Найти тему

Почему необходимо регулировать численность волка?

Внимание! Конкурс фотографий для подписчиков! Приз - книга автора о волках!

Мне всегда нравились волки. Это сильные, красивые, смелые и отважные вольные звери, настоящее олицетворение дикой природы. Когда удавалось их наблюдать, а это, как правило, были краткие мгновения, буквально секунды, я изо всех сил старался запомнить и удержать в памяти образ этого животного, с восхищением любовался каждым движением, радовался каждой детали, которую удавалось разглядеть. Меня как магнитом тянуло к волчьим следам. След – это путеводная нить, в конце которой обязательно есть зверь. При троплении волка испытываешь удивительное ощущение сопричастности к его дикой жизни, как будто открывается перед тобой тайная книга Природы. Пройдя по следу много километров и найдя лёжки или места волчьей охоты, каждый раз добавляешь что-то новое в копилку своих знаний об этом великолепном создании. Глубокий интерес, восхищение и любовь, тем не менее, не должны заслонять от нас реальное положение вещей, те особенности волка, которые буквально вынуждают человека к построению особых отношений с этим видом.

Одна из читательниц нашего канала, познакомившись с материалами о волках, задала вопрос: «Если волки так боятся человека, почему на них нужно охотиться и убивать?». Ответить на него с позиции охотников и специалистов охотничьего хозяйства нетрудно – волки конкуренты охотникам и если не снижать их численность, то охотникам будет не на что охотиться. Также просто ответить на этот вопрос с позиции специалистов сельского хозяйства и владельцев скота – волк всегда был врагом скотоводов, присваивая себе результаты их труда. В обоих ответах легко усмотреть эгоцентризм человека, отстаивающего свои интересы в ущерб другим видам. Однако этот подход не вскрывает биологических особенностей волка, определяющих его место в сообществе хищных четвероногих, с учетом его длительной и не простой эволюции.

Вместе с тем, одна из основных биологических особенностей волка – его способность быстро восстанавливать свою численность, то, что специалисты называют высоким репродуктивным потенциалом. Для того, чтобы было лучше понятно, о чём идет речь, сравним в этом плане волка с нашим видом. Так вот, волчица каждый год рожает и выращивает до полувзрослого состояния от 3 до 12, но чаще 5-8 щенков. Ежегодно! А у человека далеко не всякая женщина рожает и воспитывает такое же количество детей за всю свою жизнь! Волчица рожает щенков каждый год в течение 8-10 лет. То есть женщина и волчица по количеству потомков отличаются более чем на порядок. Но при невысоком репродуктивном потенциале, человечество продолжает наращивать свою численность. Почему? Да потому, что мы сумели существенно снизить смертность, в первую очередь детскую. Вот здесь мы подходим к тому, что в природных популяциях рождаемость и смертность взаимосвязаны. И если у какого-то вида мы наблюдаем высокую способность к размножению, значит этот вид формировался и длительно существовал в условиях высокого пресса со стороны окружающей среды, проявлением которого была высокая смертность.

Почему же природа наградила волка способностью быстро и эффективно увеличивать численность, с чем это связано в историческом и эволюционном плане? Чтобы это понять, следует обратиться к тем условиям, в которых происходило формирование этого вида и его ближайших родственников из семейства Псовых.

