Не так давно мне понадобилось съездить забрать новогодние подарки для детей по месту выдачи в один из последних открытых торговых центров KazanMall. Я еще не был там ни разу - не было причин. Но вот я подъезжаю туда за рулем по Спартаковской. И не узнаю район, хоть одна половина улицы - все те же хрущевки, что из моего детства. Дело в том, что в детстве я узнавал этот район по сонной тишине. Вот, вроде бы, знакомый перекресток, и умом ты понимаешь, что три стороны на нем все те же, и вот даже на месте последний старожил этой дальней части Суконной слободы - покосившийся бревенчатый дом с зачеркнутой надписью про "SOS!" и "Долой трущебы": видать, ни его крошечный участок не манит инвестора, и нынешних собственников все устраивает. Но все равно на знакомую улицу ты смотришь как будто через маленький экранчик видеорегистратора, и от всей, в общем-то, обычной жизни, как будто "рябит" - начинает казаться, что тут она избыточная, и потому чем-то не та.
Для моего детства этот район был чем-то вроде "края ойкумены". Мы жили на одном конце трамвая шестого маршрута, а здесь была другая сторона маршрутного "коромысла", остановка Газовая и трамвайное депо, откуда каждое утро и разбегались по маршрутам трамваи.
Но делать мне в этом районе было совершенно нечего! Совсем недалеко оживленной артерией шумела как и сейчас улица Павлюхина. В сторону Аметьево, на которое надо было подниматься по лестницам на плато, гулять в голову бы не пришло. Интересно было бы глянуть, что там внутри депо - но больно то не заглянешь.
В общем, в выходной день пустоту улиц нарушал лишь проезжающий гремящий трамвай. А так - пыль улиц, жара, тополиный пух на асфальте, в общем, обычное постсоветское лето города-миллионика.
Был ли интересен тот район? Неинтересных мест не бывает, и уж какой бы скучной ни была история, глаз найдет за что зацепиться. Живший чуть дальше в таких же хрущевках Жаржевский обозначал в своих материалах на местности остатки канавы, отводившей воду с низин под Аметьево. Вроде бы по линии нынешней улицы Ипподромной. Я сейчас с ходу эту статью не нагуглил, верю в ваши комментарии :)
Я силился представить себе, что тут было году так в 1916-17. Все-таки, в самом конце улиц это была не сама Суконка, а "стройка", которой прирос город. До места депо, соответственно, он не дорос, потому что построенный с запасом и расстоянием от крайних кварталов газовый завод, похоже, был в самом конце относительно сухой гривы, между которой и высоким Аметьевским обрывом все топило. Так что канава была не для предотвращения подтопления, а для скорейшего его окончания, как подпор Волги в Кабане - ближайшем крупном водоеме - завершится.
И все вокруг, похоже, было подчинено логике пропуска воды от половодья. Да, в искусстве сливать воду мы сильно проигрываем предкам - лужи на Роторной, Халева и пой сей день легендарные, хотя пробить для них естественный сток в Кабан, из которого воду все равно откачают, можно было при множестве проектов благоустройства, будь то гребной канал или новый Зоопарк.
Так вот, какой был облик у всего района, можно ли по остававшимся бревенчатым двухэтажек делать вывод, что тут были крепкие дома, крепкие мужики-хозяева и загорелые исподлобья глядевшие отроки в фуражках с вихрами? Фото с подобными сценами мы можем видеть с Тихомирнова, с Пехотной, наверное, можно предположить такое и тут. Крепкие дома заканчивались не землянками, а затопленными низинами, в общем окраина была может и проблемная, но не бедная - как нынешние поселки по краям Казани.
Тоже оказалась короткоживущая церковь, фото которой ставили в тупик всех - мало кто популяризовывал знание о предреволюционных церквях, построенных и разобранных почти сразу же.
И отдельная история - газовый завод. Не хочу привирать про него ничего, потому что классическая информация о его назначении дана хорошо тем же Львом Жаржевским (под псевдонимом Клепацкий), благо что он как химик с пониманием описывал смену продукции завода во время и после второй мировой войны. А вот интрига, это то, как конкретно газовый завод сошел на нет, потому что в какой-то момент про эту площадку начинают рассказывать как про трамвайное депо № 2, а повествование про газовый завод заканчивается завершающим абзацем про газификацию города и распределительные сети с 1955 года совсем в других местах - газификация фонарей, производство бензола на заводе и бытовая газификация три разных процесса, ни один из которых не прямой наследник другого. Если бы тот газовый завод имел своим прямым и непрерывным потомком Казаньоргсинтез, то, Жаржевский, как ветеран и Оргсинтеза еще, конечно, был бы первым, кто эту непрерывность бы им обеспечил :)
Промежуток между газовым заводом и появлением трамвайного депо в 1966 был обозначен оборонным предприятием, которое заехало на площадку трамвайного депо во время войны. И, вот нигде не написано какое оно, хоть под каким номером было. Не, понятно, что секретность. В прочем, зацепка у меня есть, на нем именно на той площадке еще в 1940е поработал бабушкин брат дядя Толя из Крутовки.
