Найти тему
записки зубного детектива

Может ли пациент неожиданно проснуться во время наркоза в стоматологии?

В прошлой статье я рассказал об интранаркозном пробуждении. Это когда пациент прямо во время операции по непонятным причинам вдруг просыпается, все слышит, понимает, а самое противное, что может даже все чувствовать.

Сегодня расскажу о том, почему это невозможно в стоматологии.

Первое

Мы не используем в своей практике миорелаксанты. Поэтому если пациент начинает просыпаться, то это сразу становится заметным. Он начинает ерзать, двигать руками-ногами и пытается что-то сказать.

Не заметить это невозможно даже самым слабо понимающим в медицине людям. А в кабинете во время стоматологических операций присутствуют минимум четыре профессиональных медика. Врач-стоматолог, его ассистент, врач-анестезиолог-реаниматолог и его ассистент тоже.

Как только появляются хоть какие-то признаки того, что пациент испытывает беспокойство или неудобство, врач это видит, а анестезиолог реагирует.

Второе

В нашем случае общая анестезия это просто сон разной степени глубины. В самой слабой степени сна пациент может даже отвечать на несложные вопросы врача, но обычно его погружают в чуть более глубокий сон, чтобы он вообще ничего не видел, не слышал и не помнил.

Но сон не вызывает потерю чувствительности. Анальгезия всегда достигается путем применения местной анестезии, которую комбинируют с общей. Поэтому даже если пациент проснулся по какой-то редчайшей причине в середине операции и уж по какому-то совсем непонятному стечению обстоятельств врачи этого не заметили (хотя, как я уже говорил, это крайне сложно не заметить), то боль испытывать он все равно не будет, т.к. помимо общей анестезии действует еще и местная. Тут работает как бы двойная защита.

У меня была пациентка, которая несмотря на повышенную дозу дипривана потом мне рассказала в подробностях, о чем мы с хирургом разговаривали в кабинете во время операции. Видимо, у нее какая-то индивидуальная нечувствительность к данному препарату и сон был недостаточно глубокий. При этом она не испытывала никаких неприятных ощущений, т.к. находилась еще и под местной анестезией.

Все дружно посмеялись, с пациенткой прекрасно общаемся по сей день, но с тех пор во время операций на всякий случай в кабинете стараемся на посторонние темы не разговаривать. А вдруг пациент все слышит и записывает в память!

Третье

Мы работаем непосредственно в полости рта. Поэтому работа с масочным наркозом в нашем случае просто невозможна, а работа с трубками во рту будет так затруднена, что этот вид наркоза в стоматологии тоже практически не применяется. Мы работаем только с внутривенными гипнотиками, погружающими пациента в здоровый сон. Никаких наркотиков и других тяжелых препаратов.

Поэтому ситуация, когда пациент проснулся, а аппарат ИВЛ заставляет его дышать в минимально заниженном ритме и он задыхается от невозможности сделать полноценный вдох, возникнуть никак не может. Наши пациенты дышат сами и дышат так, как им хочется и удобно.

Ну и последнее

Целые институты работают над проблемой интранаркозного пробуждения, и пока никто не придумал никаких реально действующих протоколов, позволяющих как-то избежать подобных случаев или достоверно определять момент пробуждения пациента во время операции.

Единственные рекомендации на эту тему — следить за областью рта и глазами. Даже находясь под миорелаксантами, пациент может слегка шевелить глазами, у него могут расширяться зрачки, выделяться слезы, срабатывать мимическая мускулатура и учащаться дыхание.

Большинство врачей трудятся совершенно в других областях тела и мимики не видят вообще. Стоматологи же работают прямо в полости рта, а потому в процессе операции всегда сосредоточены именно на том, что нужно для своевременного обнаружения возникшей проблемы.

Любая из вышеперечисленных причин является полноценной страховкой от тяжелых случаев интранаркозного пробуждения. А в целом из этих четырех причин получается надежная многоступенчатая защита от внезапного пробуждения.

-2

Раньше анестезиологи сидели со шприцами и вручную регулировали введение препарата в вену. Сейчас у нас давно уже есть специальные аппараты, которые вводят лекарственные средства в нужном режиме и дозировке. Процесс полностью автоматизирован, и человеческий фактор (доктор отвлекся, забыл добавить, мало добавил и т.д.) отсутствует.

Как только операция заканчивается, введение прекращают и пациент практически сразу просыпается. Большинство рассказывает, что уже забыли, когда так классно высыпались, и спрашивают, нельзя ли просто приходить иногда поспать. Мы смеемся, но отказываем, конечно. Все строго по показаниям.