Когда я вернулась в дом, почти все гости уже разошлись, а в холле их провожал Дарклан вместе с Альеной. Они будто уже были одной семьей, оставались лишь формальности. И, кажется, одной из формальностей была я.
Я поднялась в спальню и села в кресло у окна, дожидаясь мужа. Только усидеть дольше пяти минут не смогла.
Обстановка нашей спальни давила, навевала непрошенные воспоминания о наших совместных ночах, разговорах…
Абсолютно все, каждая деталь напоминала мне о той жизни, которой больше не существовало.
Я бросилась к шкафу с одеждой, распахнула дверцы и стала срывать платья с вешалок, скидывая их на постель. А потом остановилась, все взвесив, и повесила платья на место.
Вряд ли Дарклану могли прийтись по душе мои сборы. Ради своего же блага нужно было сохранять спокойствие. Не топать ногой и хлопать дверью, сбегая в никуда. Я должна вручить в руки мужа возможность отпустить меня. Создать иллюзию того, что решение за ним и только за ним.
Нутром чуяла, что иначе точно ничего не выйдет. Ведь чем больше выказываешь явное сопротивление чему-либо, тем больше сопротивления получаешь в ответ.
– Элиза, – голос мужа раздался за спиной, когда я прятала последнее платье обратно в шкаф.
– Слушаю тебя, – с готовностью произнесла я и повернулась, наткнувшись на пристальный взгляд мужа.
– Завтра соберут твои вещи, – произнес он, и мое сердце пропустило удар. – Я решил, что теперь ты будешь жить в отдельной спальне. Так будет лучше и правильнее по отношению к вам обеим. К тебе и к Альене.
Взгляд холодный, губы сжаты в плотную линию.
Он будто смотрел не на свою жену, а какую-то незнакомку. Я и сама видела в нем незнакомца.
Дарклан, которого я знала, словно перестал существовать.
Но поверить в это было так же трудно, как убедить себя в отсутствии гравитации. Прежде любовь мужа казалась мне настолько сильной, что она просто не могла бесследно испариться.
Объяснение находилось лишь одно – он никогда меня и не любил. А то, что я видела, была лишь невероятно искусная игра.
Для чего это было нужно? На этот вопрос я уже ответить не могла, и логическая цепочка обрывалась.
Нас ведь не навязывали друг другу. Наш брак не был спланирован – Дарклан сам захотел на мне жениться и обивал порог моего дома, чтобы добиться одобрения моих родителей и моего согласия.
Собственно, родители пару раз отказали ему только ради приличия. После произошедшего со мной они считали, что Дарклан – подарок судьбы. Ведь никто больше не согласится на мне жениться.
Выходить замуж так рано я никогда не планировала. Но иной мир диктовал свои условия. К тому же я влюбилась в Дарклана настолько, что и не думала об отказе. Только и ждала, когда родители дадут одобрение.
В этот мир я попала в тот день, когда Элиза на занятии в Академии впервые применила свою магию. И первый раз стал для нее последним.
В своем мире я умерла из-за пожара. Мамы на тот момент уже давно не было в живых, и я жила с отчимом.
Мама и отчим были из тех, кто любит выпивать семь дней в неделю, тащить в дом кучу друзей-собутыльников, устраивать сумасшедшие гулянки с криками и драками.
Меня только приняли в университет, и я ждала начала учебного года, чтобы, наконец, съехать в общежитие и навсегда распрощаться с той жизнью, которая вызывала у меня отвращение. Но не успела…
В тот день я проснулась, но выбраться из дома не смогла – задохнулась от угарного газа. И в последние секунды я даже успела порадоваться, что огонь не добрался до меня, и я не умерла в муках.
Рано обрадовалась. Потому что в этом мире меня ждали муки пострашнее.
Проблема Элизы была в спутанных магических потоках. Такие вещи никто не проверял, поскольку не было раньше подобных прецедентов. Или о них просто никто не знал.
После нескольких месяцев обучения теории у нее началась практика. Нужно было просто зажечь огонь на своей ладони.
