— Любовь Петровна, мы приехали за вами, — Максим появляется рядом, и я обнимаю его.
— Максим, милый, здравствуй. Зачем ты привёз её сюда? Ей нужно беречь себя.
— Мне ещё нужно и маму свою беречь! — Аня вскакивает с кресла, её глаза горят от гнева.
— Дочка…
— Я ничего не знаю! Ты едешь с нами. Я не оставлю тебя среди этих… змей. Они рано или поздно поймут, кого потеряли, и начнут околачиваться около тебя, но я не позволю! Я тебе запрещаю даже думать о том, чтобы вернуться к этому…
— Успокойся, он не подойдёт, — тихо и спокойно говорит Максим, но Аня реагирует на его слова с новой вспышкой ярости.
— Исчезни ты тоже с глаз моих! Как подумаю, что станешь таким же, как мой папаша, аж прибить хочется! Сволочь! — она замахивается и шлёпает его по плечу.
— Милая, я уже говорил, что ни за что не стану таким…
— Ага, ага! Вон один уже позаливал моей маме в уши эту пургу, а теперь ты. Да вы все одинаковые! — она резко оборачивается к Мише, про которого я совсем забыла в этой суматохе. — Разве мужики не одинаковы? Увидев красивую мордашку, оставляют своих жён и бегут за ней, разве нет?
В воздухе повисает тяжёлое молчание. Миша стоит неподвижно, его лицо выражает искреннее удивление. Я чувствую, как сердце сжимается от боли за всех нас. Моя дочь, беременная и расстроенная, не понимает, что своими словами причиняет боль не только другим, но и себе.
— Аня, — начинаю я осторожно, — давай поговорим спокойно. Не нужно обобщать и судить всех по поступкам одного человека.
— А как ещё мне судить? — её голос дрожит от сдерживаемых слёз. — Когда родной отец предал тебя, маму, меня… Как мне верить в честность других мужчин?
— Дочка, — я делаю шаг к ней, — злость и обида — это нормально. Но они не должны определять твоё отношение ко всем людям.
Максим подходит ближе, осторожно обнимает жену:
— Ань, я понимаю твоё состояние. Но поверь, не все такие. И твоя мама это знает.
Но Аня отталкивает мужа, глядя на него с обидой.
— Не все такие, — Миша с мягкой улыбкой подходит к Ане и, осторожно взяв её за руки, помогает сесть обратно. — Когда мужчина действительно любит свою жену, для него другие просто не существуют. Даже спустя годы эти чувства не угасают. Но… есть одно «но». В браке и муж, и жена должны беречь свои чувства. Заботиться о том, чтобы они не угасали. Проводить время друг с другом и обсуждать проблемы, которые их беспокоят.
— И то, что ты сейчас злишься — это правильно. Но неправильно, что ты не думаешь о ребёнке. Если с ним что-то случится, твоя мама будет винить себя в этом. А нам разве нужно это?
— Вы правы, не нужно, — Аня как-то разом успокаивается и смотрит на меня более спокойно. — Прости, мам, я просто… Просто не могу поверить, что он так с тобой поступил. Ты же никогда не давала повода, чтобы тебя предавали. Ну как они могли променять тебя на эту… эту… — и снова заливается слезами.
Моё сердце разрывается от её горя. Миша аккуратно вытирает её слёзы и, приподняв за подбородок, подбадривающе улыбается.
— А мы сейчас все вместе пойдём пить чай и успокаиваться. Что ты больше предпочитаешь — сладкое или солёное?
— Я? Сладкое, — всхлипывает Аня, словно маленький ребёнок.
— Вот и прекрасно. Вчера твоя мама купила сладости, так что нам повезло.
— А если бы сказала «солёное»? — с интересом склоняет голову набок.
— Недалеко есть прекрасный гастроном со всем, что хочешь. Можем заглянуть.
— Не надо, спасибо.
— Тогда идём пить чай, — Миша помогает ей встать и, всё так же держа за руку, ведёт в нашу маленькую кухню. Усаживает на диван, подставляет под спину подушку.
Я и Максим следуем за ними. Замечаю, как зять искоса наблюдает за Мишей, словно оценивая его действия. В воздухе витает напряжение, но уже не такое острое, как прежде.
