В 2004 году я работал в районной прокуратуре, но был направлен на стажировку в областную.
Я ещё не знал, что мне придётся столкнуться с делами, которые оставят во мне неизгладимый след на всю оставшуюся жизнь.
Речь шла о жертвах политических репрессий в конце 40-х, 50-е годы прошлого века.
Первое, что меня поразило - это объёмы уголовных дел. Все они были чрезвычайно тонкие, а приговор с формулировкой «20 лет в ИТЛ» занимал не больше одного листа, заполненного рукописным текстом с обеих сторон.
Приговоры выносились «тройками», а главным доказательством было признание вины.
Речь шла о разных преступлениях
По одному из дел с «расстрельной статьей» мужик в присутствии своего соседа бросил в стол фотографию Сталина, лицом вниз».
Но большинство дел касалось японцев, которые проживали на Сахалине ещё до второй мировой.
Как правило, это были местные жители, у которых сотрудники НКВД находили в огороде их фамильные катаны. Их судили за то, что это оружие они намеревались использовать против советской власти.
Задача прокуратуры в наше время была выявить те составы преступления, по которым осуждённые ошибочно отбыли наказание по политическим статьям. И реабилитировать их.
Вот какие моменты поразили больше всего:
Допрос. У японца спрашивают: «У вас в огороде найден меч, чей он?»
Ответ: «Не знаю»
Следующий вопрос: «Вы уверены, что не знаете? Не вам ли он принадлежит?»
Ответ: «Нет, мне он не принадлежит».
Почти по всем таким делам во время допроса объявлялся перерыв. Минут на 10.
После которого вопрос повторялся. И ответ на него уже был утвердительным.
Самое интересное, что этот момент никак не скрывался и не обыгрывался. Ему не придавалось какой-то более - менее законной оболочки.
По таким делам после реабилитации как правило «убиралась» политическая статья и человек считался осуждённым за незаконное хранение оружия по ст.222 УК РФ нашего времени.
В этом и был смысл реабилитации
По окончании командировки я понял, что то, о чем пишут в книгах про ВЧК и НКВД - абсолютная правда. Без преувеличений.
И я считаю, что наши законодатели всегда должны держать в уме ту черту, к которой мы можем подойти, когда даём больше полномочий сотрудникам полиции.
А людям, которые выступаю за смертную казнь, понимать, что в полицию часто попадают и не виновные.
Сейчас вот идёт речь об отмене моратория на смертную казнь. И те, кто реально будет принимать решение по этому вопросу, должны понимать, что ее возврат возможен лишь при абсолютно непогрешимой правой и судебной системы.
Спасибо, что дочитали статью
Подписывайтесь на блог и получайте больше полезной информации о том, как действовать в сложных ситуациях.
Адвокат Антон Самоха