Но вместо того, чтобы вырваться наружу, магия пошла внутрь. Она кипела под кожей, опаляла внутренности и сжигала Элизу заживо.
Этот непостигаемый ужас я ощущала лишь фантомной болью через воспоминания Элизы. Но если она скончалась сразу же, то мне приходилось жить с этой болью неделями.
Мама, вернее, Ливия Беллоу говорила, что на мне не было живого места. Я была сплошным ожогом, с трудом напоминающим живое существо.
Я долгое время была без сознания, пока лекари денно и нощно пытались спасти мне жизнь. Меня поили целительными и обезболивающими зельями, обмазывали всевозможными мазями, пока я раз за разом выныривала из агонии, не приходя в сознание.
Даже с обезболивающими я всегда чувствовала боль. И, может, если бы мне не пришлось пережить тот ужас, то сейчас я бы просто превратилась в тряпочку и безутешно рыдала над своим горем.
Но эта боль меня закалила. Она оставалась со мной навечно, пускай только лишь в воспоминаниях. Поэтому сейчас я неустанно напоминала себе: раз смогла пережить те страшные муки, то с нынешними точно справлюсь.
Когда я пришла в себя, то едва ли не первым услышала слезное признание новой мамы в том, что принц Файз расторг помолвку. И если бы в тот момент я могла улыбнуться, то непременно сделала бы это. Ведь память Элизы припасла некоторые сведения о бывшем женихе.
Честно сказать, лучше сгореть заживо, чем всю свою жизнь провести с таким мужчиной как Файз. Даже Дарклан со своим гнусным предательством был безобидной ромашкой в сравнении с принцем.
Он отличался жестокостью, о которой шептались лишь при плотно закрытых дверях и в самых узких кругах. Потому что боялись.
Говорили даже, что смерти его пятерых братьев были вовсе не случайны, и он сам приложил к этому руку.
Разумеется, никаких подтверждений тому не было, и Элиза убеждала себя, что все это наговоры. Но за одну лишь встречу с принцем поняла, что все слухи о нем были не преувеличены. Возможно, даже преуменьшены.
Родители Элизы, конечно, во все это не верили. Или просто не желали верить. Им выпала великая честь связать свой род с королевской семьей. Разве от такого отказываются?
И, конечно, разрыв помолвки стал для них вторым горем после того, что случилось с любимой дочерью.
На Элизу ничего не жалели, и на лечение уходили баснословные суммы. Но результат был совсем нерадостный.
Я в этом убедилась, когда впервые посмотрела на себя в зеркало. Мама сопротивлялась, настаивала не делать этого. А я все равно сдернула ткань с одного из прикрытых зеркал и… просто упала в обморок от ужаса.
Несколько дней прошли как в тумане. Казалось, невозможно смириться с таким.
А в одно утро я вдруг поняла: я ведь жива. Жива! Разве не это главное? А с остальным… как-нибудь справлюсь.
В мире, где существует магия, поверить в чудо гораздо проще. И мои новые родители этим и занимались – искали чудо, которое вновь поможет мне почувствовать себя полноценной.
Но нашли не они, а Дарклан. Уж не знаю, что это за невероятная мазь была, и где мой будущий муж ее достал, но даже родители были искренне удивлены чудодейственному эффекту. А надо сказать, удивить драконов совсем непросто.
Я так и не нашла в себе силы признаться родителям в том, что я попаданка, а не их родная дочь. А обрывочные воспоминания Элизы помогли мне не выдать себя.
Эгоистично? Вероятно, да.
Но у меня, наконец, появилась настоящая, любящая семья, и терять ее совсем не хотелось. Да и родители были так счастливы тому, что единственная дочь не покинула их, что огорчать их совершенно не хотелось.
Но стал бы хоть кто-то заниматься моим исцелением, если бы знал, что я не та, за кого себя выдаю? Относительно родителей ответ казался очевидным, а вот о Дарклане я думала иначе. Была ведь уверена, что полюбил он именно меня, а не Элизу.
