Япония не имеет необходимых законов, чтобы реквизировать замороженные активы российского ЦБ, заявил глава минфина страны Сюнъити Судзуки. Разберемся, что стоит за словами японского министра.
В конце февраля Япония, вслед за США и странами ЕС, заморозила находившиеся под ее контролем активы Центрального банка России. Цель — не позволить ЦБ использовать эти резервы для ослабления воздействия санкций. На долю Японии пришлось приблизительно 33 млрд долларов из тех 300, на которые наложил руку коллективный Запад.
Однако по прошествии месяца японский минфин заявил, что законодательство страны не содержит необходимых установлений, которые бы позволили реквизировать валютные резервы центральных банков третьих стран.
Значит ли это, что в Токио опасаются ответных шагов России, которая поставляет в Японию газ, нефть и уголь? А может быть, наоборот, Сюнъити Судзуки таким образом намекает, что пора бы соответствующие законы разработать? Разобраться в ситуации журналу «Слово и Дело» помог политолог, доктор экономических наук Станислав Еремеев.
«Сегодня правительство Японии смотрит на то, что будет завтра. Прогнозировать, как будет развиваться ситуация, достаточно сложно. Поэтому это заявление, с одной стороны, оставляет окно возможностей двигаться и налево, и направо. С другой стороны, ни для кого не секрет особенности сегодняшнего нашего времени. Мы видим, что национальные интересы для всех правительств становятся приоритетными», — подчеркнул эксперт.
Еремеев отметил, что текущая система правового обеспечения деятельности финансовых структур и бизнеса, которая создавалась десятилетиями, находится в состоянии жесткой турбулентности. Действия администрации Вашингтона вызывают у всех вопросы по сохранению активов, вложенных в американские обязательства. И в связи с этим закономерно возникает резкое недоверие к существующим финансовым институтам.
«Те или иные аспекты глобализации сегодня подвергнуты серьезному испытанию. С одной стороны, мы понимаем, что живем в мире, где все друг с другом связаны. А с другой стороны, роль национальных регуляторов резко возрастает. Раньше мы говорили, что существует этнический парадокс глобализации, когда те или иные этносы ставят вопрос о национальном верховенстве. Сегодня это переходит в финансово-экономическую плоскость, что меняет всю архитектуру финансового мира», — пояснил он.
Таким образом, с хозяйственной точки зрения России, конечно, не безынтересно, что будет с замороженными Токио активами ЦБ. Особенно, когда Япония вплотную подойдет к необходимости платить за поставки российского СПГ рублями — к чему она не готова. Но если смотреть на глобальную ситуацию, то перестройка мировой финансовой системы, исходя из национальных интересов, должна занимать куда больше, чем беспокойство за подвисшие в Банке Японии средства.
Ранее политолог Маркелов в комментарии для «Слово и Дело» рассказал, на что могут пойти Соединенные Штаты, чтобы увеличить поставки нефти из Саудовской Аравии.