Я знаю, как трудно сейчас многим даётся просто жить. В минуты безысходности я успокаиваю себя народной мудростью, которая, кажется, и придумана была для таких моментов.... Чему быть, того не миновать... Что ни делается, всё к лучшему... и... Кто, если не мы?
Отвлекитесь от тяжёлых мыслей, аккумулируйте в своём сердце терпимость, смирение и добро моих деревенских будней, которыми я делюсь с вами.
Каждый год я с предвкушением жду таких дней, когда подмоченный оттепелями снег, подчиняясь ночным минусам, покрывается корочкой наста, позволяя шагать по родным просторам сперва на лыжах, а если повезёт и ударит настоящий морозец, то и запросто, как по асфальту "босиком", без прочих приспособ.
А нынешние прогулки обещали быть особо увлекательными - ведь моя новоиспечённая подружка любопытна не меньше меня! Правда, увидев первый раз моё транспортное средство, поначалу отнеслась к нему с недоверием, даже покусывать пыталась!
Манит меня в таких путешествиях всегда туда, где в иное время не побывать - за речку Мотомку.
И на радость мне буквально на днях вдоль реки промчался кто-то залётный на снегоходе, и топать на широких охотничьих лыжах по уплотнившейся дорожке вдвойне приятнее.
А погодка-то!.... Солнце распекло так, что я и курточку скинула. Ненадолго, правда, ветерок-то хоть и не злой, но поднимает от снежных покровов холод зимы, прожигая до косточек.
Удаляюсь от дома, и вижу, как всё шире распахивается небо, под голубой прозрачностью которого моя деревенька кажется совсем крошечной. Десять домишек жмутся к друг дружке в ложбине, завидуя моему - обжитому круглый год.
Если не ведать, что где-то здесь набирает свои воды Мотомка, можно и не приметить барханы её берегов...
Но местами вспорот белый панцырь, мокрыми швами разделяя берега, и я не решаюсь форсировать его.
Остаётся довольствоваться местным пейзажем и несколькими одинокими ветками рогоза вдоль снегоходной тропинки.
Взорванные теплом пухлые початки искрятся на солнце, отпуская одинокие пушинки с вольным ветром на все четыре стороны.
Прошлой зимой я уже рассказывала вам про удовольствие, которое испытываешь, нажимая на туго набитый пушинками шоколадный початок - он в долю секунды лопается, и невесомая пена выпадает в твою ладошку шелковистой массой.
Это разрушение, которое природа дозволяет делать безнаказанно.
И я, пользуясь доверием и ветреной погодой, развлекаюсь, как ребёнок, легко уворачиваясь от коварного пуха!
Заскучавшая подружка Маня, едва завидев в моих руках похожую на привычную ей палку-поигрульку ветку рогоза, не хочет слушать моих предостережений....
и, сбивая меня с ног, торжествующие убегает с добычей.
Я, хохоча, смотрю, как собака с возмущением отплёвывается от настырного пуха, который мстит за меня коварной похитительнице,
и лежу на снегу, чувствуя - сколько счастья в этом моменте!!!
Снег, которому осталось пара недель господства.... солнце, греющее голые ветки деревьев... И небо - лёжа-то оно ещё синее кажется!...
И уже не одна-одинёшенька я на пару километров - с такой компаньонкой...
Разве мало этого для счастья?
Возвращаюсь в деревню, чтобы, пользуясь моментом, телеграфировать соседям - стоят ваши домики, ждут вас...
Прокладываю первопуток в "тот край" - это из детства, проведённого в Великой, где сейчас живут мои родители. Деревенька Великая не шибко и велика, такой же десяток домиков, только раскиданы они по склонам горушки. Потому-то в ней и появились края - тот да этот, свой, стало быть....
Смотрите, соседи, какая красота на ваших участках царит!
Снежные простыни с северных склонов крыш сползают так лениво - почитай, вторую неделю висят - будто и впрямь это не миллионы снежинок сцепились изрезанными краями, а сотканы из прочных нитей те полотнища.
Нетронутые с осени владения заботливо укутаны зимой... Девственны немятые околицы - разве что Манька наследила.... и разделены надвое лисьей тропинкой огороды.
А иные сугробы так беззаботно висят, что я, не удержавшись, подъезжаю к ним и пробую лыжной палкой растревожить их покой. Монолит!
Сравнялись колодцы со снегами....
вросли в них соседские ворота...
И вершит картину триколора калина красная!
Носится Маня по неведомым краям, наматывая круги вокруг моей лыжни,
а я то и дело подзываю её, чтобы чмокнуть в чёрный нос, потрепать ушастые уши и сфотографировать шерсть, разгоревшуюся на солнце. Ну, не могу перестать! Суперобаятельная у меня собака))).
Возвращаемся домой, а там на рабочих рукавицах греются на печной полке нагулявшиеся до нас с Маней котейки.
Спят-то спят, да слушают - не сбрякает ли миска))?
Раскладываю во все миски по вкусняшке, угощаю цыпышат зерновой смесью...
и сажусь чаёвничать сама, с подарочным пряником (спасибо, Ирина!) в предвкушении нового счастья -
подрастает мой Сыроежкин плед, распускаются его краски, согревая меня шерстяными квадратиками... ой, люблю!
Я вообще примечаю - с любовью в сердце жить спокойнее. Находите радости в минутах, примечайте красоту, любите и ждите весну. Весной наступает мир...
Поклонилась!