Известно, что многие представители цыганской культуры исповедуют христианство, поэтому заповедь "не убий" имеет для них глубокий смысл. Однако, в соответствии с цыганскими поверьями, запрещено убивать не только людей, но и насекомых, которые также считаются, что они обладают душой.
Убийство человека и наказание за него
Отношение цыган к убийству людей, по крайней мере в прошлом, можно назвать противоречивым. В соответствии с цыганскими законами убийство из ревности к жене, изменявшей мужу, считалось справедливым. Однако цыгане никогда не были известны как насильники. Говорили: "У цыгана карман пустой, но он не носит ножа за пазухой (даже если цыган беден, он не пойдет на убийство)". В значительной степени табу на убийство среди цыган было связано с их религиозными убеждениями, так как многие из них исповедуют христианство.
Цыгане сами наказывали тех, кто осмелился поднять руку на своего соплеменника. Однако наказание не заключалось в убийстве нарушителя закона крови. Цыгане просто изгоняли из своего сообщества того, кто ввязался в кровавую драку или совершил убийство. Раньше цыганский табор представлял из себя сообщество людей, объединенных целью добывания средств к существованию. Табор для любого цыгана являлся привычной средой обитания. Поэтому изгнание из него было самым суровым наказанием, в результате которого изгнанник нес материальные убытки и испытывал моральные страдания.
«Есть душа, как и у человека»
Однако цыгане считали страшным грехом не только убийство человека. Расправа над некоторыми животными, птицами и даже насекомыми, по цыганским поверьям, тоже не сулила ничего хорошего. Например, считалось, что если за кибиткой летит малиновка, то это к смерти, а если убить птицу, то сразу умрет кто-то из цыган. Как и в случае с малиновкой, большинство запретов на убийство живых существ было связано с неотвратимостью наказания, которое последует за этим поступком. Так, как и русские, цыгане верили в то, что беременной женщине нельзя убивать мышь, иначе «на щеке у ребенка будет мышь» (родимое пятно в форме грызуна).
Между тем убийство одного насекомого, пчелы, приравнивались в представлениях цыган к убийству человека. «Убить пчелу — такой же смертный грех, как и убить человека» — говорили цыгане. Такое мнение представителей этого кочевого народа о пчелах было обусловлено верой в то, что «у пчелы тоже есть душа, как у человека». Мало того, цыгане считали, что пчела «происходит от человека». Впрочем, табу на убийство пчел прежде всего было связано с библейской легендой. К слову, обилием подобных легенд в своем фольклоре цыгане славятся едва ли не больше, чем другие этнические меньшинства.
Легенда о Христе
Цыгане искренне считали, что воровать им разрешил сам Бог. Существуют различные варианты этой легенды, но все они сводятся к тому, что один из гвоздей, предназначенных для распятия Иисуса Христа, украл цыган. Согласно одной из версий, это был самый большой гвоздь, который должны были вбить в грудь Спасителя. Украинские и белорусские цыгане утверждают, что гвоздь спрятал в своих волосах цыганский мальчишка, потому у цыган с тех пор волосы кудрявые. Некоторые цыгане рассказывают о том, что гвоздь проглотила женщина-цыганка. Как бы то ни было, Господь, по цыганским поверьям, не забыл то, что сделали для него цыгане, и сам якобы разрешил им безнаказанно воровать.
С этой же мифической историей связана и другая цыганская легенда о пчеле. Якобы для того, чтобы Иисус Христос не воскрес, ему и намеревались вбить в сердце гвоздь. Однако в этот момент на грудь Христу села пчела. Один цыган, который стоял рядом с крестом, указав на пчелу, заявил, что гвоздь в сердце Спасителя уже вбит, поэтому трудиться не стоит. Палачи, которые были крайне ленивы, послушались цыгана и не стали вбивать последний гвоздь. Благодаря этому Христос вскоре воскрес и благословил пчелу. Как пишет Ольга Белова в издании «Народная Библия: восточнославянские этиологические легенды», тогда же Бог запретил убивать пчел, а цыганам позволил божиться (клясться) и обманывать.