В воспоминаниях Элизы Дарклан числился второстепенным персонажем, к которому она испытывала лишь легкую симпатию. Да и он к ней особо пылких чувств не питал, как я могла судить по тем же воспоминаниям.
Может, Элизе и хотелось влюбиться в кого-то сильно и по-настоящему. В Дарклана или кого-то еще. Но она запрещала себе чувства, будучи обещанной принцу. Не хотелось ей, чтобы этот брак был для нее еще болезненнее.
С Даркланом у нас все началось тогда, когда мое состояние стабилизировалось, и я начала выходить в свет. Правда, лицо приходилось скрывать за специальной маской, изготовленной по заказу отца.
Вероятно, эта самая маска и привлекла внимание моего будущего мужа. Сперва были непринужденные разговоры, затем легкий флирт. А после он всерьез стал ухаживать за мной, дарил чудесные подарки, одним из которых и стала та мазь, которая вернула меня к нормальной жизни.
Дарклан говорил, что полюбил мою душу, а внешность для него не первостепенна. Но он знал, как сильно я переживала из-за своей внешности, а потому сделал это ради меня – нашел средство, способное сделать меня счастливее.
И я действительно была счастлива с Даркланом то время, которое мы провели вместе. Искренне любила его и непоколебимо верила в его любовь. До сегодняшнего дня…
– У меня есть другое предложение, – произнесла я после заявления Дарклана о необходимости жить по разным комнатам. – Что если я перееду в поместье своих родителей? Вероятно, такой вариант будет лучше для всех.
Муж расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и замер, изогнув бровь:
– С чего бы вдруг тебе туда переезжать? Не вижу в этом никакого смысла. Обновить поместье должным образом ты все равно не сможешь. У тебя вкус твоих родителей.
Последнее он произнес с нескрываемым пренебрежением, что поразило меня до глубины души. Прежде он восторгался интерьером родительского дома, а он был действительно идеален без преувеличения.
А теперь его вдруг стало что-то не устраивать. Он разом решил все изменить, начиная с мелочей и заканчивая женой.
– Я имела в виду не это, – качнула я головой и приблизилась к мужу. – Будет честно и правильно, если я стану жить отдельно, а вы с Альеной останетесь здесь. Ты ведь обещал, что не возьмешь себе вторую жену, но свое слово не сдержал. А я на такое не соглашалась.
– Элиза, девочка моя, – снисходительно отозвался муж и подхватил пальцами мой подбородок. – Решения иногда меняются. И не у тебя мне спрашивать, что делать, а что нет. Я так решил, и точка. Имею полное право.
– Я принимаю твое решение жениться на Альене, Дарклан, – мягко улыбнулась, не выдав истинных эмоций. – Но принимаю его не как жена, а как человек, которому ты дорог. Я желаю тебе счастья с Альеной, которому не хочу препятствовать. Но ведь твоя будущая жена не будет рада конкуренции в моем лице, а это будет сказываться на тебе. Зачем усложнять себе жить? Вы станете счастливой семьей, а я тихо уйду из вашей жизни.
– Мне не нравится этот разговор, дорогая, – глаза Дарклана зло прищурились, а пальцы крепче сжались на моем подбородке. – Думать – это моя задача. Твое же дело – быть хорошей женой и не огорчать меня. Так что прими мой выбор и живи, как жила раньше. Не устраивай истерик на пустом месте и не забивай свою хорошенькую голову всякой ерундой.
Но истерик я не устраивала. Наоборот, была предельно спокойна и терпелива в тот момент, когда нутро выкручивало от желания высказаться о предательстве мужа. Горячо, несдержанно и искренне.
– Я была хорошей женой, – ответила с нажимом и сбросила руку мужа со своего лица. – Но что это изменило? Ты клялся мне в вечной любви, а что теперь? Твоя любовь закончилась, раз появилась Альена. Или ее и вовсе никогда не было. Зачем тогда тебе нужна я? Чтобы просто держать при себе? Унижать? Делать больно? Чем я заслужила такое отношение к себе?
