Карина Окунева

Сто миллилитров сухого вина в подводном пайке часто объясняют то защитой от радиации, то недостатком солнца, то желанием поддержать настроение экипажа. Документ подтверждает саму выдачу, но почти все привычные объяснения нуждаются в оговорках. Чтобы понять смысл нормы, придётся отделить паёк от меню, атомоход от любой подводной лодки, а флотское медицинское объяснение — от современной оценки алкоголя. Самая цепкая версия звучит просто: каждому подводнику ежедневно наливают «сто граммов красного»...

Три давних друга садятся на плоту за уху, которую сварил один из них, — и чинный ужин сразу превращается в дружеский допрос. В фильме Михаила Калатозова важны не состав блюда и не улов, оставшийся за кадром, а пересоленный котёл, разговор о несказанной любви и возможность снова обращаться друг с другом по-мальчишески. На нескольких связанных брёвнах помещается, пожалуй, самая тесная и самая свободная столовая этой кинокомедии. «Верные друзья» начинаются не с ухи и не с большого плота, а с Яузы и троих мальчишек...

Небольшая оранжерея на станции «Мир» не могла заменить экипажу запасы с Земли. Но именно в ней редис и капуста сменились пшеницей, бесплодные колосья — жизнеспособными семенами, а одиночный посев — вторым космическим поколением растений. Эта история не о необычном гарнире, а о долгой проверке идеи: способен ли человек однажды взять с собой не всю еду, а средство производить её в пути. На околоземной станции запас продуктов можно пополнять грузовыми кораблями. Чем дальше и дольше полёт, тем слабее...