Массовый голод основных слоёв населения России зафиксирован с середины XI до первой четверти XX века. Низкая урожайность и недостаточная обеспеченность крестьян землёй стали причинами регулярных трагедий, случавшихся с периодичностью в 5-6 лет. В чернозёмных губерниях России 68% населения даже в урожайные годы не получало с надельных земель достаточно хлеба для продовольствия. Этот фактор вынуждал искать продовольственные средства арендой земель и посторонними заработками. Но главной причиной голодоморов была неспособность руководства страны распоряжаться запасами продовольствия даже в пределах одной губернии.
Голод 1833 года сопровождался эпидемиями и падежом скота по всей территории европейской части Российской империи. Масштаб затрагивал Поволжье, Юг России, Воронеж, Курск, Смоленск, Северный Кавказ, Витебскую и Могилёвскую губернии и также зафиксирован в Иркутске. По сведениям властей, голодало 15 000 000 душ. Войско Донское лишилось 80 000 лошадей. В поражённых местностях истребили 90% скота. Во многих деревнях крестьяне вспарывали себе животы. На Северном Кавказе среди поселенцев и местных прошла волна людоедства. Примерный убыток от голода власти оценили в 100 000 000 рублей. Император Николай I повелел раздать помещикам 29 768 212 рублей ассигнациями на покупку хлеба для крестьян. Закон того времени запрещал давать на руки деньги крестьянам.
В 1833 году станицу Карантинную, вместе со всей территорией Предкавказья, постигли неурожай и неминуемый голод. С начала мая до октября установилась сухая жаркая погода. Посевы на полях выгорели, разнотравье высохло. Исчезли ручьи и пересохли колодцы. Реки, питающиеся в основном атмосферными осадками, обмелели. Листья на деревьях посохли и осыпались от ветра. На высохших, а зачастую выжженных пастбищах гибли стада мелкого и крупного рогатого скота. Практически исчезли лошади, питавшиеся в тот год корой деревьев.
Моментально поднялись цены на продовольствие. Повсеместно в казачьих станицах появилась спекуляция хлебом. За четверть ржаной муки брали по 32, за четверть овса – по 24 рубля. К зиме цены значительно поднялись. Семьи умирали во многих станицах в том числе и в Карантинной. Главным образом умирали казённые и крепостные крестьяне – основные рабочие на землях, не имевшие за душой ничего. Большое количество крестьянства решилось покинуть Кавказ и вернуться в родные губернии. В станицах оставалось только казачье сословие. Чтобы не умереть, в хлеб подмешивали различный бурьян: просяную и гречневую полову, льняное семя и муку желудей. На меновых дворах в Баталпашинской и Пятигорске обменивали соль на жёлуди и другие продовольственные товары. Благодаря кореньям и древесной коре, истолчённым в муку, рыбе и ракам в реках людям удалось пережить голод.
Неурожай 1833 года показал, что наличие запасного хлеба не покрывало и половины всех требований, а в губерниях, сформировавших денежные запасы, составили менее 30% сумм, необходимых для оказания пособий. Высочайшим повелением учреждён комитет, которому поручалось привести дела продовольственные в более удовлетворительное состояние. К лету следующего года комитет создал «Положение о запасах для пособия в продовольствии». Документом предусматривалось повсеместное устройство хлебных и денежных запасов. Вводилась подробнейшая система формирования запасов и выдачи продовольственных и денежных ссуд. Капиталами до 35 000 рублей ассигнациями распоряжались губернские комиссии по народному продовольствию, до 60 000 сверх того брались только с разрешения министра. Расходы на большую сумму разрешал исключительно Комитет министров. Ссуды выдавались на трёхлетний срок. Возврат кредитования в селениях свободных хлебопашцев обеспечивался круговой порукой, а у помещичьих крестьян – имением владельца.
Май-июль 2019