У Караваджо есть две картины, изображающие святого Иеронима - учителя Церкви и создателя Вульгаты, канонического перевода Библии на латинский язык. Одна картина датируется 1606 годом, вторая - 1608.
Именно о ней я и поведу рассказ.
Святой Иероним сидит в темной комнате, до такой степени погруженный в работу, что даже не замечает неловкости своей позы. Тога сползла с его плеча, закрыв руку. Сам же он, ещё недавно, как видно, меривший шагами комнату, в порыве вдохновения – а может, и откровения свыше – присел за стол, чтобы записать пришедшую в голову мысль. Он неловко изогнулся над книгой и, кажется, даже слегка приоткрыл рот, проговаривая вслух написанное...
На картине можно различить три степени глубины.
Задний план едва заметен: из мрака комнаты проглядывают очертания кровати и висящая на стене кардинальская шляпа, самая древняя изо всех - большая, плоская, с кисточками по краям широких полей.
Средний план занимает пишущий Иероним.
На переднем мы видим распятие, верхний конец которого выходит за край стола и словно связывает пространство комнаты и находящегося в ней святого с внешним миром.
На столе перед Иеронимом лежит раскрытая книга, в которую тот делает привычную для него запись; книга здесь выступает как символ богословских знаний святого. Неподалёку мы видим камень, которым Иероним истязал себя в Халкидской пустыне, распятие, символизирующее его веру, череп, напоминающий нам о быстротечности человеческой жизни, и потухшую свечу.
Однако, несмотря на то, что свеча действительно погасла, тело Иеронима предстает перед нами ярко освещенным. По-видимому, этот неземной свет призван указать нам на божественное присутствие в этой тёмной и мрачной комнате.
Я долго рассматривала фигуру святого.
Прежняя сила уже ушла из его мускулов, но благочестивый образ жизни сохранил его тело и укрепил дух. Мы видим перед собой старца ещё крепкого, выносливого в работе, не утратившего интереса к жизни и желания трудиться...
Быть может, череп на столе указывает нам, что срок, отпущенный Иерониму на земле, уже истекает. Да и свеча, символ жизненной силы, погасла...
Однако Иероним по-прежнему сидит, склонившись над столом, и продолжает свою работу.
Лицо Иеронима изборождено морщинами. Святой выглядит по-земному сосредоточенным, но в то же время одухотворенным, возвеличенным открывшимся ему знанием.
Караваджо столь мастерски выписал черты святого Иеронима, вдохнул в него столько жизни, что мне начинает казаться, что я уже встречала его... В реальной жизни.
Мне кажется, что я могу подойти и поговорить с ним, увидеть выражение его глаз, проследить, как двигаются губы при разговоре, вздымается и опадает при дыхании грудная клетка...
Может, это чересчур живое описание, однако именно таким я и увидела святого Иеронима: дышащим, живым...настоящим.
Недаром, видно, Караваджо, называют основоположником реализма в живописи.
Недаром.
Поставьте 👍, если статья показалась Вам интересной.
Если же Вам понравились заметки, добро пожаловать на мой канал:)
Читайте также: