О польском походе Красной армии 1939 года пишут мало. Мы знаем о нем, как о воссоединении Западной Белоруссии с Советской республикой. Эта территория была под «польским часом» (так её называли местные жители) около 20 лет. Граница, теперь уже с немцами, стала проходить по реке Буг, увеличив площадь Белоруссии почти вдвое.
Польше пришлось обороняться от вторжения с двух сторон: с запада от частей Вермахта, с востока - Красной армии. Оказывала ли она какое-нибудь организованное сопротивление нашим войскам? Конечно, боестолкновения были, но в основном части регулярной польской армии быстро сдавались нам и разоружались. Во второй половине сентября практически вся Польша была оккупирована Вермахтом, и начался процесс установления демаркационной линии между Генерал-губернаторством и Советским Союзом.
Вот один малоизвестный эпизод из тех времен, связанный с разведкой.
Гитлеровская Германия хотела повторить свой опыт применения химического оружия в будущей войне в Европе. В 1938 году Вермахт принял на вооружение новый образец противогаза. Командованию РККА непременно надо было получить его образец. Конечно, противогаз это вам не пулемет. Однако, на рынке его не купишь, на свалке вряд ли найдёшь, у солдата не выпросишь. Разведотделу Западного округа была поставлена задача во что бы то ни стало добыть образец нового немецкого противогаза.
В конце сентябре для уточнения демаркационной линии на границу выехала наша делегация в количестве трёх офицеров. В её составе был начальник полковой разведки, старший лейтенант Василий М. Назовем его пока что так.
Прохождение новой границы уточняли с немцами по картам в небольшом строении на краю польской деревушки. Потом сели за стол отметить проделанную работу. Немцы достали шнапс и сало, мы – большую бутылку бимбера, так в этих краях называли самогон, и соленые огурцы. Такое в то время случалось, ведь мы были временными союзниками по пакту Молотова-Рибентропа.
Василий прикинулся захмелевшим и вышел «проветриться». Увидел двух немецких солдат, направляющихся к дощатому сортиру. На ремнях у обоих весели металлические футляры с противогазами. Один зашел внутрь, другой остался его поджидать. Смеркалось, вокруг никого не было.
Оценив обстановку, старлей, пошатываясь как пьяный, приблизился вплотную к солдату. Умелый удар финкой и он без звука валится на землю. Со вторым управился прямо в сортире. Быстро срезал ремни противогазов, а тела кинул в выгребную яму. Добытые образцы отнес в машину и укутал плащ-палаткой. Вернувшись, дал знак своим товарищам, что дело сделано и можно уезжать. Вышедшие проститься немецкие офицеры, смеялись и качали головами, увидев, как охмелевший старлей садится за руль.
Все, вроде бы, складывалось благополучно - задание выполнено, осталось добраться до своих. Но война есть война. На мостике, перекинутом через небольшую речушку, под колесами машины взорвалась заложенная поляками мина. Водителя выбросило из кабины, а его попутчики погибли.
Через некоторое время к месту взрыва поскакали польские кавалеристы. Очнувшись, Василий пристегнул приклад к маузеру и начал отстреливаться. Целиться мешала кровь, залившая все лицо. На звуки стрельбы подъехали немецкие мотоциклисты. Они отогнали поляков, а потерявшего сознание Василия отвезли в свой госпиталь. Раны у него были не опасные и вскоре его отправили в расположение наших войск.
Здесь Василию пришлось в особом отделе подробно рассказать приключившуюся с ним историю. Ему, конечно, не поверили, но он настаивал на своем. Пришлось особистам выехать к той польской деревне, которая отошла к этому времени к нашей территории, с проверкой. Действительно, у моста они обнаружили взорванную машину, а в выгребной яме двух заколотых немцев. Тел наших погибших офицеров уже не было. Их, очевидно, захоронили немцы. Зато в сохранившемся багажнике «эмки» лежали два футляра с масками и фильтрами новых немецких противогазов.
Отгремела война. Прошли многие годы. Старший лейтенант Василий Маргелов, это он был главным героем нашего рассказа, дослужился до генерала. Это он стал командующим Воздушно-десантные войска Советского Союза. Но это уже совсем другая история.