Так чего же не хватает России для выхода на мировые рынки с нефтегазохимической продукцией? Если забыть о пресловутой экспортно-сырьевой направленности, то можно обнаружить ряд факторов.
Во-первых, традиционно драйвером развития любой отрасли является развитие отраслей, потребляющих ее продукцию. Для нефтегазохимии это, прежде всего, автомобиле- и приборостроение, электроника и электротехника, авиастроение и телекоммуникации, а также ЖКХ и строительство. В России эти отрасли, за исключением последней, развиты столь относительно, что вряд ли могут выступать стимулом к развитию нефтегазохимии.
Во-вторых, в стране катастрофически не хватает пиролизных установок по этилену. А те, что работают, загружены по максимуму. Кроме того, по данным Vygon Consulting, из заявленных планом развития к 2017 году новых мощностей, общей производительностью 7,8 миллионов тонн, не было введено в производство ни одной.
В-третьих, нефтегазохимия в России представлена преимущественно заводами, производящими продукцию низких переделов. По производству тех же базовых полимеров наша страна, с ее колоссальными сырьевыми возможностями, занимает одно из последних мест в двадцатке крупных стран- производителей.
На проработку инициатив министерствам дали ровно месяц – до 26 июля и, не смотря на то, что уже август, пока об отчете министерств ничего слышно не было.
На проработку инициатив министерствам дали ровно месяц – до 26 июля и, не смотря на то, что уже август, пока об отчете министерств ничего слышно не было. Но здесь не нужно изобретать велосипед, достаточно взглянуть на мировой опыт и меры по превращению отстающей отрасли в экспортоориентированную становятся очевидны.
В мировой нефтегазохимии проявляется отчетливая тенденция к увеличению наукоемкости отрасли, что вполне логично, ведь это продукция высоких переделов, которая, как известно, обладает высокой (а иногда зашкаливающе высокой) добавочной стоимостью. В России выгоден выпуск продукции низких переделов, т.к. эта продукция не только не требует расходов на НИОКР, но и замены морально устаревшего оборудования для ее производства. Передовые страны повышают инвестиционную привлекательность нефтегазохимических производств, в российские же предприятия иностранные инвесторы не спешат вкладывать средства из-за совокупности политико-экономических факторов, без изменения которых о инвестпривлекательности отрасли думать не приходится.
Ну и, конечно же, государственная поддержка. Мировой опыт показывает, что наиболее перспективна кластерная организация нефтегазохимической отрасли, которая принята и в нашей стране. Помимо этого государство берет на себя расходы, связанные с развитием инфраструктурных объектов и обеспечивает налоговые льготы, а в ряде случаев и продолжительные налоговые каникулы для наиболее перспективных сегментов.
Наблюдая, как несистемно реализуются в нашей стране эти очевидные меры по наращиванию продукции высоких переделов, становится понятно, что гнаться за новыми рынками российской нефтегазохимии пока рано.