Весь день Спиридону было не по себе. Маялся он, и никак не мог понять: отчего. А к вечеру - как обухом по голове: сон! Ванька приснился. Молодым, а его, почитай, лет пять как в живых нет. Смотрит на Спиридона и вздыхает, как будто говорит: "Эх, Спирька, Спирька!" Лег спать Спиридон, а не спится. Все Ванька из головы не идет. "И чего он с укоризной-то смотрел? Будто виноват я перед ним. А, можа, и правда виноват?" И замелькали перед Спиридоном прожитые годы. Ванька со Спирькой соседями были. Ну как - соседями: на одной улице жили. А в деревне, кто на одной улице живет, все соседи. Пацанами рыбалили вместе, ужами девчонок пугали. Была среди них Дашутка, которая громче всех визжала, когда ужа видела. Боялась их страх как. Иногда пацаны у отцов махру крали, за что те вожжами их легонько учили. Подросли ребята, женихаться стали. Спиридон - высокий, в плечах широк, по всему видать: рубаха-парень. Лицом чист, и чуб кучерявится. Первый парень на деревне. Ванька ростом до Спирьки