Ошибочная атрибуция мудрых изречений, как мы неоднократно о том писали, встречается сплошь и рядом. Особенно в Сети. То ли сила авторитетов тому виной, то ли банальная лень-матушка, мешающая проверить, кто же на самом деле первым высказал очень умную мысль, растиражированную после миллионами людей по всему миру.
Согласимся, перепроверять античных авторов — еще более муторное занятие, чем наших современников или мудрецов, живших хотя бы несколько сот лет назад. Кто их там, древних, разберет, что они имели в виду, о чем писали и на каких языках. Тем более и доступ к источникам, пусть трижды открытый, погоды не сделает: новых переводов мало, старые — слишком архаичные и школярские (что неудивительно, хрестоматии и учебники в гимназиях и семинариях всегда содержали примерно один и тот же набор текстов).
Особенно удручает, если ошибочно атрибутированные изречения попадают даже не в учебники, а в энциклопедии. Да-да, именно в статьи о якобы авторах тех самых изречений. Авторитетных авторов, само собой. Таких как Марк Туллий Цицерон, который за свою жизнь успел побывать во всех ролях на древнеримском политическом небосклоне и много чего наговорил лишнего. Однако не настолько лишнего, чтобы между прочим сказать «Дом, в котором нет книг, подобен телу, лишенному души».
Мысль прекрасная, достойна великого политика и оратора, который к тому же был увлеченным библиофилом. Но, увы, Цицерон ее не высказывал.
На самом деле эта цитата, по-видимому, пришла к нам из английского языка, где возникла из перефразированной строки из письма Цицерона, приведенной в беллетризованной биографии «Жизнь Марка Туллия Цицерона» Уильяма Форсайта 1864 года. Автор издания так охарактеризовал уже упомянутую библиофилию великого римлянина:
Строка из Цицерона, на которую ссылается здесь Форсайт, — из «Писем к Аттику» (Атт., IV, 8). Это письмо Цицерон написал другу в июне 56 г. до н.э.:
Согласитесь, «разум» и «душа», даже в античном понимании, — разные вещи. Тем более Цицерон не делал никаких обобщений, подспудно бичуя людей, не читающих или хотя бы не покупающих книг для «душевного» интерьера и телесного благополучия. Он всего лишь рассказал другу, как устроился на прибрежной вилле в Анциуме. В одном из предыдущих писем (Атт., IV, 4a) Цицерон писал:
Рабов-переписчиков — Дионисия и Менофила — Аттик Цицерону немедленно прислал. И в уже упомянутом письме (Атт., IV, 8) политик изложил финал этой истории:
Действительно, что может быть красивее идеально сложенных и промаркированных ценных свитков? Разве что идеальное телосложение вкупе с богатым внутренним миром? Увы, эту мысль Цицерон не развил, тем более до высказывания совершенной формы, которое ему приписали: «Дом, в котором нет книг, подобен телу, лишенному души».
А первым, кто приписал, был анонимный критик шотландского издания Blackwood's Edinburgh Magazine. В статье, посвященной биографии Цицерона, вышедшей из-из под пера Форсайта, было следующее замечание, исказившее источник почти до неузнаваемости:
Вот так неверно понятое и дважды перефразированное попутное замечание древнего авторитета и стало «великим изречением», о котором упоминают теперь в энциклопедиях и пишут в сочинениях.
А вам приходилось бывать в домах, где не было ни одной книги?
Еще немного об афоризмах:
Подписывайтесь на наш канал! Будет еще интереснее!