Парень навсегда покинул родной городок и отправился искать лучшую жизнь.
Приехал в большой шумный город, жилье снял. А в памяти – грустные глаза – оставил на родине любимую девушку.
Первая любовь не желала покидать сердце, тревожила. Он думал, что устроится на новом месте, тогда обязательно вместе будут.
Надо только найти хорошую работу, чтобы на ноги встать, а девушка пусть ждет – такова женская доля. Женщины всегда мужчин ждали: и во время войны, и даже в мирные дни. Пусть доказывают, что любить умеют.
Работу нашел быстро – на стройке. Без образования трудно устроиться, а тут всегда рады.
Только потерпеть надо, а дальше видно будет. Можно пройти какие-нибудь курсы, например, станочника.
Так прошло полгода, с девушкой разговаривал по телефону каждый день, и у нее всегда грустный голос. Приходилось утешать: «Подожди немного, скоро все хорошо будет, тогда тебя к себе заберу».
Вот и осень пришла, на улице похолодало, подули пронизывающие ветры, снег лег ковром.
Парень стал болеть, потому что организм не мог привыкнуть к новой работе: никогда на воздухе не работал.
Лежал дома – начальство недовольно.
Не будешь же звонить, если простужен, не надо девушку волновать, пусть думает, что все хорошо. И звонил один раз в неделю.
Надоела стройка, устроился на завод учеником токаря. Взяли, потому что дефицит кадров.
Получал мало в первое время, хватало только на еду, большая часть уходила на жилье и на коммунальные услуги. Девушке звонил раз в месяц: «Подожди немного, скоро все наладится, и тогда заберу тебя к себе».
Между тем – год пролетел.
Наконец, сам к станку встал. В этом цехе познакомился с молодой женщиной, она недавно развелась.
Был какой-то праздник, с коллективом в кафе отмечали. И пришла женщина к нему – к парню. И осталась.
Началась новая жизнь – семейная. Значит, к девушке больше не звонил.
Мать говорила: «Когда домой приедешь, сынок»?
Некогда ехать: «Что ты такое говоришь, мама? На работе отпуск не дают».
Только был отпуск. Отпуск, посвященный жене.
Отношения не складывались – ссорились часто. И в один момент ушла женщина к первому мужу. Встретились они и договорились начать все сначала. Остался парень один. Чуть не запил с горя.
Пришел в себя, потому что жизнь потребовала, иначе лишишься работы и вернешься в родной городок с позором.
Мать позвонила, рассказала, что у его бывшей девушки несчастье. Но парень не стал расспрашивать: ни к чему чужие драмы, своих проблем хватает.
На заводе сменилась форма собственности, и через некоторое время предприятие развалилось на части, и из него стала уходить жизнь.
Пришлось парню искать новую работу, сменил несколько мест, но никому не нужен молодой человек без образования – время такое.
В душе тревога, глаза потухли, съемная комната сделалась ненавистной.
Снова мать позвонила: «Возвращайся, сынок. В городке открыли небольшое совместное предприятие, не помню, с какой страной. Дядя Вася устроит тебя. Хватит чужих углов, есть у тебя дом».
Куда деваться? Приехал в родной городок. Дома ничего не изменилось: та же мебель, тот же воздух, только мать постарела – осунулась.
Дядя Вася помог – очень хорошее место, и платят нормально.
Как-то шел с работы и увидел бывшую свою девушку, она передвигалась в инвалидной коляске. Заметила парня – быстро скрылась за воротами.
Остолбенел от удивления, жалость сдавила сердце. Оказывается, попала девушка в тяжелую аварию – так мать рассказала.
Через неделю зашел. Девушка увидела из окна и скрылась за шторой.
Во дворе чурки лежали, взял топор, колоть начал. Мать девушки вышла: «Зачем пришел? Не звали мы тебя, и в твоей помощи не нуждаемся». Ответил легко, даже сам себе удивился: «Ничего-ничего, вы только не сердитесь, я ничего плохого не делаю». Ушла мать, дверь закрыла, и штора висела спокойно – никто не смотрел.
Через неделю снова зашел, принес доски и инструмент, разобрал старое сгнившее крыльцо, новое собрал, приладил специальный спуск для инвалидной коляски.
Штора дернулась, показались чьи-то глаза – и спрятались. Мать не вышла.
Дошла очередь до калитки, потом до покосившейся двери в бане.
Когда мастерил новую будку для дворовой собаки, девушка появилась, приблизилась, остатки ног пледом закрыты: «Чего добиваешься? Жалость показываешь»?
И снова легко ответил: «Разве что-то показываю? Просто делаю». Вырвалось: «Прости, Валюша, меня. Дураком был».
Не захотела Валюша в дом мужа перебираться, он к ней пришел. Сейчас пристрой делает, чтобы места больше было. На работе хорошо платить стали – снова дядя Вася помог.