В эксклюзивной колонке для «Рынка АПК» завкафедрой «Земледелие и агрохимия» Волгоградского государственного аграрного университета, д. с.-х. н., профессор Юрий Николаевич Плескачев рассказывает о том, почему Россия нуждается в зерновой бирже и что побуждает сельхозтоваропроизводителей строить собственные зернохранилища.
В последние годы многие фермеры и предприятия, которые могут себе это позволить, перестали хранить зерно на элеваторах. Раньше, в советское время, когда элеваторы были государственные, их руководителям было все равно, какого качества к ним поступало зерно: зарплату ты все равно получишь. Как только элеваторы и хранилища перешли в частные руки, у производителей начались проблемы: нередко зерно с клейковиной на уровне продовольственного покупали как фуражное, а затем перепродавали по более высокой цене. Спорных ситуаций возникало множество – так что оценку клейковины отдельные аграрии стремились делать в независимых лабораториях. В результате те растениеводы, у которых были деньги, просто перестали сдавать на элеваторы свою продукцию.
Многие производители, к сожалению, живут буквально от урожая до урожая, что вынуждает их продавать зерно быстро, даже ниже потенциальной рыночной цены. Сентябрь, детей нужно отправить в школу, плюс рассчитаться по кредитам, по зарплате сезонным рабочим – вот и приходится торопиться, чем перекупщики и пользуются, платя за зерно на 1000 руб./т меньше. Что такое 1000 руб. с каждой тонны, если в вашем хозяйстве собрали несколько сотен или тысяч таких тонн, посчитать нетрудно. Получается, что в проигрыше оказываются те производители, которым хранить урожай негде. По моим оценкам, от 20 до 30% урожая зерновых уходит по заниженной цене сразу после уборки.
Собственный элеватор позволяет держать зерно и продавать его на пике цены – в феврале или марте. Однако и этот рыночный эффект не является непреложным законом: при высоком урожае цена может и не вырасти. Иные фермеры даже считают, что чем хуже урожай по стране, тем им самим лучше: пусть валовой сбор будет меньше, зато продать его удастся гарантированно.
В США есть инструмент регуляции сельскохозяйственного рынка, который существует уже 150 лет и помогает решить подобные проблемы, – Чикагская зерновая биржа. Главное, что она дает сельхозтоваропроизводителю, – знание цены, по которой он продаст свой урожай, и гарантию, что заключенный в начале сезона договор будет соблюден в конце оного. Исходя из этой цены, производитель может просчитать многое: и какую технику ему приобрести, и сколько удобрений внести, и сколько средств вложить в развитие предприятия.
Российские фермеры и СПК, не зная цены, каждый год действуют на свой страх и риск. Фактически, и владельцы элеваторов, и фермеры сегодня пребывают в подвешенном состоянии. Первые опасаются, что не получат нужное им количество зерна или получают низкокачественное или по слишком высокой цене; вторые переживают, что вовсе не смогут реализовать продукцию, либо продадут зерно по заниженной цене и едва отобьют свои затраты. Функция биржи – дать обеим сторонам гарантии. Существующий же у нас механизм государственных интервенций, к сожалению, тоже мало что дает сельхозтоваропроизводителю, и объемы закупок с его помощью – капля в море по сравнению со всем урожаем.
Что мешает появлению такой зерновой биржи? На мой взгляд, для этого необходимое решение на уровне государства, поскольку все попытки производителей объединиться и создать подобный механизм самостоятельно пока что не увенчались успехом.
Если вам оказалась полезна эта статья, ставьте лайк и подписывайтесь на наш канал!
Еще больше интересной информации – на сайте нашего журнала – rynok-apk.ru/articles/, а также на нашем канале в Яндекс.Дзен.