В самом начале февраля 1943 года лейтенант Алексей Павлович Ларионов попал в плен. Во главе группы разведчиков он выполнял важное задание в тылу врага, но вместе с товарищами попал в засаду на окраине одного из сел. При отступлении Ларионов был ранен в обе ноги, лежа на снегу, простился в жизнью, сунул в рот ствол пистолета с последним патроном, но то ли пистолет заклинило, то ли последний патрон уже был истрачен в бою, - лейтенант остался жить и попал в плен. Пребывание в немецком концлагере впоследствии он сравнил с адом, но есть в его мемуарах и место для смешных, хотя и горьких наблюдений.
Поездка в неизвестность
После перевязки, препровождения в штаб и допроса два солдата взяли Ларионова за руки и за ноги, раскачали и бросили в кузов большой грузовой машины. "Доедем до ближайшего оврага, меня сбросят и пристрелят", - подумал лейтенант. Но машина ехала, не останавливаясь целый час. На некоторое время ее остановила воздушная тревога. Немцы разбежались по кюветам а Ларионов видел, как грузовик прошила очередь из авиационного пулемета. Вдобавок борта машины прошил осколками, но двигатель был не задет, и вскоре Ларионова подвезли в город к какому-то большому зданию.
"Обнимашки" с шофером
В кузов влез солдат, подтащил лейтенанта к заднему борту и спустил на руки шоферу. "К моему изумлению, - пишет Ларионов, - он рассмеялся и сказал, что с русскими пленными ему обниматься еще не приходилось". Шофер забросил Ларионова на спину санитару, и тот затащил лейтенанта в коридор здания, оказавшегося немецким госпиталем. Два других санитара положили пленного на носилки о отнесли в отдельную небольшую комнату.
Дело, не требующее отлагательств
Все это происходило глубокой ночью. Санитары отправились спать. И вот, когда все стихло, у Ларионова заурчало в желудке, и начались колики. Лейтенант очень давно не справлял большую нужду, и терпеть уже не было сил. Сначала он пробовал потихоньку позвать санитара. Никто не откликался. В конце концов, необходимость заставила его громко закричать.
Санитар появился быстро. Спросонья, и учитывая некоторый языковый барьер (Ларионов знал немецкий, но не в совершенстве), немец не мог понять, что случилось. Сначала ему показалось, что русского пленного мучат разболевшиеся раны и ему нужна врачебная помощь. С трудом Ларионов объяснил, что ему, собственно, нежно. Санитар вышел и принес ведро. Но раненному в обе ноги человеку оно было, практически, бесполезно. Как пишет Ларионов:
"Санитар долго со мной мучился, потом понял, что толку никакого не будет, посмотрел на меня зло, я понял, о чем он думает. Зачем это чучело привезли к ним в госпиталь?"
Верхом на немце
Тем не менее, деваться ему было некуда. Он жестами объяснил, чтобы Ларионов обхватил его шею и держался покрепче, а затем через весь коридор потащил русского лейтенанта в туалет. Раненые немцы, лежавшие в коридоре, в недоумении спрашивали санитара, что все это значит, и куда он тащит пленного? Но, чтобы не раздражать раненых, санитар упорно молчал.
Постскриптум
"Впоследствии, - написал в заключении этого эпизода лейтенант Ларионов, - будут разные ситуации и мне вместе с другими пленными на работу и с работы придется возить в тележке немецких конвоиров. Но это будет потом, а сейчас я пока ездил верхом на немце в туалет и обратно"
Свои соображения по поводу статьи высказывайте в комментариях, ставьте лайки и будьте здоровы
О неточностях и опечатках просьба сообщить автору