Вчера совершенно случайно попала на конкурс "Удивительные дети", где участвовали ребята разные по возрасту, уровню подготовки и репертуару. Некоторые, удивляли способностями и возможностями тела, а кто-то своей смелостью просто выйти с номером. Хочу поделиться своими наблюдениями за собой. Да, да, именно за собой и своими реакциями.
Ещё в фойе меня привлекла группа деток с ОВЗ. По внешним признакам это были ребята с синдромом Дауна и слабовидящие. Так много деток с синдромом Дауна вместе я раньше не видела. Тем более, что они были разновозрастные. Непроизвольно начала разглядывать ребят и их родителей. Вначале нахлынуло чувство жалости даже не к детям, а именно к родителям. Те ощущали взгляд, но уже видимо привычно, не реагировали на него, равнодушно скользили по мне. Через некоторое время я остановила этот приступ жалости, т.к. ни дети, ни родители совершенно её не вызывали. Детки все ухоженные, вели себя адекватно ситуации и возрасту. Несколько неуклюжи, терялись в незнакомой среде и держались ближе к родителям. Родители спокойные, не измотанные, активные, улыбаются. Меня даже резануло внутри то, что улыбаются. Ведь у них такие больные дети. А потом пришло понимание, какое-то чувство, что я проецирую на них свои страхи, свои ограничения.
В детстве, у меня была подружка Маша. Мы были практически ровесницами, она чуть старше. Часто играли вместе в незатейливые игры на улице, пока наши бабушки разговаривали. Иногда, я приходила к ним домой. Маша жила с бабушкой, дедушкой и старшим братом скромно, даже бедненько. Про папу я ничего не знаю, мама умерла, когда Маша была совсем малышкой. Брат был на много старше нас и очень любил сестру, заботился о ней как мог. Игры наши были весёлые и по детски не затейливые. Дедушка рассказывал разные истории из прошлого, учил нас каким-то играм. Было весело, тепло и приятно. Где-то к 6 годам я мечтательно рассуждала с её дедушкой, как мы с Машей пойдём в один класс, на это он всегда грустно отвечал, что Маша не пойдёт в школу, т.к. не может. Я искренне возмущалась такой ситуацией и настраивала Машу бороться за своё право учиться, ведь она умела считать до 5 и знала некоторые буквы. Та соглашалась со мной и угрожала дедушке уйти от них ко мне, если не отдадут в школу. Постепенно пропасть между нами в знаниях становилась всё больше и больше, встречались мы всё реже, а к 15 годам общение совсем прекратилось. Видела я Машу крайний раз где-то в возрасте 38 лет, попыталась поговорить, но она испугалась меня и спряталась. Разговорить я её не смогла. Жила она с братом, который заботился о ней после смерти бабушки, а затем и дедушки. После той встречи я долго плакала, то ли от жалости к ней, то ли по своему беззаботному детству. Ведь я помнила её всегда весёлой, улыбчивой девочкой с озорными косичками, машущей мне своей широкой ладошкой с короткими пальчиками. Которая всегда была мне рада, терпела любые мои нападки, была моей самой преданной подругой. Брат её сейчас, уже совсем взрослый мужчина, скорее дедушка, всегда мне радостно машет при встрече и улыбается той широкой лучезарной улыбкой Маши. А я боюсь подойти и спросить где Маша, что с ней. Я боюсь услышать, что её нет, ведь продолжительность жизни людей с синдромом Дауна редко превышает 50 лет. Знаю, что у неё были проблемы с сердцем и ещё целый комплекс проблем по здоровью. Вот такая история, которая повлияла на выбор моей будущей профессии.
Маша не училась в школе, не ходила на конкурсы, была изолирована от общения с другими детьми. Я предполагаю, что она могла бы сейчас учиться в коррекционной школе, вести обычную жизнь, пользоваться телефоном, наряжаться в красивые платья, выступать на показах мод.
Когда ребята выступали- зал затих, стояла гробовая тишина, все остановились в движении. И я думаю, что это связано с тем, что мы не знаем как жить в обществе, где есть люди с ограниченными возможностями здоровья. Мы не знаем как с ними общаться, что можно делать, что нет.
Сейчас часто говорят про инклюзию в школах и многие возмущаются, как это мой нормотипичный будет учиться с таким ребёнком рядом. Что ждать от него?
Я не знаю как правильно, но чувствую, что для любого ребёнка, независимо от особенностей, важно иметь детство. Ходить в детский сад, школу, участвовать в конкурсах, иметь друзей, ссориться и мириться. И это значимо не только для ребёнка с ограниченными возможностями здоровья, но и их родителям и всего общества в целом.
Что думаете по этому поводу?