Бывают такие врачи, которым кажется, будто профессия защищает их от болезней. «Все недуги от незнания, от темноты людской, а если ты все знаешь, то и болезни стороной пройдут.»
Так думала врач-терапевт шестидесяти пяти лет, которая все больше отходила от привычной многим ее коллегам медицины, когда нет свободного времени, нет личной жизни, и даже обед на работе случается весьма нерегулярно, а когда повезет. Она давно решила, что знает достаточно, чтобы вести неторопливый прием в медицинском центре, и чтобы оставалось время на йогу два раза в неделю, плюс две силовые и, может, хаммам с бассейном в конце тренировки.
Прием больных потихоньку велся, время на себя оставалось. Она занималась в фитнес-центре, красиво одевалась, не брала в голову ничего лишнего и в какой-то момент настолько перестала считать себя обычным земным человеком с гипертонией и атеросклерозом, что бросила пить таблетки от давления. Продолжая советовать бабушкам на приеме все строго по клиническим рекомендациям, она думала о том, что бабушки-то не ведут здоровый образ жизни, у них грядки, маленькая пенсия и вечная толкотня в трамваях и автобусах, стресс. А значит, остается им пить таблетки, в то время как это не единственный путь, и можно выстроить свою жизнь совсем без «химии» от бигфармы…
Эта же мысль — «она врач, она сама все знает» помешала сыну сразу вызвать скорую помощь, когда мать вернулась после тренировки домой будто пьяная. Во-первых, она пришла на три часа позже обычного. Во-вторых, бесконечно переспрашивала одно и то же, будто застряв в каком-то временном промежутке, который ошибочно закольцевался и никак не хотел продолжаться линейно. Не могла и внятно сказать, где была и что случилось с нею — пришлось звонить в фитнес-центр, уточнять, а там ли вообще она была.
Оказалось, что день ее начался обычно — силовая тренировка, после которой она жаловалась на головную боль, а потому решила, что нужно остаться еще поплавать в бассейне и попариться в финской бане. Вела себя со слов персонала странновато, три раза спросила, где стоит кулер с водой, хотя была постоянной клиенткой центра и должна была отлично ориентироваться.
И только когда она не смогла рассказать сыну, где, собственно, пропадала все это время, он вызвал скорую помощь. И только тогда ей впервые за день измерили давление: 190/120. А также выяснили, что пациентка ничего не помнит, начиная с самого утра.
Женщина узнавала близких, легко называла свое имя, но будто потерялась во времени, не понимая ни текущего часа, ни даты, ни месяца, ни событий ближайшего времени.
С подозрением на инсульт ее повезли в больницу. Впрочем, подозрение не оправдалось: на РКТ ничего не нашли. Давление понемногу снизили. А к вечеру доктор начала приходить в себя — она помнила, что с ней случилось с момента поступления в больничную палату. До того была полная пустота, пробел. Вчерашний день она также помнила хорошо.
Это была транзиторная глобальная амнезия — разновидность транзиторной ишемической атаки, когда симптомы появляются и уходят в течение суток, а на МРТ или РКТ головного мозга не обнаруживается патологии. При этой болезни нарушается кровообращение в структуре, отвечающей за «укладывание кирпичиков воспоминаний» — гиппокампе. Потом кровоток возобновляется, и «мозговой компьютер» работает как раньше. Но тот сбой так и остается незаписанным. Что зачастую тягостно воспринимается пациентом.
Это ощущение белого листа, который так и не заполнился воспоминаниями — потерянные навсегда двенадцать (или чуть меньше) часов жизни, напугали ее очень сильно. Она начала принимать таблетки строго по рекомендации кардиолога, проходила все необходимые профилактические обследования.
И все-таки понадобилось полтора года, чтобы вернуться на фитнес. Не потому, что это было противопоказано — наоборот, физическая активность это важная часть профилактики инсульта. То был иррациональный страх повторения амнезии, которая случилась с ней во время занятий спортом.
Она переборола этот страх. Да, сделала одну глупость: позволила себе вообразить, будто диплом врача защитит от инсульта и прочих сосудистых катастроф, а значит, таблетки от давления ни к чему. Сделала вторую глупость: когда было плохо, болела голова, даже не подумала прислушаться к организму, просто погнала себя на дополнительные занятия. Но очередную глупость она не сделает!
Каждый новый день — чистый лист. Она заполнит его так, как надо. И так, как ей хотелось бы. Чтобы потом мысленно воспроизводить страницы своей жизни и радоваться — то был хороший день, тело радовалось движению, самочувствие было отличное, настроение прекрасное. Или пусть даже был трудный день, когда пришлось грустить или тревожиться, но тело ее не подвело, и это хорошо.
Сколько тех дней впереди? Кто знает. Но это ведь не главное. Главное — помнить. С благодарностью и радостью за всё.
Согласны?