После ухода из Гельсингфорса двух первых отрядов кораблей, в порту остались только мелкие корабли, транспорта и вспомогательные суда. Несмотря на апрель (первые корабли уходили в марте- начале апреля), сложность перехода возрастала с каждым новым выходом в море. Корабли и суда третьего отряда не пошли "напролом через середину Финского залива, а для прохода в Кронштадт выбрали прибрежный фарватер, и выходили "по готовности", несколькими эшелонами. Первый эшелон Третьего отряда 11
суток шел этим фарватером, за ним ушел второй эшелон - у него на переход ушло 9-10 суток (суда прибывали в Кронштадт в разное время, часто с другими эшелонами. Поход Первого отряда-читать ЗДЕСЬ) , поход Второго отряда- (читать ТУТ), начало истории Третьего отряда - ТУТ . Второй эшелон - ВОТ ТУТ.
При всем грандиозности Ледового похода, а это надо оценивать именно так, в настоящее время не встречал подробных работ или исследований, которые были бы доступны простым читателям, с точным списком кораблей и судов, которые шли в отрядах и эшелонах. Эти списки есть только по крупным отрядам (1 и 2), и по первым эшелонам Третьего отряда. Так что постараемся собрать те данные которые чаще всего встречаются.
Как было уже сказано и не раз, Третий отряд выходил эшелонами, причем 10 апреля Гельсингфорс покинули сразу три эшелона третьего отряда (третий, четвертый и пятый) и ряд отставших кораблей. Что понимается под "оставшимися" кораблями - не ясно, от чего они отстали, если два эшелона уже в пути, и они туда не вошли? Возможно были все же списки?
Н.С.Кровяков пишет: "...10 апреля ушли основные подразделения минной дивизии и дивизии сторожевых кораблей с приданными транспортами, составлявшие три эшелона, в которые входили 30 эскадренных миноносцев, 9 тральщиков, 5 сторожевых кораблей, 2 заградителя, 28 транспортов, 13 буксиров и другие корабли. Кроме того, в этот же день отдельной группой вышли 9 тральщиков, 5 сторожевых кораблей, 2 заградителя, 28 транспортов, 13 буксиров и другие корабли. В этот же день отдельной группой вышли 9 тральщиков, 2 заградителя, 3 сторожевых корабля, 2 вспомогательных и несколько других кораблей".
К этому списку Царьков добавляет еще "... 16 боевых кораблей и вспомогательных судов". Но о конкретных кораблях можно только догадываться по отдельным сообщениям.
О движении третьего отряда есть воспоминания старшего лейтенанта Николая Николаевича Струйского: "Первая партия мелких судов, имея в голове ледокол, отправилась с флагманским штурманов Н.Н.Крыжановским в Кронштадт, а я был вызван в штаб флота и назначен вместо него, так как Крыжановский получил новое назначение. Это было 8-10 апреля. Перед мной стояла задача вывода более сотни судов шхерами без единой вехи и со слабыми ледокольными средствами. Первая партия с Н.Н.Крыжановским пошла 18-футовым фарватером, почему и суда, сидевшие глубже 18 футов, были обречены на оставление в руках белофинов".
Третий эшелон вели портовые ледоколы «Черноморский № 2», «Смелый», «Ассистент» и «Цецилия». За ними по фарватеру следовали транспорты «Како», «Борго», «Живете», «Оркан» и шесть эсминцев. В четвертом эшелоне, который вели ледоколы «Черноморский № 4», «Огонь», «Солид», «Бойкий» шли транспорты «Ока», «Сухона», «Бурлак», «Мыслете» и девять эскадренных миноносцев.
Для справки: по открытым данным - 1 апреля 1918 года капитан 2 ранга Н.Н.Струйский был назначен главным штурманом Балтийского флота. Может быть все же и его заслуга есть в том, что корабли Балтфлота вырвались из Гельсингфорса? В источниках Н.Н.Крыжановский называется Флагманским штурманом Балтийского флота, во время гражданской войны сражался на стороне белых на Юге России. Жил до 1964 года в эмиграции, оставил интересные воспоминания о восстании на крейсере "Память Азова". Очень любопытные.