— Не переживай, он не причинит ей вреда, — шепчу, нежно поглаживая зятя по плечу, чувствуя, как внутри разливается тепло от осознания, что рядом есть люди, готовые защитить.
— А вы кто? — наконец решается спросить дочь, её голос дрожит от напряжения.
— Я друг твоей мамы.
— Хозяин магазина, — отвечаем мы с Мишей хором, и это совпадение словно скрепляет невидимую связь между нами.
— Да, — улыбается Миша, качая головой. — Я и начальник, и друг. Мы знакомы с твоей мамой ещё с детства.
— Вы из Рыбинска? — в глазах дочери мелькает любопытство, пробивающееся сквозь пелену тревоги.
— Да. И сразу признаюсь, я ухлёстывал за твоей мамой, — подмигивает он, ставя на стол чашки, и я чувствую, как щёки заливает румянец.
Я берусь за заварку, а Максим садится рядом с женой, его рука нежно ложится на её плечо.
— Да? Так про вас папа говорил? — усмехается дочь, пытаясь вернуть себе самообладание.
— Если он про вчерашнюю встречу, то да, про меня, — отвечает Миша, и в его глазах пляшут озорные искорки.
— Вы встречаетесь? — прямо в лоб спрашивает Аня, и её вопрос повисает в воздухе, словно стрела, пронзившая тишину.
— Аня! — восклицаю я, чувствуя, как кровь приливает к лицу.
— Видишь, какая у неё реакция? — Миша притворно вздыхает. — Я даже боюсь предлагать ей.
— Миша, прекращай уже! — шлёпаю его по плечу, не в силах скрыть улыбку, и сажусь напротив дочери. — Не обращай внимания, он шутит. Ты как? Ничего не болит?
— Всё хорошо, мам. Я уже успокоилась, — отвечает Аня, но я вижу, как дрожат её руки.
— Точно? — осторожно уточняет Максим, и тут же получает резкий ответ:
— Замолчи!
— Аня, — с укором смотрю на неё, сердце сжимается от боли. Она никогда не разговаривала таким тоном. Тем более при людях. А Максим — не кто-то, а её муж.
— Мам, прости. Я просто не понимаю уже ничего. Извини, Макс, — шепчет она, обнимая его, и я вижу, как слёзы снова наворачиваются на её глаза.
Гормоны скачут, эмоции бьют через край. Понимаю, каково это — быть на грани, когда внутри бушует буря. Бедная моя девочка, как же тяжело ей сейчас.
Миша молча разливает чай, давая нам время прийти в себя. В воздухе витает напряжение, но уже не такое острое. Он словно чувствует, когда нужно промолчать, а когда сказать что-то важное.
— Миш, — шепчу, поворачиваясь к нему, моё сердце колотится от волнения. — Магазин открыт, а мы…
— Я закрыл, не переживай, — его голос звучит так спокойно и уверенно, что я невольно расслабляюсь.
— Ладно. Отпустишь меня сегодня домой? Я потом отработаю…
— Ерунду не говори, — в его глазах появляется нежность. — Тебе нужно побыть с дочерью, она явно сильно переживает. Но…
— Но? — замираю, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— Ты собираешься с ними в Москву? — в его голосе слышится такое искреннее беспокойство, что у меня на глаза наворачиваются слёзы.
— Нет, — с улыбкой качаю головой, чувствуя, как тепло разливается внутри. — Я не вижу необходимости покидать этот город.
— Хорошо, — он заметно расслабляется, и его улыбка становится искренней и открытой.
Улыбаюсь в ответ, поворачиваясь к детям, и замечаю их прищуренные взгляды. Дочь даже бровь подняла, явно что-то себе надумав. Её взгляд полон невысказанных вопросов.
— Так, вставайте и поехали ко мне, — говорю, убирая чашку, чувствуя, как внутри всё ещё бушует буря эмоций. Мы даже не успели толком попить чай.
— Мне обещали сладости и чай, — усмехается дочь, пытаясь скрыть свои переживания за шуткой.
— Кстати, как к вам обращаться? — спрашивает она, и в её голосе слышится искренний интерес.
— Ох, забыл представиться. Михаил, — отвечает он с лёгкой улыбкой.
— А отчество? — настаивает Аня.
— Обижаешь, дорогая, просто дядя Миша, — подмигивает он.
— Это вы вчера ответили на мой звонок, да? — в её глазах появляется понимание.
