Как-то один из знакомых сказал, что, мол, не дают нам передохнуть, то эпидемии, то внешние потрясения. На что пришлось парировать, де, тут приходится выбирать: либо одно, либо другое. Так, чтобы было как летом 2007 года (когда наблюдался максимум социального оптимизма у среднестатистического россиянина), надо использовать машину времени.
Хотя возвращение «доковидной повестки» является ярким указанием того, что мы уже не будем пребывать в т.н. «цифровом концлагере», что было вполне реальным опасением. Сегодня мы будем говорить об этой проблеме сугубо с точки зрения искусства. А именно, как сюжетном элементе весьма качественного, хотя и малобюджетного киберпанка.
Лента 2003 года на просторах рунета более известна как «Версия 1.0», что не исключало и иных наименований, например, «Паранойя 1.0» и т.п. Это была дебютная работа Джеффа Ренфро, сейчас многим известного как создатель весьма качественных телевизионных проектов, применяющих элементы тёмного жанра («Кардинал», «Тайны Хейвена», «Красавица и чудовище» и т.д.)
«Версия 1.0» не стала исключением. В этой кинокартине в изобилии употреблены визуальные элементы, присущие именно нуару. В данном случае становится очевидно, что киберпанк является именно смесью научной фантастики и мрачного мета-жанра. Об этом свидетельствует хотя бы прямо-таки зримое ощущение паранойи.
Фильм получился настолько выдающимся, что его с некоторыми оговорками можно полагать приквелом не менее резонансного триллера «Глюки», возникшего сначала как пьеса, а затем уже как кинофильм. Впрочем, есть между ними принципиальные различия. В «Версии 1.0» наножуки поданы, как хотя и неочевидная, но действительность.
Что касается лично нас, то нам показалась интересной перекличка с иными культовыми кинокартинами. А именно «Игрой» Дэвида Финчера и «Пи» Дарена Аронофски. А чтобы вас не мучили сомнения, вам оставлены очевидные подсказки.
Например, участие в фильме Деборы Ангер, которая исполнила одну из центральных ролей в «Игре». Опять же при общении с игрушкой, которую сосед главного героя, хочет наделить искусственным интеллектом, по сути, повторяется сцена, когда Николас ван Ортон обнаруживает куклу колуна, снабженную видеокамерой.
А ещё в ряде сцен открыто говорится о реальности как своего рода «игре». Надо лишь понять, где проходят её границы. А вот это сделать весьма затруднительно, ибо действительность является очень зыбкой. Неслучайно программист говорит о том, что он чувствует дом как таковой и очень боится собственной квартиры.
Именно этот непрекращающийся и постепенно нарастающий страх, вызванный миром цифр, роднит фильм с «Пи». Опять же в обоих случаях очень важна вычислительная техника. Только если Аронофски словно апеллирует к тайным традициям пифагорейцев, то Ренфро делает ставку на технологическое проявление цифр, а именно, своего рода цифровые вирусы, которые могут заражать человека.
Их даже не обязательно видеть, по этой причине главный герой из раза в раз получает пустые коробки. Искусство манипуляций уходит в плоскость неявного. И если все начиналось с просто стимулирования продаж как инструмента «цифрового маркетинга», то затем продолжилось как глобальная трагедия. Хотели как лучше, а получили «цифровой концлагерь»