Дело в том, что животный мир, который мы видим в настоящее время, является лишь осколком, или если хотите, обрубком той фауны, что существовала на планете десятки тысяч лет назад, в эпоху плейстоцена. Эпоха эта продолжалась от почти двух миллионов до десяти тысяч лет назад. Это было время господства крупных млекопитающих, так называемой мегафауны, с такими характерными представителями как мамонты, шерстистые носороги, овцебыки, большерогие и другие виды оленей, кабаны, дикие лошади, и, соответственно различные крупные хищники: саблезубые тигры, пещерные львы, пещерные медведи и несколько видов псовых, среди которых был и наш серый волк. И не следует думать, что плейстоценовая фауна это какие-то древние животные, вымершие задолго до появления человека. Мамонтовая фауна это животный мир, вполне современный нашему виду. Человек разумный и мегафауна длительное время сосуществовали и есть немало свидетельств того, что именно Homo sapiens стал причиной изреживания мегафауны, исчезновения многих её видов. Я сейчас не о том спорном вопросе, была ли значительная часть мегафауны истреблена человеком, или погибла от каких-то других, неизвестных нам причин. Для нас важнее то, что её существование – неоспоримый факт. Также неоспоримо, что волк, как и другие современные виды животных, такие как зубр, лось, кабан, овцебык, лошадь Пржевальского, различные олени, а из хищников и белый и бурый медведи существовали и в плейстоцене и были полноправными членами мегафауны. Так вот, волк в иерархии хищников того времени никогда не занимал высоких ступеней. Если представить хищников плейстоцена в виде некоей иерархической структуры, то на самой ее вершине будут восседать «цари», такие крупные звери как вымершие пещерный лев, пещерный медведь, саблезубый тигр, а также дожившие до наших дней тигр и несколько видов медведей, включая хорошо нам известного бурого. У них практически не было врагов, кроме ближайших соседей по верхней ступени иерархической лестницы и как у всех хищников, поднявшихся на самую вершину сообщества, смертность их была низкой, соответственно и репродуктивный потенциал их был невелик. Примерно то же мы видим в сообществе хищников пернатых. У «царей» пернатого мира – орлов, орланов, гарпий – в гнездах нередко по одному яйцу и по одному птенцу. Но вернемся к иерархии хищников четвероногих. Ниже «царей» располагаются хищники среднего звена. Кроме нашего серого волка, мы видим там других псовых. В Евразии это красный волк, когда-то широко распространенный, а ныне прописавшийся в Красной книге вид и его родственник, давно вымерший и не имеющий русского названия, Xenocyon, сочетающий черты красного волка, серого волка и африканских гиеновых собак. В Северной Америке группу псовых возглавляет вымерший американский волк ужасный, значительно превосходящий серого по размерам. Здесь же, на одной ступени с волками, пристроились гиены, леопарды и, наверное, рысь. А вот ниже их располагаются хищники размером поменьше: песец, лисица, шакал из псовых и целая плеяда куньих: росомаха, выдра, барсук, куница, и другие более мелкие хищники этого семейства.

Как видим, наш серый персонаж длительный период находился на средней ступени своего хищного сообщества, да к тому же на одном уровне с конкурентами из своего семейства. Высокий пресс со стороны других хищников был неизбежным условием его жизни в течение сотен тысяч, а возможно и пары миллионов лет. Расплатой за жизнь в таком окружении была высокая смертность, компенсировать которую могла лишь высокая рождаемость, тот самый репродуктивный потенциал.

Когда обедает царское семейство, волки стоят в сторонке.
Когда обедает царское семейство, волки стоят в сторонке.

Другой особенностью серого волка, определяющей потенциал размножения, была его пищевая специализация. Как мы знаем, волк на всем пространстве своего ареала – специалист по добыче средних и крупных копытных, в первую очередь различных оленей. Когда на просторах Евразии обитали дикие лошади и такие антилопы, как сайгаки, волки конечно же охотились и на них. Также как и на диких быков: туров, зубров и бизонов. Некоторые популяции американских волков специализируются на добыче бизонов до сих пор. К числу опасных для волка жертв следует отнести и овцебыков. Так вот, большинство этих видов копытных крупнее волка и могут оказать серьезный отпор даже волчьей стае, а не только одиночному хищнику. При всех умелых и слаженных действиях волков на охоте, определенный процент охотников во все времена получал травмы и погибал. То есть риск, связанный с крупными размерами жертв, также увеличивал смертность хищников, а соответственно и ответную компенсаторную реакцию в виде высокого потенциала размножения.