Как видим, портовые ледоколы еще оставались и могли вести транспорты по фарватеру, тем более если его "пробили" корабли и суда, ушедшие ранее. Правда, остается не ясным, как точно были распределены эсминцы по этим эшелонам - те самые оставшиеся эсминцы, из которых 15 (девять и шесть) пошли в эшелоне №3 и №4. Однако некоторые данные сохранились, по крайней мере по "новикам", на этих эсминцах здесь и сделаем основной акцент.
Для справки: Ледокол "Черноморский № 2", с 1.1.1932 - Барометр, с 25.7.1941 - ТЩ № 56. Ледокольный буксирный пароход, построен в 1914 в Гельсингфорсе (Финляндия). В 1915 году мобилизован и включен в состав БФ. Участвовал в 1-й мировой войне и Февральской революции. 10-16.4.1918 совершил переход из Гельсингфорса в Кронштадт. С 9.1918 находился в порту на долговременном хранении. В период с 29.4.1922 по 28.3.1925 находился в распоряжении МПО ОГПУ. 29.4.1922 переклассифицирован в посыльное судно, 15.7.1926 -в буксирный пароход, 1.5.1928 -в учебное судно, 16.12.1930 -в гидрографическое судно, а 4.11.1932 -в тральщик. Капитально отремонтирован в 1937-1940. Участвовал в советско-финской войне и Великой Отечественной. 28.8.1941 погиб у м. Юминданина от подрыва на мине при прорыве из Таллина в Кронштадт.
По данным А.Чернышева третий эшелон Третьего отряда составили 4 эсминца ("новики") 11 дивизиона: "Азард", "Десна", "Гавриил", "Самсон"; четвертый эшелон - 6 эсминцев ("новики") 12 дивизиона - ""Победитель", "Забияка", "Капитан 1 ранга Миклуха-Маклай", "Лейтенант Ильин", "Орфей", "Свобода"; пятый эшелон - 4 эсминца "новика" ("Изяслав", "Автроил", "Капитан Изыльментьев", "Константин" - под флагом начальника Минной дивизии А.П.Екимова. Всего - 14 эсминцев типа "новик" (если точнее - типа "Победитель" ("Орфей"), "Лейтенант Ильин" ("Капитан Изыльментьев"), "Гавриил", "Изяслав"). Кстати, часто упоминается, что эсминец "Лейтенант Ильин" вышел позднее, судя по всему с последним эшелоном, прикрывая отход - его оставили у мигалки Альватениеми для "охраны хвоста каравана", так как белофинны и немецкие войска были на окраинах Гельсингфорса.
Основной проблемой при подготовке эсминцев к походу стало состояние механизмов и самих кораблей, так как часть из них или ремонтировались, или нуждались в ремонте (после боевых повреждений или технических неисправностей). Например, эсминец "Летун" (тип "Орфей"/"Победитель") ремонтировался после подрыва на немецкой мине в октябре 1916 года - его на буксире сначала "притащили" в Гельсингфорс из Ревеля, затем так же на буксире пришлось тащить в Кронштадт, но дотащили.
Остро стояла проблема укомлектования экипажей, особенно офицерами. При штатной численности эсминцев типа "Орфей" ("Изяслав") - 8 офицеров, 5 старшин и 100 матросов, итого 113 человек (для типа "Изяслав" - 12-4-142, итого -158 человек), на "новиках" иногда оставалось по 5-6 офицеров и 60-70 старшин и матросов. Дезертирство офицеров, начавшееся уже перед уходом кораблей из Ревеля, после высадки немцев в Финляндию еще более возросло. Покидая под всевозможными предлогами с кораблей, командиры и офицеры, как
правило, забирали с собой казенные деньги и ценное имущество.
Так, командир эсминца «Самсон» Иванов покинул корабль, похитив почти все корабельные деньги и 5500 рублей, взятые под расписку у командира эсминца «Азард». В свою очередь ревизор «Азарда» мичман Державин ушел с корабля накануне его выхода из Гельсингфорса, присвоив 2215 рублей казенных денег.
Капитан 2 ранга Ракинт, командир эсминца «Страшный» (тип "Украйна"), самовольно оставив миноносец, похитил из судовой кассы около 17000 рублей.
