Жила себе на Божием свете курочка с чёрными, рыжими да белыми перьями. Хозяйку её – старуху Анну – пёрышки эти разноцветные радовали, потому как разнообразие жизни хоть крохотное, да получалось. Ещё задолго до поста повадился к одиноко живущей бабушке хорёк, и всех её десять беленьких ненаглядных курочек извёл. Разноцветка же, как учует хорька – мигом на высокий нашест, тот тоже хитрый – и так и эдак ловчит, чтобы последнюю курицу изничтожить. Но пока шум да дело начинается, старухин пёс Шарик на подмогу с лаем бежит.
На весь старенький накренившийся двор квохчет оставшаяся единственная в живых курица. С перепугу, конечно же, это дело выходило.
Хорёк отступился, перекинувшись на другие дворы, а там семьи большие на ту пору жили, вот и изловили проказника.
Хоть курица осталась у Анны всего одна, к радости старухи ближе к Пасхе накопила она целых двадцать яиц.
– Да таки крупные! – дивилась старуха.
Положив в белую корзину кулич и красные яйца, Анна отправилась на ночную Пасхальную службу. Храм в их селе был большим: хоть и приезжали к ним с других деревень люди, места хватало всем. Радостно было бабушке Анне в такие вот долгожданные часы, и она вместе с другими прихожанами, дождавшись, когда священник громко провозгласит: «Христос Воскресе», соборно, громко отвечала: «Воистину Воскресе».
С великой радостью расходился православный люд по своим домам. Радостно ковыляла к своей старенькой избёнке и Анна, ей всерьёз казалось, именно в такие вот моменты, что она меньше припадает на больную ногу, и что боли отступили куда-то. Вспомнила и то, как весь долгий пост усердно молилась, прося Бога о том, чтобы поменьше думать о своей старческой немощи…
Среди всех освящённых бабушкиных яичек никто и не расстраивался, ведомо им было, что для Великого праздника они приготовлены, что после того, как Батюшка их освятит и настанет Светлая Христова Пасха, они будут съедены.
Но вот одно крашеное яичко загрустило. Этому яичку непременно захотелось, чтобы бабушка Анна отдала хотя бы два яичка бедной-пребедной старухе Наташе, что жила по соседству с ними. Ведало незнамо откуда яичко и о том, что у этой нищей бабушки имелся вечно оборванный и вечно голодный внук Сашка.
Когда же священник освящал сложенные в белую корзину яйца, то одна капелька святой воды упала именно на это жалостливое яичко. И это самое Пасхальное яичко загадало, чтобы Господь надоумил хозяйку Анну одарить яичком Сашку.
Утром Анна пригласила свою больную соседку Наташу и внука её Сашу к себе в избёнку. Накормила же она их не только куличом и красными яичками – был на столе и холодец, и солёные рыжики, и чугунок горячей пшённой каши. Был и самовар, и травы наипользительные, заваренные по-старинному, имелся и сахарок.
Широка русская душа в Пасхальные праздники. Справедливости ради надобно добавить, всегда она широка. Уплетал Сашка еду за обе щёки и не ведал, как тревожилось крашенное яичко за этих бедных людей. Потому как было это яичко Пасхальное…
Project: Moloko Author: Казаков Анатолий
Другие истории этого автора этого автора здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь и здесь
Книга Анатолия Казакова здесь