Чуть больше года назад резонанс вызвал факт возбуждения российским судом дела о банкротстве по заявлению кредитора в отношении иностранной компании, зарегистрированной в Сент-Китс и Невис (Дело № А76-31539/2021 в отношении Pandora consulting LC).
Кратко я описывала это дело здесь:
Дело прошло несколько инстанций, но судебное постановление о признании компании - нерезидента банкротом осталось в силе.
Уже в 2023 г. снова по заявлению российского кредитора было возбуждено дело о банкротстве в отношении компании - резидента Кипра (Дело № А40-5658/2023 в отношении Delvenisto Investments Ltd): суд постановил признать компанию-нерезидента несостоятельным (банкротом) как ликвидируемого должника и открыть в отношении него конкурсное производство.
Также российские коллеги пишут и о 3 возможном деле – по заявлению кредитора ПАО Банк «Зенит» о признании банкротом небезызвестного – Credit Suisse AG в лице правопреемника UBS AG. Заявление принято к рассмотрению, но по существу не рассмотрено (вместе с тем, по делу приняты меры обеспечения, процесс пробовали обжаловать иные кредиторы, и др.).
Общим для всех выше указанных дел является наличие кредиторов – российских резидентов, чьи требования не были удовлетворены должником – нерезидентом. По мнению кредиторов у должника имеются активы на территории РФ, за счет которых можно удовлетворить требования, в частности, в рамках банкротства.
Следует отметить, что несмотря на признание банкротом нерезидента, суд отмечает, что процедуры будут осуществляться в отношении имущественной массы должника, находящейся или тесно связанной с РФ.
На полях я оставляю:
- статус должника - согласно информации из реестра нерезидент или не подавал сведения за несколько последних отчетных периодов или находился в ликвидации.
- наличие самих оснований для возбуждения банкротства - соотношение обязательств и активов, их наличие на дату принятия определения.
На примере дела Delvenisto Investments Ltd выделим выводы суда исходя из 2 основных составляющих: 1) почему российский суд посчитал себя компетентным рассматривать данное дело и 2) на каком основании посчитал правомерным применить российское законодательство о банкротстве к нерезиденту (данные составляющие пересекаются):
1) Наличие компетенции
Из буквального содержания норм материального закона, норм процессуального законодательства не следует наличие у российского суда компетенции по ведению производства по делам о банкротстве иностранной компании как юридического лица, подчиненного иностранному личному закону.
В то же время отказ кредитору в применении предусмотренных российским законом о банкротстве механизмов, направленных на максимально полное и соразмерное требование кредиторов в отношении находящейся на территории РФ имущественной массы иностранного юридического лица, ограничивал бы право кредитора на получение эффективной судебной защиты со стороны российского суда.
Суд также учитывает, что согласно 8 пакету санкций Европейского союза (Decision (CFSP) 2022/1909), юридические фирмы не предоставляют услуги по признанию и исполнению на территории ЕС решений судов, полученных за пределами ЕС российским клиентам, следовательно, юридическое сопровождение признания и исполнения российского судебного решения на территории Кипра ограничено согласно введенным санкциям.
Учитывая изложенное, кредитор не имеет возможность инициировать банкротство должника на территории республики Кипр, поэтому отказ в возбуждении дела о банкротстве на территории РФ повлечет нарушение его прав в связи с невозможностью дальнейшего поиска имущества должника и взыскания задолженности.
2) Применение российского законодательства о банкротстве
Применяя по аналогии общие нормы, устанавливающие условия введения процедур банкротства в отношении российских юридических лиц, суд полагает возможным применить к имущественной массе должника процедуру конкурсного производства. По убеждению суда, это позволит обеспечить стечение кредиторов, значительная часть которых, вероятно, находится под российской юрисдикцией, произвести идентификацию активов и удовлетворение за их счет требований кредиторов.
Что в Беларуси?
Согласно Закону Республики Беларусь от 13 декабря 2022 г. N 227-З "Об урегулировании неплатежеспособности" при определении того, кто может являться должником, нет жесткой привязки к «национальности» должника, как и прямых запретов с точки зрения подведомственности.
А это значит, основываясь буквально на сравнении законодательства России и Беларуси, логикой российского суда, данный подход может быть воспринят и белорусским правоприменителем.
Вместе с тем, до настоящего времени подобных дел в Беларуси не было.