По данным Н.С.Кровякова, покинули корабли лейтенант Штернберг, инженер-механик Реклайтис, лейтенант Антонович (эсминец «Самсон»), мичманы Мартынов и Виноградов (эсминец «Капитан Изыльметьев») ушли, заявив о своем нежелании служить. Лейтенант Моисеев (эсминец «Финн») свой уход с корабля объяснял страхом перед опасностями похода, капитан 2 ранга Михайлов, командир эсминца «Финн», подал в отставку за день до ухода
корабля, командир эсминца «Сторожевой» (тип "Деятельный") лейтенант Тошаков объяснял свой уход с корабля тем, что корабли якобы не смогут дойти до Кронштадта.
Кровяков Н.С. пишет: "...По далеко не полным данным перед уходом третьего отряда из Гельсингфорса самовольно покинули корабли 17 офицеров, подали в отставку перед уходом из Гельсингфорса 8 офицеров, «не проявили должной энергии к выводу своих кораблей, следствием чего явилось оставление их в Гельсингфорсе», 10 офицеров...." . Работа Н.С.Кровякова, изданная в 1955 году не лишена определенных идеологических штампов, это надо учитывать, но в целом передает определенные факты, которые нельзя не учитывать.
Как видно, укомлектованность офицерами на эсминце "Азард" и "Самсон" - 0%, в тоже время на ЭМ "Десна", "Гавриил", "Победитель", "Свобода" - 100%. По экипаж - хуже всего ситуация была на эсминце "Азард" - его покинули все (по данным Царькова А.Ю.), в тоже время на остальных эсминцев данных типов укомплектованность находилась от 53% (на "Свободе") до 73% (на "Забияке"). Такое положение дел позволило перераспределить экипажи и обеспечить корабли хотя бы минимум экипажа.
Н.Н.Несвицкий, в будущем контр-адмирал Советского ВМФ в своих
воспоминаниям пишет: «...Без минимального числа командиров идти нельзя
было. Вместе с представителями судового комитета мы снарядили конвои из матросов и привели на корабли пять «господ офицеров». Они были назначены на командные посты, причем назначение это сопровождалось предупреждением: "-Не вздумайте что-либо сотворить, за вами все время будет смотреть зоркий и внимательный глаз". Нечего и говорить, что такие, с позволения сказать, командиры еще больше затрудняли условия ледового похода».
И корабли вышли в поход. Корабли вышли в поход 10 апреля, несмотря на туман, из-за которого один из транспортов - судно "Мыслете" село на мель. Бросать его было нельзя, все транспорты были загружены имуществом, снаряжением, различными грузами, в том числе продовольствием, на "Мыслете" был груз цемента. В этой ситуации пришлось стать на якорь и ждать помощи. В 14.10 к транспорту подошел ледокол «Черноморский № 4», который вывел судно в море, при этом взяв в 16:40 на буксир тральщик «Запал».
11 апреля движение во льду возобновилось в 07:30, но корабли и суда шли все время переменными ходами и иногда приходилось останавливаться. Шли в кильватерной колонне. В 20:30 стали на ночевку, первые корабли остановились вообще в 18.45, в двух милях от маяка Ранк-Э.
12 апреля в 06:30 продолжили движение кильватерной колонной. Утром «Кама» подошла к эскадренному миноносцу «Азард», но дальше отряд не пошел из-за тумана. В 08:15 движение в густом тумане возобновилось. В 10:00 на том же «Мыслете» дали во льду задний ход и погнули руль. В 11:50 эсминец «Самсон» дал передний ход, навалился на «Каму», сорвал оба буксира, доломал правый трап и повредил кормовой транец. В 12:10 подали новый буксир и возобновили выполнение приказа следовать в Кронштадт. До 14 часов караван не двигался из-за тумана. Днем временно пришлось буксировать еще один маленький миноносец. В 20.10-20.45 корабли эшелона прекратили движение и остановились на ночевку.
13 апреля в 06:20-7.00 возобновили движение, но уже в 06:28 на "Мыслете" намотали буксир на винт. Пришлось остановиться, и только в 07:00 дали малый ход. В 12:00 караван остановился, командам дали время обедать. Плавмастерская "Кама" второй миноносец передала для буксировки ледоколу «Огонь». Шли переменными ходами и в 19.30-20.50 стали на ночевку во льду у острова Киви-Кари.
