Что подвигло беглого донского казака Емельяна Пугачёва принять на себя имя покойного императора Петра Фёдоровича Третьего, сейчас установить трудно. Сам Пугачёв рассказывал следующее. Однажды, во время русско-турецкой войны, он сидел в кабаке и случайно подслушал беседу двух офицеров, которые разговаривали о мёртвом императоре. И когда один спросил, о том, как он выглядел, то второй сказал:
- А вот как этот казак, очень на него похож.
И указал на Пугачёва. Правда ли это или вымысел, на которые казак был весьма искусен, уже не узнаешь.
Скорее всего, Пугачёв, типичный авантюрист и искатель приключений, принял это имя, зная о большой популярности покойника среди народа.
Царствовавший всего несколько месяцев Пётр Третий успел издать указ о свободе вероисповеданий, намного опередивший свое время, по которому раскольники освобождались от преследований. И указ о вольности дворянской, избавивший тех от обязательной службы. Крепостные крестьяне логично ожидали указа о вольности крестьянской. Но Пётр Третий больше ничего не успел сделать и был задушен шарфом (заколот вилкой) Алексеем Орловым.
Всё это произошло так быстро, что народ не успел поверить в случившееся и печальная тень императора побрела по Руси, всюду порождая самозванцев.
Надо сказать, что царь из Пугачёва был неважный. Маленького роста, золотушный, со следами чирьев на теле (которые он выдавал за царские знаки), неграмотный, косноязычный, с чёрной каймой под ногтями, самозванец пытался компенсировать всё это другим, прежде всего играя того царя-батюшку, каким его себе представлял такой же неграмотный и тёмный народ.
Стены в своей резиденции Пугачёв велел обить золотой фольгой, соорудил трон со ступеньками, спал на нескольких перинах и обязательно с двумя бабами, считая, что именно так царю положено. Подписи на многочисленные документы он никогда не ставил, отнекиваясь тем, что ему до Питера нельзя руку свою показывать. Если пленные офицеры обращались к нему по французски или по немецки, все же принимая его за царя, то Пугачев махал рукой и их немедленно вешали. А свою неграмотность он пояснял тем, что долго ходил в народе, и за время скитаний умом порастерялся.
Конечно же, любой, хоть немного образованный человек сразу же понимал, что перед ним самозванец. Но были в истории Пугачёва и такие моменты, которые и сейчас ставят в тупик историков, а уж в то время повергали в шок очевидцев.
Когда победитель Пугачёва Иван Иванович Михельсон нанёс ему последнее решительное поражение под Сальниковой ватагой на Волге, то среди трофеев в его руки попало несколько знамён. А среди них подлинное знамя голштинской гвардии императора Петра Третьего. Оторопевший Михельсон срочно депешировал об этом императрице. Это известие повергло в шок весь двор Екатерины.
Знамя оказалось подлинным и принадлежало оно пехотному полку Дельвига из голштинского корпуса. Императрица даже создала специальную комиссию для расследования этого факта.
Но и комиссии во главе с князем Потёмкиным ничего не удалось узнать. Кроме выдвинутой ими версии, что знамя было украдено из хранилища в Ораниенбауме купцами раскольниками и доставлено Пугачёву. Но это только версия.
Доставленный для допроса в Москву пленённый вскоре Пугачёв, долго не мог понять, о чем идёт речь. Он говорил, что его люди на своём пути
захватывали множество знамён и привозили их к нему под Оренбург. О каком из них идёт речь, он не знает. И лишь, когда ему предъявили голштинское знамя, он с трудом вспомнил, что его захватили в бою под Дубовкой. И его сподвижник Афанасий Перфильев обнаружил их в сундуках разбитой лёгкой полевой команды. Но кто возил с собой эту ценность и зачем, осталось неизвестным.
А сам Пугачёв даже и не понимал, что попало ему в руки.
Значит, воля случая? И на этом можно поставить точку? Вряд ли. Есть сведения и показания очевидцев, что это знамя развевалось над армией пугачёвцев ещё в боях под Казанью. Но сам Пугачёв уже пояснить ни чего не мог. Так как был казнён 10 января 1775 года на Болотной площади.
И этот вопрос пока остаётся без ответа.