Изреживание мегафауны и уход с арены жизни большинства «царей», удивительным образом совпало с воцарением такого суперхищника, как человек разумный. Очистилось от конкурентов и горизонтальное пространство средней ступени хищной иерархии, которая фактически полностью оказалась в волчьих лапах. Да, из хищников верхнего яруса остался бурый медведь, а из соседей по средней ступени – рысь, но эти виды, достаточно слабо взаимодействуют с серым, располагаясь в своих экологических нишах. У бурого медведя это преимущественно вегетарианство, за исключением узкого весеннего периода, а у рыси – её пищевая специализация, нацеленная в основном на зайцев. А вот там где сохранился тигр, серым далеко не комфортно и они стараются избегать хозяина тайги и джунглей. Этот пример хорошо демонстрирует нам, под каким прессом жили волки в составе плейстоценовой мегафауны, когда «царей» было гораздо больше. Развитие человеческого хозяйства и переход от охоты и собирательства к скотоводству и земледелию окончательно привело волка к антагонизму с человеком. Охота стала единственным фактором, сдерживающим изначально высокий репродуктивный потенциал волка. Вся история взаимоотношений человека с волком свидетельствует о том, что снижение охотничьего пресса неизбежно ведёт к довольно быстрому росту численности волков. Весьма показателен пример периода Великой отечественной войны, когда охотники ушли на фронт, давление на популяцию волка снизилось и численность его быстро возросла.

Говоря о численности волка, необходимо учитывать ещё одну его особенность. Волки – звери территориальные, во всяком случае в пределах лесной зоны. С точки зрения волка, вся территория видового ареала делится на виртуальные довольно крупные ячейки – участки обитания отдельной волчьей стаи-семьи, площадью от одной до нескольких сотен квадратных километров. Площадь эта зависит от обилия копытных животных – основного корма волка в зимний период года. Хочу сразу предостеречь от заблуждений, которые могут быть связаны с тем, что постулировал в своей очень интересной книге «Не кричи волки» канадский писатель Фарли Моуэт. Дело в том, что Моуэт проводил наблюдения за тундровыми волками в летний период в год высокой численности леммингов. В такие годы все мясоеды тундры переключаются на повсеместный и доступный ресурс – леммингов, которые буквально шмыгают под ногами, легко доступны и весьма питательны. Да ведь и наши волки в летний период добывают всё что шевелится – глухарей, тетеревов, рябчиков, зайцев, птенцов уток, линных водоплавающих, утрачивающих на период линьки способность к полету, енотовидных собак, лисиц, не брезгуя, конечно же, полевками и мышами. Да, да, волки могут и умеют мышковать, не хуже лисиц и в годы обилия полевок нередко их ловят. Но это корма летние. А вот зимой проявляется истинная специализация волка, его, если хотите, настоящая профессия в природе. И это именно охота на диких копытных животных. Вот потому и живут волки стаями, что только стая-семья способна эффективно обеспечить волкам победу над лосем, кабаном или оленем. Четвероногие мышеяды никогда не образуют стай, потому что их ресурс, мелкие млекопитающие, хоть временами и достаточно обилен, но весьма рассредоточен в природе. Стая лисиц на одном поле быстро выловит всех полевок, да и зачем лисице соратники – мышку она поймает и без помощников. Поэтому лисица, так же как песец или енотовидная собака – охотники одиночные. А вот одолеть в одиночку лося или оленя весьма проблематично. И даже если это удастся одиночному волку, то риск получить в такой схватке травму слишком велик. В дикой природе даже небольшая травма может серьезно снизить шансы на выживание, а в конечном счете, на передачу своих генов в ряду поколений. Именно специализация в охоте на крупных травоядных привела к возникновению такой социальной ячейки, как семья-стая, возглавляемой родительской парой матёрых. Так что, какой бы интересной книгой произведение Ф.Моуэта ни было, биологически оно не вполне корректно, поскольку отрицание специализации волка, как охотника на копытных, противоречит всем известным фактам об этом звере.