14 апреля в сплошном льду продвигаться не получилось, корабли и суда прошли лишь несколько десятков сажень и потом весь день стояли в ожидании ледоколов. В 04:30 многострадальную плавмастерскую взял на буксир подошедший из Кронштадта ледокол «Ермак» и вывел из ледового поля. В 05:30 она продолжила движение самостоятельно с «Самсоном» на буксире. В 19:25 лопнул стальной буксир и пришлось заводить пеньковый. В 19:50 дали ход, но в 20:40 ситуация повторилась. В 20:55 прекратили движение во льду и встали на ночевку.
15 апреля продолжили стоять во льду, только в 05:00 некоторые суда возобновили переход в Кронштадт. В 19:20 "Кама" прошла траверз Толбухина маяка и уже в 20:45 «Кама» (ей хорошо помог ранее "Ермак") вошла на Малый Кронштадтский рейд и встала на якорь. Но караван судов все еще двигался во льдах.
В 08:00 16 апреля начали продвижение переменными ходами оставшиеся суда и корабли, а вскоре подошла еще помощь из Кронштадта. Так, в 13:20 подошел ледокол «Город Ревель» (он перешел в Кронштадт со вторым отрядом линкоров и крейсеров) и взял транспорт «Мыслете» с тральщиком на буксир. Ледокол вел их до 18:35, потом они шли сами до тех пор, пока в 20:00 не остановились в сплошном льду на ночевку.
Утром 17 апреля продвижение вперед продолжилось, но вскоре его прекратили из-за ледяных полей, заночевали в Биерке-зунд. В 05:35 18 апреля 1918 года движение возобновилось, хоть и переменными ходами. В 14:00 транспорт "Мыслете" застрял во льду. В 15:30 к нему на помощь подошел «Ермак» (подошедший из Кронштадта), взял на буксир и вывел на чистую воду. Потом транспорт пошел сам, но ночью напротив Шепелевского маяка вновь оказался в ледовом плену. И только 19 апреля в 05:45 продолжили движение, и в 12:30 транспорта уже пришвартовались в средней гавани Кронштадта. Так все тот же "Мыслете" из четвертого эшелона пришвартовался к транспорту "Живете", который входил в состав третьего эшелона, и уже чуть ранее достиг Кронштадта.
Но тяжело было не только транспортам с их слабыми машинами и крупными корпусами, тут надо отметить, что правильным было решение, когда эсминцы с узкими корпусами шли в колонне с широкими транспортами, это позволяло сохранить целыми хрупкие боевые корабли, не рассчитанные на такие испытания. Отметим, что "зимней шубы", которые иногда носили (при необходимости) советские эсминцы, на них не было.
Так, во время перехода "Азард повредил о лед свой форштевень, в его корпусе появилась течь. после этого эсминец был взят на буксир ледоколом "Смелый". В свою очередь сам "Азард" также вел на буксире гидрографическое судно "Самоед" с разобранной главной машиной. Сложно такое представить, если вспомнить, что "родного" экипажа на "Азарде" не было (или все же кто-то был?). Транспорт "Бурлак" (эшелон № 4) вел на буксире эсминец "Орфей", буксир (ледокольный) "Цецилий" (эшелон № 3) - "Десну". Эсминец "Забияка" из четвертого эшелона "умудрился" допустить столкновения с эсминцем "Деятельный", который вышел со вторым эшелоном на сутки раньше. Правда, это столкновение больше повреждений нанесло "малышу" "Деятельному", чем "Забияке". Но такой факт был, причем он в очередной раз подтверждает, что на переходе часто корабли и суда "перемешивались" и уже шли в Кронштадт вне зависимости от "начальной организации". Это, видимо и затрудняло их учет в дальнейшем.
Любопытно, что сохранилось сравнительно много подробностей о переходе транспортных судов - даже не знаю, почему так. Казалось бы на боевых кораблях ведение вахтенных журналов должно быть более тщательными и строгим, чтобы потом по ним можно было бы узнавать подробности. Однако в источниках чаще встречаются подробности о переходе именно транспортных кораблей. Например, в работе Царькова А.Ю. приведены документы о подготовке к походу и плавании плавучей мастерской «Кама».