Губы Дарклана исказились кривой линией, скулы заострились, а зрачки сузились, вытянувшись в вертикальные полосы.
– Ты сама себя унижаешь, Элиза, – раздраженно произнес он. – Выставляешь себя жертвой, будто я тебя хоть чем-то обделил. У тебя есть все благодаря мне. И свое прекрасное лицо ты носишь только благодаря мне. Не забывай об этом, прежде чем в следующий раз в чем-то меня упрекнуть.
Он отвернулся и нервно стянул камзол, затем швырнув его на кресло.
– За Альену я тоже должна тебя благодарить? – с болезненной язвительностью отозвалась я, не сдержав нахлынувших эмоций. – Как ты только можешь все настолько переворачивать? Я всего лишь хочу свободы от отношений, в которых я стала лишней и ненужной. А ты отчего-то вменяешь мне неблагодарность, которой я никогда не грешила.
С гулким утробным рычанием Дарклан сжал кулаки до побелевших костяшек. А через мгновение ураганом подлетел ко мне и впечатал в стену.
От его тела шел нестерпимый жар. Но не тот, от которого вспыхивало желание и подкашивались ноги. Это был опасный и колючий жар, будто из самой преисподней. И он напоминал мне ужас тех дней, когда я боролась за жизнь.
Уперлась в его грудь ладонями, но не смогла отстранить Дарклана и на миллиметр. И вряд ли смогла бы, даже в том случае, если бы он не сопротивлялся.
– Ты переходишь все границы, Эли, – грубые пальцы коснулись щеки, очертили скулы, а затем до боли сжали мои щеки. – Своими речами ты ничего не изменишь, дорогая. Разве что выведешь меня из себя окончательно. И, поверь, тебе самой не понравится, если я сорвусь.
Последнее он гулко выдохнул и впился в мои губы с болезненным поцелуем. Я не ощутила ничего, кроме отвращения и металлического привкуса крови, проступившей на его губах после моего укуса.
Я рисковала спровоцировать мужа еще сильнее, но отчаянно хотела прекратить его посягательства.
И я спровоцировала. Но совсем не на то, чего ожидала.
Вместо того, чтобы отпустить меня, или хотя бы вновь вцепиться в мое лицо, как в игрушечное, Дарклан с напористой жаждой углубил поцелуй и остро впился пальцами в мои бедра. А затем с треском разорвал несчастную юбку.
Сердце ухнуло в пятки, а руки задрожали. Я физически не могла противостоять ему, выскользнуть из стальной хватки. А мои попытки причинить Дарклану боль отчего-то только его заводили.
Я не знала этого человека, будто все прежнее время он притворялся кем-то другим, а теперь открыто демонстрировал животную суть.
Спас меня лишь внезапный и весьма настойчивый стук в дверь.
– Войди, – рявкнул Дарклан, с раздражением отстранившись от меня.
В ту же секунду я метнулась к двери, прикрывая нагие бедра разорванной юбкой.
– Фир Дарклан, – в проеме появилась служанка, которую я едва не сбила с ног. – Фира Альена хочет…
– Подожди, – Дарклан прервал ее речь и успел схватить меня за руку за секунду до того, как я унесла ноги. – Запомни все, что я сказал тебе, Элиза. А теперь иди и очень хорошо подумай над своим поведением.
Последний раз я такое слышала в школе, да и то не в свой адрес.
Но подумать стоило. Например, о том, где были мои глаза и мой разум, когда я решила, что Дарклан чудесный мужчина и станет прекрасным мужем.
Я обняла себя за плечи, содрогнувшись всем телом, и унеслась прочь по коридору.
Нынешний Дарклан мне был неприятен и вызывал ужас.
Он тыкал меня лицом в то, что прежде преподносилось как знаки внимания, любви и заботы. А обращался теперь со мной, как с куском мяса.
Но я была не намерена терпеть подобное до конца своих дней. Только теперь мне явно требовалось что-то более существенное, чем простой разговор и попытка воззвать мужа к чести и справедливости.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Лишняя. Развод с безжалостным драконом", Эйси Такер ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 5 - продолжение