Итак, мы разобрались, что волк – специалист по групповой охоте на копытных, имеющий высокий потенциал размножения. То есть он способен достаточно быстро нарастить свою численность до полного заполнения всех виртуальных ячеек – участков волчьих стай в ареале. При такой численности волки будут изымать не только весь прирост населения копытных животных, но могут наносить и существенный урон их основному, маточному поголовью, а также начнут активно потреблять животных домашних. Вспомните басню И.А. Крылова про волка в овчарне. Ведь баснописец взял этот случай из жизни. Такое нередко случалось, когда крыша загонов для скота покрывалась соломой, настеленной на жерди. Волки раскапывали такие кровли и проникали в овчарни. Да и во время выпаса скота волки запросто могли нападать на домашних животных.

Длительное существование волка, как вида, в составе плейстоценовой фауны в условиях биотического пресса со стороны других хищников, а также его специализация, в охоте на крупных и средних травоядных, эволюционно привели к формированию у него высокого потенциала размножения. Выпадение из состава мегафауны целого ряда хищников, занимавших доминантное по отношению к волку положение, привело к снижению давления на волка. При этом верхнюю ступень в иерархии занял единственный суперхищник – человек разумный. Таким образом, обеднение плейстоценовой мегафауны и усиление позиций человека привело к тому, что сдерживание популяций волка неизбежно оказалось функцией нашего вида.

Что из этого следует? А то, что хотим мы или нет, но численность волка нам придется регулировать. Причем не только исходя из чисто утилитарных соображений, которыми руководствуются работники охотничьего и сельского хозяйства, но и из особенностей биологии волка, как хищника, способного быстро увеличить свою численность. Речь при этом ни в коем случае не идёт об уничтожении или истреблении волка как вида, что нередко постулировалось в прошлом. Просто численность его должна поддерживаться на достаточно низком и относительно безопасном уровне. Поэтому охота на волка в обозримом будущем будет неизбежным условием взаимодействия наших видов.

Кроме указанных, существует еще один серьёзный довод в пользу необходимости регулирования численности волка. Это его эпидемиологическая роль, как переносчика вируса бешенства. Высокая численность волка связана с повышением вероятности появления бешеных животных, представляющих серьёзную опасность для людей. Всплеск численности волка в 70-е годы прошлого века, вошедший в историю как «волчий бум», показал, что волк быстро и значительно расширяет масштаб заболевания бешенством. В 1976 году эпизоотия бешенства отмечалась по всей территории Поволжья, Северного Кавказа, Центрально-Черноземного района, в некоторых районах Урала и Западной Сибири. Это опасность может иметь и опосредованный характер, поскольку бешеные волки могут передавать вирус лисицам, енотовидным собакам, домашним собакам и от них человеку. Бешеные волки безусловно и смертельно опасны и подлежит немедленному уничтожению. А вот об опасности для людей не бешеных волков, я расскажу в следующий раз.

Хотели бы вы встретить волка в природе? Пишите комментарии и задавайте вопросы, мы с удовольствием ответим на них.

Если вам понравилась эта статья, ставьте лайки, подписывайтесь на наш канал, и вы первыми узнаете о новых публикациях.

В наших материалах вы найдете не только общеизвестные факты о животных, но и результаты собственных наблюдений, уникальную информацию, которую вы больше нигде не встретите.

Читайте о волках на нашем канале:

Мифы о волках в Интернете: есть ли ранги в волчьей стае?

О том, что такое волчья стая на самом деле

Об истории Вестомшинской волчицы

О последней охоте старого волка

О троплениях волков в горельниках и о том, как волки убивают свои жертвы на самом деле

По волчьим следам. Стоит ли брать жену на охоту за волками

Почему необходимо регулировать численность волка?

Все наши тексты оригинальны, здесь нет перепостов, непроверенной информации и плохого русского языка.

Мы рассказываем о том, что хорошо знаем, видели своими глазами, испытали на собственной шкуре.