Продолжаем путешествие по основным цветам в русском языке. Два по цене одного — неспроста, сюда попало даже слово, о котором я вообще не собиралась писать в этом цикле, но оно вылезло само собой.
Чтобы начать разговор о жёлтом, давайте припомним, как это слово звучит на некоторых других европейских языках. Английский — yellow, немецкий — gelb, испанский — amarillo... Почему они все такие разные?
Лирическое отступление: Сразу оговорюсь, почему я взяла всего три примера: вариации на тему жёлтого в других славянских языках слишком уж похожи друг на друга, как и итальянский похож на испанский, голландский — на немецкий и т.д. Родня, что с них взять.
Среди перечисленных примеров проще всего разобраться, пожалуй, в немецком. Как бы вы описали жёлтый цвет? В смысле, какие существуют в мире важные вещи такого цвета? Солнце, конечно, в первую очередь, но что ещё?... (Этимология слова солнце не имеет отношения к цвету от слова совсем). Для представителя развитого в торгово-экономическом смысле народа важное и жёлтое... золото. И нет совершенно ничего удивительного в том, что немецкие das Gold и gelb звучат очень похоже.
Из важного: сравнивая между собой слова, обращайте внимание в первую очередь на их произношение, а не написание, поскольку большую часть времени все языки на свете существовали только в устной форме, и именно таким образом слова в них перетекали друг в друга и постепенно преображались, иной раз до почти полной неузнаваемости. Спасибо.
Как немецкие das Gold и gelb, которые похожи друг на друга, так и английские yellow и gold, которые вроде бы уже и не так одинаково звучат, развились из единого протогерманского корня *gelwaz — жёлтый. Кстати, звёздочка в начале слова значит, что оно было реконструировано лингвистическими методами и не имеет письменных источников за давностью времени. Этот протогерманский корень уходит в прошлое и прослеживается вплоть до праиндоевропейского языка, который был предком всем языкам индоевропейской семьи. Зачерпнул оттуда, разумеется, и русский — слова жёлтый и желчь уходят корнями туда же, как и многие европейские вариации этих слов. А ещё, тот самый праиндоевропейский корень *ghel- дал начало ещё одному невероятно важному для русского языка слову — зелёный. Что любопытно, по такому пути пошли все славянские и балтийские языки, а вот германские и романские связали зелёный цвет со значением роста, чего-то произрастающего из земли. Так что получилось так, что одна древняя производящая основа дала нам сразу и жёлтый, и зелёный, и золото.
Кроме того, благодаря Древней Греции, которая тоже присоединилась к усвоению и преобразованию корня, мы получили названия холере (острой кишечной инфекции) и холерикам — людям истеричным и хамовитым из-за повышенного содержания в организме жёлтой желчи (по Гиппократу и Галену).
Осталось пристроить испанский язык, который явно выбился из наших стройных рядов. Однако выбился он только происхождением слова, но не значением: по одной версии amarillo вышло из латинского корня amarus — горький (вероятнее всего из-за желчи, которая и горькая, и жёлтая; да, ликёр амаретто тоже наш пациент, потому что он горьковатый). По другой версии корень был усвоен из арабского [anbari] — жёлтый. Лично мне больше по душе первая история, потому что заимствование такого важного слова из чужой культуры кажется мне немножечко сомнительным. Помните: совершая внезапное и смелое лингвистическое открытие, обязательно проконсультируйтесь со специалистом!