Биоэтик выступил за использование женщин, мозг которых был признан мертвым, в качестве суррогатных матерей, назвав это "гестационным донорством всего тела"
Анна Смайдор из Университета Олсо написала в журнале "Теоретическая медицина и биоэтика", что женщины с мертвым мозгом не должны выбрасывать свои матки, когда люди, желающие иметь детей, могут их использовать. "Мы уже знаем, что беременность может быть успешно доведена до срока у женщин с мертвым мозгом", - сказала она. "Нет никаких очевидных медицинских причин, по которым невозможно было бы начать такую беременность".
Но этичность такого решения, похоже, упускается из виду.
"Я считаю, что - при прочих равных условиях - это должно быть вариантом для всех, кто хочет избежать рисков и бремени вынашивания плода в собственном теле", - сказала она, добавив: "Я предполагаю, что мужчины с мертвым мозговым стволом также будут иметь возможность забеременеть, что означает дальнейшее увеличение числа потенциальных доноров - и что таким образом могут быть сняты некоторые феминистские опасения".
По словам Смайдор, донор должен будет дать согласие заранее, но в целом, она считает, что государственная политика должна поддерживать эту идею. "Государства и службы здравоохранения должны адаптировать свою политику и процедуры, чтобы разрешить ВБГД среди других вариантов донорства", - сказала она. "Если ВБГД рассматривается как простое средство обеспечения безопасного воспроизводства и избежания моральных проблем суррогатного материнства, мы должны быть готовы принять его как логическое и полезное продолжение деятельности, которую мы уже рассматриваем как морально беспроблемную".
Смайдор признала, что этот процесс "прямолинейно представляет собой использование тела в качестве контейнера для плода". Но, как и многие апологеты суррогатного материнства, она утверждает, что оно должно быть разрешено, если донор согласен - несмотря на эксплуататорскую природу суррогатного материнства.
Хотя многие рассматривают суррогатное материнство как акт альтруизма, такой контракт имеет сильную тенденцию к коммерциализации женщин и детей и может поставить обедневших женщин в невыгодное положение, поскольку у них возникает соблазн продать свою матку богатым, чтобы произвести на свет желанных детей. В свою очередь, акт зачатия и вынашивания ребенка превращается в товар: пары выбирают нужный им вид эмбриона, находят и нанимают женщину (часто с низким уровнем дохода) для вынашивания ребенка, а затем ждут родов. К суррогатным матерям в таких ситуациях часто относятся не как к целостным личностям, а как к маткам, которые были куплены с единственной целью. Если события развиваются не по плану покупателей - возможно, зачатие "нежелательной" двойни, или у ребенка диагностируется инвалидность, или он оказывается "нежелательного" пола, - то на суррогатную мать могут оказать давление, чтобы она сделала аборт, независимо от ее личных чувств по этому поводу. Некоторые суррогатные матери в подобных ситуациях оказывались брошенными (вместе с ребенком).
В древнегреческой пьесе Софокла "Антигона" главная героиня рискует жизнью, чтобы похоронить тело своего брата, утверждая, что аморально неуважительно относиться к мертвому телу. Пьеса вымышленная, но темы в ней вечные - и очень реальные. Если смерть мозга является истинной смертью, то это не дает кому-то права использовать тело умершего человека как инструмент, чтобы дать ему то, что он хочет. Тело, даже в смерти, все равно требует уважения, а предложение Смайдор не только неуважительно, но и дегуманизирует и эксплуатирует человека.