Любопытно, что по приведенным материалам можно сказать, что эту плавмастерскую неприятности начали преследовать сразу как только экипаж принял решение на переход в Кронштадт. Да, еще раз подчеркнем, в тот период много решалось на собраниях (здесь было собрание судового комитета, команды плавмастерской и мастеровых, которые на ней работали), проявление демократии?
Итак, 8 апреля в 15:00 тральщик № 17, проходя мимо судна, ударил «Каму» в правый борт: в результате он проломил корпус в районе ватерлинии, но обошлось без поступления воды. 9 апреля "Кама" с транспорта "Тосно" на борт приняла 90 т угля, 20 т пресной воды, 60 т котельной воды, 130 пудов машинного масла и 60 пудов керосина; но отходя от пристани, «Тосно» поломал плавмастерской трап правого борта. Череду неудач дополнил ледокол «Бойкий», который ударил в левый борт "Камы" и помял его. Но несмотря на все происшествия и "неприятности" в 08:00 10 апреля она стала на якорь на Свеаборгском рейде. Вскоре к ней подошел эскадренный миноносец «Самсон», и она взяла его на буксир по приказу Начальника минной дивизии. Тот факт, что "Кама" буксировала "Самсон", который входил, в составе своего дивизиона, в третий эшелон, может свидетельствовать, что и "Кама" шла вместе с третьим/четвертым эшелонами. В 10:50 10 апреля судно снялось с якоря и начало переход в Кронштадт. (подробности перехода - см. выше). На переходе ей относительно повезло: 14 апреля ее взял на буксир "Ермак" и к вечеру 15 апреля плавмастерская оказалась уже на Малом Кронштадтском рейде, где и встала на якорь.
Оставшиеся корабли третьего и четвертого эшелонов Третьего отряда, к счастью, без потерь достигли Кронштадта к 19 апреля, завершив своей переход. Но был еще и пятый эшелон...
Продолжение следует.
Ссылка на продолжение размещена ЗДЕСЬ
P.S.Кнопка для желающих поддержать автора - ниже, она называется "Поддержать", )).
Источники: Дрезен, А. Балтийский флот в Октябрьской революции и гражданской войне/А.К.Дрезен.- М.-Л.: Партиздат, 1932. - 338 с.; Кровяков, Н.
Ледовый поход Балтийского флота в 1918 году/ Н.С. Кровяков.- М.:
Воениздат, 1955. – 221 с.; Пухов, А. Балтийский флот в обороне Петрограда. 1919 год /А.Пухов.- М.-Л.: Военмориздат НКВМФ СССР, 1939. - 140 с.; 224 с.;
Царьков А.Ю. Ледовый поход Балтфлота в 1918 г. - МК - 6(225), 2018. - 32
с.; Балтийские моряки в борьбе за власть Советов (ноябрь 1917 - декабрь
1918)/ Ред.кол.Фрайман А и др.- М.: Наука, 1968. - 368с.; Назаренко К.Б.
Балтийский флот в революции. 1917-1918 гг. - М.: Эксмо: Яуза; СПб.:
Якорь, 2017. - 448 с.; Назаренко К.Б. Ледовый поход Балтийского флота.
Кораблекрушение в море революции.- СПб.: Питер, 2020. - 464 с.; Макаров
С., Кузнецов Н., Долгова С. Ледокол "Ермак". - Паульсен, 2010. - 640 с.; Кусков, В. Корабли Октября. - Л.: Лениздат, 1984. - 192 с.; Афонин, Н.Французские "торпиллеры" в русском флоте. Эскадренные миноносцы типов "Осетр", "Форель" и "Лейтенант Бураков" - СПб.:Гангут, 2010.-76 с.; Афонин Н. Эскадренные миноносцы типа "Деятельный". - СПБ.:Гангут, 2013.- 88 с.; Чернышев, А. Эсминцы типа "Новик". Лучшие эсминцы Первой мировой. - М.: Коллекция, Яуза, ЭКСМО, 2018. - 224 с.; Мельников, Р. Эскадренные миноносцы типа "Доброволец".- Москва:Яуза-пресс, 2018.- 176 с.