Глава 7. Предания Города-без-названия
(Продолжение. Начало здесь)
Про книгу, а точнее, про ее отсутствие в Библиотеке, Яшка дяде ничего говорить не стал. Поднимет на смех его Пафнутий Пантелеймоныч, и правильно сделает – мало ли, кто мог взять злополучную книгу, помимо той, что сидит в сквере! Мальчик даже сам себя убедил, что слова строгой дамы ни о чем таинственном и волшебном не говорят. Почти убедил.
И именно поэтому первым делом, придя домой, он открыл оглавление «Преданий». От увиденного у Яшки дух захватило – столько было в книге собрано всяких историй. Он торопливо просмотрел длинный перечень и наконец нашел то, что искал:
«Читающая в сквере»
Яшка открыл нужную страницу и с замиранием сердца прочел:
«Бывали в нашей славной истории времена отнюдь неблагословенные и можно даже сказать темные. Как иначе назвать обстоятельства, когда многие горожане не только не умели, а и не могли научиться грамоте? Считалось, однако, что надобность эта есть далеко не у всех, и масса людей – ремесленников, торговцев и мещан – обходилась без этого навыка, такого привычного сегодня. Про крестьян и вовсе говорить не приходится – те были безграмотны поголовно, а иные и вовсе не знали, что такое буквы, книги и письмо. В те злополучные времена одна девушка из семьи весьма богатой и благородной приобрела известность следующим образом: ежедневно приходила она на площадь, садилась у полюбившейся ей клумбы и читала вслух. С чего это пришло ей на ум, никто не знает, но достоверно вот что: однажды она принесла с собой книгу сказок, и игравшие поодаль ребятишки немедленно окружили ее, внимательно слушая. Так девушка и провела на площади весь день до заката, а на следующий день, придя на свое излюбленное место, увидела толпу ребят всех возрастов, ждущих продолжения. Так с тех пор и пошло; вскоре книга сказок была дочитана полностью, и, дабы не повторяться, девушка взяла с собой другую, относящуюся к истории создания нашего Города. Против ожиданий, детвора не разбежалась от читавшей – наоборот, сведения эти вызвали у них большой интерес. Посему девушка продолжала ежедневно посещать площадь и читать, и после исторических записок обратилась к географии, а затем к другим естественным наукам. Неизвестно, сколь долго могло это продолжаться, но неизменно собиравшаяся на площади толпа, состоявшая по большей части из детей, привлекла внимание одного важного господина. Господин остановился неподалеку, послушал, составил собственное мнение о происходящем, а затем направился к месту своей службы, которое располагалось в муниципалитете Города. Так он с подробностями пересказал все, происшедшее с ним, остальным чиновникам, и результатом стало спешное совещание. В наши дни мы лишь посмеялись бы над этими мерами – подумаешь, девчонка читает вслух ребятне! Тогда же дело обстояло иначе, настолько, что главным выводом совещавшихся стал вот какой: дети крестьянские и мещанские к написанным в книгах знаниям неприспособлены, а потому давать им доступ к оным – зло; а значит, требуется публичное чтение вслух прекратить, негодную девицу призвать к порядку, а буде воспротивится – принудить к выполнению указа.
Выполнить же это весьма благоразумное постановление оказалось не так-то просто. Ни брата, ни супруга, способных приструнить девчонку, в наличии не оказалось. Что же до отца девушки, то он скончался незадолго до описываемых событий, и отойдя в мир иной, оставил единственной дочери все свое состояние. Из этого следовало, что была девица богатой праздной дамой, проводящей свой досуг так, как ей благоугодно, и ни в чьих разрешениях для этого не нуждающейся. Все просьбы, увещевания и даже угрозы на нахалку не подействовали, но напротив, укрепили ее упорство – ибо ничего плохого в чтении книг детям она увидеть не могла, и все опасения достойных мужей города прошли мимо ее ушей и не достигли ее рассудка. Поэтому чтение продолжалось; разгонять же собравшихся детей силой было чревато волнениями и беспокойствами.
Долгое время муниципалитетские чины ломали головы, что же предпринять. Но вот девица принялась зачитывать Свод законов, и стало ясно, что медлить более нельзя.
На беду, в это время служил в муниципалитете один юноша, весьма приятной наружности и довольно смышленый. Он оказался хитрее своих старших товарищей, потому что первым предложил действовать не уговорами и угрозами, а иным способом. Юноша на следующий же день присоединился к слушателям на площади; был внимателен, скромен и предупредителен, и вскоре обратил на себя внимание читавшей. Как уже говорилось, этот молодой человек был неглуп и миловиден, а потому ничего нет удивительного, что вскоре сердце девицы было покорено.
На этом известные достоверно сведения обрываются; мы знаем точно лишь то, что после свадьбы публичные чтения на площади прекратились. Зная, о каких непросвещенных временах идет речь, можно предположить, что новоявленный супруг вскоре избавился от девицы – обвинив ее, к примеру, в колдовстве, ведь такие случаи были тогда нередки, и эта выдающаяся особа сгинула в какой-нибудь темнице. Понятно, таким образом, почему об исчезновении читающей девушки нет записей в летописях – ведь такая история неблаговидна. Но остановить растление умов уже не удалось – вскоре после описанных событий грамота стала распространена среди самых разных сословий. Малолетние слушатели не забыли свою покровительницу; говорят, что один из них впоследствии и соорудил известную нам скульптуру в ее память, а вокруг нее со временем возник сквер. Имени мастера, как, впрочем, и имени самой девицы, не сохранилось.
Подобная реконструкция событий кажется автору наиболее вероятной, однако среди горожан распространена следующая история: якобы узнав о вероломстве возлюбленного, Читающая была в таком горе и гневе, что обратилась в каменную статую. Как тут не подумать, что вероятные обвинения ее в колдовстве были бы не беспочвенны! В пользу этой легенды говорит тот факт, что сама Читающая и окружающие ее дети выполнены не только разными мастерами, но и в разное время. Скульптура девушки гораздо древнее. Полагают, что магия позволяет ей и теперь изредка почитать вслух; обязательным условием, однако, является то, что никто посторонний не должен этого слышать – видимо, в память о коварном соблазнителе. К сказанному остается добавить лишь то, что автор книги ни разу не видал человека, который мог бы подтвердить слова городской легенды – подслушать Читающую не довелось никому».
Яшка долго сидел над книгой. Вот ведь как! Он и представить не мог себе, что когда-то люди не учились грамоте – даже в их небольшом поселении имелась школа, и все его братья и сестры, даже самые маленькие, учились различать буквы. Другое дело, что пользовались этим умеиемне все...
Что же до несчастной девушки, то история эта потрясла мальчика. Понятно теперь, почему дядюшка Пафнутий облюбовал сквер местом своих постоянных забот и лично следит там за порядком. Чем дальше, тем больше Яшка подозревал, что несмотря на неразговорчивость старшего дворника, многие тайны Безымянного Города ему известны получше, чем многим. А что сердце у сурового на вид Пафнутия Пантелеймоныча доброе и отзывчивое – в том его племянник давно уже не сомневался.
© Анна Липовенко
Продолжение следует.
Другие сказки:
Отпуск Кощея (начало сказки)