Животные Планеты Земля

Когда мы говорим «домашний скот», перед глазами встаёт привычный образ коровы — потомка древнего тура. Но есть и другие, особые линии быков — не из Европы, а из Азии. Их родословная ведёт в горы, туманные джунгли и саванны Востока. Это як, бантенг и гаур — три разных пути приручения силы. Як — дыхание ветра Тибета. Он живёт там, где воздух так разрежен, что свеча гаснет от нехватки кислорода. В горах Северного Тибета эти исполины высотой более двух метров и весом под тонну спокойно бредут по снегу, который другим животным выше колен...

Там, где когда-то простирались влажные равнины древней Аргентины, среди древовидных папоротников и лавовых полей, появились первые силуэты будущих повелителей континентов — динозавры. Примерно 230 миллионов лет назад, в последней трети триасового периода, на сцену вышли тероподы — те, кто впоследствии породит тираннозавров, велоцирапторов и птиц. Одним из самых ранних и скромных по габаритам был эодромей — юркий хищник, длиной чуть больше метра, ловкий, стройный, словно специально созданный для быстрой охоты...

Старость — это не болезнь. Это часть жизни. Мы привыкли думать о ней как о финале, о тишине после долгого пути. Но старение — не угасание, а превращение, закономерный процесс, который делает живое существо не слабым, а мудрым. Мне больно смотреть, как люди боятся старости — своей, чужой, и, особенно, старости своих питомцев. Мы живём в мире, где всё молодое и быстрое ценится больше, чем то, что медленно и спокойно. Но жизнь не заканчивается, когда перестаёшь бежать. Она просто становится тише. И в этой тишине — много смысла...

На жарких равнинах Индии, где пыль смешана с ароматом благовоний, по дорогам и базарам медленно бродят священные коровы. Это зебу — потомки древней линии быков, пришедшей из глубины веков. Их легко узнать по мягкому изгибу шеи и характерному горбу на спине. Но горб этот не хранилище жира, как у верблюда, и не костяной нарост, как у их лесных родственников — гауров и бантенгов. Это плотный холм мускулов, созданный природой, чтобы помочь им выживать под солнцем тропиков. Учёные спорят о родине зебу...

На заре туманного утра, когда над топями Луизианы поднимается лёгкий пар, из-за соснового леса выходит она — гибкая, пятнистая, как само отражение неба в воде. Её глаза сверкают разными цветами — один янтарный, другой небесно-голубой. Взгляд настороженный, умный, и в нём будто живёт сама дикая Америка. Это катахула-леопардовая собака — древний сторож, охотник и спутник человека, рождённый из смеси дикой природы, французской крови и безграничного пространства Нового Света. Эта порода — не просто собака...

Он идёт, как древний жрец, одетый в меховой плащ, с покачивающейся поступью и взглядом, обращённым в землю. Он не спешит. Его движения кажутся замедленными, как дыхание жаркого дня. Это гигантский муравьед (Myrmecophaga tridactyla) — одно из самых необычных созданий Нового Света, живое напоминание о том, что эволюция не обязана спешить, если совершенство достигается медленно. В нём нет суеты. Он не рычит, не охотится, не бросается. Он — воплощение терпеливого мира насекомоядных, древней линии млекопитающих,...

На краю мира, там, где волны бьются о чёрные базальтовые стены, а воздух наполнен солью и криком чаек, появляется маленькая фигура — чёрно-белое тело, короткие крылья, клюв, пылающий всеми цветами заката. Он смешон и прекрасен, как детская игрушка, но за этой нарядностью — характер и сила, достойные шторма. Это тупик (Fratercula arctica), морская птица, которая кажется созданной художником с чувством юмора и уважением к северу. Тупик — символ Атлантики, мореплавателей и штормов, существо, в котором соединились черты попугая, пингвина и утки, но которое не является ни тем, ни другим...

Она умна, своенравна и невероятно ловка. Если понадобится — заберётся на крышу дома или на низкорослое дерево, как акробат в юбке из шерсти. Проказница с характером и взглядом философа, коза сопровождает человека с глубокой древности — вероятно, с VII тысячелетия до нашей эры, а может, и раньше. Её дикие предки — гордые безоаровые и винторогие козлы, покорители скал, чьи силуэты до сих пор виднеются на древних петроглифах Ближнего Востока. Беременность у козы длится пять месяцев. Обычно рождается один-два козлёнка, но встречаются и рекордсменки — матери пятерни...

Она рассекает воду, как молния под волной — плавно, без усилия, почти беззвучно. Над поверхностью появляется высокий, как парус, плавник, и воздух разрывается глухим выдохом. В следующее мгновение гладь смыкается, будто ничего не было. Это — косатка (Orcinus orca): существо, в котором соединились интеллект, мощь и грация. Самый крупный дельфин на планете. Хищник без врагов. Символ силы, но и — удивительной социальной тонкости. Косатки — не просто животные: это цивилизация под водой, где царят свои языки, традиции, и даже… диалекты...

Кошка — существо, у которого нет понятия «нельзя», есть лишь категории «интересно» и «пока не поймала». Для неё любой горизонт — потенциальная вершина, а любой стол — скорее наблюдательный пункт, чем место для еды. Потому если вы хотите, чтобы ваш обеденный стол не превратился в кошачий аэродром, начинать воспитание нужно с первых дней. Кошка запоминает не слова, а привычки. Если вы хотя бы раз разрешили ей прыгнуть на стол, она решит, что это её право по рождению. И потом не поймёт, почему сегодня «нельзя» — ведь вчера было «можно»...

Когда-то, много веков назад, в сознании древних греков переплелись мечта, море и шерсть. Так родилась одна из самых поэтичных легенд античности — история о Золотом руне. Царь Пелий потребовал от юного Ясона невозможного: добыть руно, висевшее в дальней стране Колхиде на ветвях священного дуба. Его сторожил дракон с глазами без сна и языком, пышущим пламенем. Но греки не отступали перед чудовищами. Ясон построил корабль «Арго» — творение мастера Аргоса, лёгкий, но могучий, словно сам дух ветра. На...