— Да. Люб, — он смотрит на меня с искренним раскаянием. — Это я виноват, что Аня узнала обо всём. Я думал, она в курсе происходящего и…
— Дядя Миша рассказал, как ты влепила папе пощёчину, — перебивает дочь, и в её голосе слышится горечь. — Я потом позвонила Артёму и тёте Фае. Сначала я так разозлилась на тебя, мам, за то, что скрывала это столько времени… Зачем? Неужели я не заслуживала знать правды?
Я чувствую, как внутри всё сжимается от вины, от боли за дочь, за всё, что ей пришлось пережить.
— Доченька, — начинаю тихо, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Я не хотела, чтобы ты переживала. Ты была так счастлива…
— Счастлива? — её голос дрожит от сдерживаемых слёз. — А ты? Как же ты? Ты страдала в одиночестве, а я…
— Дочь, ты же в положении, как я могла рисковать моим внуком? Вы с мужем так долго пытались, и из-за ерунды потерять ребёнка я не хотела, — мой голос дрожит от сдерживаемых эмоций.
— Это не ерунда, мам! То, что они сделали с тобой, это подло! Ладно папа — мужчина, который не может держать себя в руках, но как Кира могла? Я не могу понять её! — в голосе дочери звучит искреннее возмущение.
— Она всё ещё ребёнок, Ань.
— Пятнадцать лет — это уже не ребёнок, мам! На твоём месте я бы влепила хорошую пощёчину, а может, и ремня всыпала! Паршивка мелкая! — её глаза полны гнева.
— Аня, прекрати…
— Она дура, мам! Променять родную мать на какую-то… шалаву! Шмотки ей, видите ли, она крутые покупает, а то, что отец всегда ругался на такие вещи — ничего! Это он же всегда говорил, чтобы не смели ходить в таких вещах, но когда их покупала любовница — всё нормально оказалось! Подлец!
— Аня! Хватит! Ты говоришь об отце!
— Я говорю о предателе! — её голос срывается, и я вижу, как слёзы снова наворачиваются на глаза.
— Ань, — тихо начинаю я, — давай не будем судить их. Они сделали свой выбор, и теперь должны жить с этим. А мы с тобой будем жить своей жизнью.
— Но как же так, мам? Как можно было так поступить с родной матерью? — её голос полон боли и непонимания.
— Иногда люди делают вещи, которые мы не можем понять. Но это не значит, что мы должны опускаться до их уровня. Мы выше этого.
— Я всё равно не хочу больше с ними общаться! — твёрдо заявляет дочь, её голос звучит решительно и непреклонно.
— Успокойся, милая, — мягко отвечаю я, поглаживая её по руке. — Дай себе немного времени. Всё наладится.
— Ты же не думаешь о том, чтобы вернуться к нему? Не думаешь, мам? — в её глазах читается искренняя тревога.
— Нет, — качаю головой. — Наши пути с твоим отцом разошлись, но есть Кира…
— Она ещё у меня получит! — вспыхивает Аня, сжимая кулаки.
— Аня, прекращай, — мягко останавливаю её. — И вообще, поехали домой. Вы с дороги, уставшие, отдохнёте, потом поговорим.
— Ладно, — соглашается дочь, немного успокаиваясь. — Спасибо, дядя Миша, за всё, — с вымученной улыбкой обращается она к нему. — Я рада, что познакомилась с вами.
— И я рад, — отвечает Миша. — Если что, всегда на связи, — подмигивает он ей. — И не волнуйся. Всё, что ни случается, к лучшему.
— Кажется, я понимаю, к какому лучшему, — хитро посмеивается дочь, бросая на меня многозначительный взгляд.
— Аня! — восклицаю, хватая её за руку. — Пока, Миша.
— Пока, — озорно улыбается он, и в его глазах пляшут весёлые искорки.
Я чувствую, как внутри разливается тепло от его взгляда, но сейчас не время для этого. Нужно позаботиться о дочери, помочь ей прийти в себя после всего произошедшего. Впереди нас ждёт долгий разговор.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод в 50. Вторая петля", Аелла Мэл ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10 | Часть 11 | Часть 12 | Часть 13 | Часть 14 | Часть 15 | Часть 16 | Часть 17 | Часть 18 | Часть 19 ️ | Часть 20
Часть 21 - продолжение