Упоминается предприятие все тем же Львом Моисеевичем (уже под псевдонимом Дикобр Бобровский), ну и видно на немецкой аэрофотосъемке:
И тут мы вглядимся в немецкую съемку - там еще одна трамвайная интрига.
В красной рамке справа внизу - трамвайное кольцо. Оно существовало до 2005 года, когда вся линия по Островского - Качалова, а также депо не были закрыты под обновление улицы к тысячелетию Казани. Обратите внимание, что внутри трамвайного кольца - частные дома, рельсы входят в зазор между домов, как будто под него взяты зады и огороды. На схеме - это никак не отражено.
Однако, на карте 1940 года, какую мы уже обсуждали, трамвай поворачивает не в конце Качалова на Газовую, а еще в конце Свердлова налево, на Эсперанто. которой еще предстоит стать Жданова.
Получается, в 1940 же году трамвайную линию переложили на Островского-Качалова к почти состоявшемуся трамвайному депо, а до того, был период, когда по Эсперанто ходили трамваи. И место разворота в тот промежуток мы видим на красной рамке справа сверху. Довольно тесное кольцо, но хоть без домов внутри. До продления улицы Павлюхина там долгое время была автостанция для южных дачных автобусов в Боровое Матюшино. Увы, я не заснял, и никто, кажется, не заснял "вайб" этой автостанции, а теперь это несколько скамеек и бумажка с расписанием за сквером у филармонии на Шаляпина. Как итог, документ об укладке путей показывает свежайшую информацию, а мы не знаем, когда же проложили последний участок трамвая по улице Свердлова - это явно в рамках улучшения транспорта на городских окраинах. На дореволюционных фотографиях мы видим трамвай лишь до Духосошественской церкви, на схемах - до Поперечно-Большой с 1899 по 1925. Как и когда он по Поперечно-Большой продвинулся к Павлюхина - загадка. А до Поперечно-Большой - видимо с электрификацией, ведь конка на схеме только до Духосошественской.
Дядю Толю, я, кстати, спрашивал - а возили ли к вам тогда на предприятие продукцию трамвайными вагонами, грузовыми, но он ответить не смог. Всех этих фотоматериалов тогда, разумеется, еще не было, это мне было и так интересно. Глядишь вот так на съемку, и кажется, что у них там прямо еще и огороды были прямо внутри.
Вот, наверное, по истории и все. Дальше за железной дорогой были земли военных, как и на другом конце города, в Кировском районе. Это был уже отчетливо другой район. Как и "настоящая" Суконка, что была относительно этого райончика к северу от Эсперанто, которая, еще как Поперечно-Большая, не как плановая, а как фактическая улица, застроенная с двух сторон возникла, видимо, к 1860м.
Сама по себе эта улица заслуживает отдельного внимания. Если посмотреть на планы улиц вплоть до 2005 года, то видно, что до Поперечно-Большой от центра идут не совсем ровные кварталы, как будто квартальная сетка сложилась по квартальной задумке, но без приборов. После нее - идет ровная размеренная землемерами сетка. И интересна полоса, на которой улицы исторической старой Суконки, не знавшей даже Пугачевского пожара, перестраиваются для того, чтобы состыковаться с новыми. Эта небольшая полоса застройки выглядит, как будто бы ее застроили хаотично, когда новая сетка после и старая кривая до уже были, вроде специальной оборонной или противопожарной полосы, вдруг застроенных всякими Флегонтовыми переулками, когда резко смягчился какой-то запретительный регламент. Впрочем, это отдельная большая тема. И по ней видно, как давно у нас существует городское планирование.
Чем еще был этот район для меня? Еще до отмены трамвая я любил посещать мебельный магазин, который, как потом поняли, продавал мебель из трудовой колонии, за что мы, шутя, прозвали его "наш ответ икее" (а потом выяснилось, что и она размещает заказы в трудовой колонии). В нем я купил стул для работы за первым компьютером, деревянный, и привез его в трамвае, стесняясь, правда, бабушек - уступать это место, сидя на нем, или нет. Потом еще мебелировал продукцией оттуда первую комнату и квартиру, купленные на трудовые. Заброшенное пустое депо простояло почти 20 лет. В довершение, вокруг него принялись ломать советские дома из 1950х, построенные "хозяйственным способом" разными предприятиями.
Двухэтажные домики по Спартаковской, более поздние, но как-то перекликающиеся по духу с "лабараторией", успели попасть на панорамы гугла и яндекса, да и я щелкнул пару раз их уже без окно и дверей - но на этой панормаме вместо тех, обезжизненных, уже пустыри и вскрыт вид на их дворы:
Вот они еще видны с перекрестка в 2009 - как быстро всего за 4 года исчезло всякое напоминание про трамвайную петлю и депо:
А вот этот старик, покосившийся сильнее, чем иные пустые остовы перед сносом, стоит до сих пор в 2024, и не изменился с момента запечатления на панораму в 2009. Не поднималась у меня рука его снимать... Честно говоря, не знаю почему, но к последнему ветерану Суконки не могу разжечь в себе любовь - может быть этими, "забитыми татуировками" про "все плохо". Его хранящие старый дух собратья с перекрестка Шаляпина и Качалова, один погорелый, а второй еще здравствоваший в 2018, вызывали во мне больше уважения, интереса и надежд.