Ассирийская провинция-оазис Мишур-хурут всегда была настолько изолирована и лежала столь далеко от караванных путей, что о ней было мало известно даже современникам1. Потому-то династия сатрапов, основанная в XIII в. до н. э. Ашуммербонапардалом I, привыкла править ею не столько в соответствии с царскими уложениями, сколько по своему собственному — чаще всего капризному — недоразумению. «А и что вы мене тут сделаете?» — любил говаривать нарочито издевательским тоном сатрап Ашуммербонапардал ХХХVII, далёкий потомок основателя династии, своему лучшему собеседнику — большому зеркалу. «Кому на мене пожалуетесь? Я ж тут самый главный и есть!» Примерно раз в 50—80 лет до провинции добирался гонец из столицы или туда случайно проникал какой-нибудь сбившийся с пути купец, которому посчастливилось выжить в окружающих долину пустынях, окружённых уходящими в небо отвесными скалами. Дальнейшая судьба «гостя» была всегда одинакова. Сперва его подробно расспрашивали о новостях за пределами сатрапии,