У Клио под юбкой

К весне 1665 года Англия и Республика Соединённых провинций находились в состоянии войны чуть больше двух месяцев. Формальное объявление голландцы сделали 4 марта, после того как английские эскадры атаковали их конвои у Кадиса и в Ла-Манше. Но вызревал конфликт годами. Карл II, восстановленный на престоле в 1660-м, унаследовал от Кромвеля не только флот, но и Навигационные акты. Эти законы предписывали, что товары в английские колонии доставляются только на английских судах. Для голландцев, кормившихся перевозкой чужих грузов, удар вышел чувствительным...

13 июня 1782 года. Городок Гларус, восточная Швейцария. Узкая долина, сдавленная горами; серый камень неохотно уступает место траве и пашне. На центральной площади палач отрубает голову сорокасемилетней горничной по имени Анна Гёльди. Приговор вынесен и приведён в исполнение в один день. Официальная причина записана как отравление. Настоящая — куда прозаичнее и куда страшнее. Для Европы 1782 года это дикость. Во Франции колдовство перестало быть преступлением ещё сто лет назад, королевским эдиктом 1682 года...

В 1525 году под стенами итальянского города Павия французский король Франциск I лично возглавил атаку своей тяжёлой кавалерии — жандармов, закованных в сталь с головы до копыт. Через несколько часов он сидел в плену, а его рыцари лежали на поле, прошитые свинцовыми пулями испанских аркебузиров. Своему окружению король написал: «Из всего, что я имел, только честь и жизнь были пощажены». Историки часто называют эту битву моментом, когда рыцарство умерло. Но на самом деле смерть эта растянулась на четыре столетия — и была куда более прозаичной, чем принято думать...

На фресках фиванских гробниц, в барельефах храмов и на папирусных свитках эпохи Нового царства — а это примерно 1550–1070 годы до н. э. — повторяется одна и та же деталь. Мужчины и женщины, участники пиров, жрецы, музыкантши, иногда даже прислуга — у всех над париком или бритой головой возвышается светлый конус. Высотой сантиметров семь-восемь, сужающийся кверху, иногда украшенный лентами, иногда пересечённый линиями, а временами с цветком лотоса, торчащим прямо из вершины. В масштабе древнеегипетской иконографии штука эта настолько же вездесуща, насколько необъяснима...

Около 450 года до н.э. в Египет прибыл грек Геродот. Ему было примерно тридцать пять. Родом он был из Галикарнаса — города на юго-западном побережье Малой Азии, на тот момент подвластного персидской державе Ахеменидов. Геродот уже несколько лет путешествовал, собирая материал для труда, который позже назовут «Историей». В Египте он посетил Мемфис, Фивы, Гелиополь и подолгу беседовал с тамошними жрецами. Увиденное поразило его настолько, что целая книга — вторая из девяти — его «Истории» целиком посвящена Египту...

В 1913 году британский историк флота Роджер Чарльз Андерсон, один из основателей Общества морских исследований, а в будущем — сооснователь Национального морского музея в Гринвиче, опубликовал в журнале The Mariner's Mirror короткую заметку под названием «Большие корабли в истории». Три страницы. Перечень размерений, дат и тоннажей. Но за этим перечнем стоял вовсе не музейный каталог. За ним стояла четырёхвековая гонка — дорогостоящая и часто гибельная, — в которой европейские монархии пытались построить корабль больше, чем у соседа...

В гавань Кадиса 11 июня 1496 года входят два корабля — «Нинья» и «Индия». На берегу не выстроены толпы, не звонят колокола. Три года назад, в марте 1493-го, когда генуэзский мореплаватель Христофор Колумб вернулся из первого плавания через Атлантику, его встречали иначе. Его провезли через всю Испанию до Барселоны. Кастильская королева Изабелла I и арагонский король Фердинанд II поднялись с тронов ему навстречу. Кардинал Мендоса, архиепископ Толедский и второе лицо в королевстве после монархов, усадил его за свой стол и велел подавать блюда под крышкой...

Ласло Йожеф Биро — тогда ещё Швейгер — родился 29 сентября 1899 года в Будапеште, в еврейской семье. Отец, Мозеш Матьяш, работал дантистом и в 1905 году сменил фамилию на венгерскую: не из любви к мадьярскому национализму, а из соображений ассимиляции — с фамилией Швейгер сложнее вести приём. Сын пошёл совсем по другой стезе. Он пробовал медицину, потом увлёкся гипнозом и бросил университет, успев поработать и гипнотизёром, и страховым агентом, и автогонщиком, и художником, и скульптором. Кто-то из биографов приписывает ему работу водителем грузовика и занятия графологией...

Жар, исходящий от камня, до сих пор кажется невыносимым. Вот он, всего в ладони от вашего лица: идеальный, словно его отполировали вчера, стык. Между двумя блоками весом в две с половиной тонны каждый — ни песчинки, ни паутинки. Прошло сорок пять столетий, целые империи обратились в прах, а эти плиты по-прежнему притёрты друг к другу с зазором, в который не пролезет и лезвие опасной бритвы. Это и есть главная загадка, не имеющая ответа. Миллионы людей смотрят на пирамиды, задрав голову, и восторгаются высотой...

В разгар боя, когда грохот пушек и треск ломающегося дерева сливались в сплошной гул, 69-летний Михил де Рюйтер, которого вся Голландия называла «дедушкой», стоял на шканцах своего флагманского корабля «Ээндрахт». Он был спокоен, как всегда в самые опасные минуты, и отдавал приказы ровным, негромким голосом. Де Рюйтер уже пережил десятки морских сражений, и ни одно ядро до этого дня его не задело. Он словно был заговорён. Но 22 апреля 1676 года у сицилийского города Агоста удача отвернулась от старого адмирала...

Представьте: Германия, весна 1919-го. Только что закончилась Первая мировая — страна разорена, унижена, император сбежал. В Берлине заседают социалисты, а по всей стране, как грибы, растут рабочие советы. В Баварии этот процесс довели до крайности. Здесь группа писателей, анархистов и профессиональных революционеров устроила на три недели то, что одни называют «режимом кофейных анархистов», а другие — красным террором в миниатюре. История Баварской Советской Республики — это история о том, что бывает,...

Запах старой бумаги и чая — вот что выдало аферу века. Не химический анализ, не графологическая экспертиза, не опровержения историков. Обычный чай, которым Конрад Куяу, мелкий штутгартский мошенник, старательно состаривал страницы. Он заваривал пакетик, окунал в раствор тетрадный лист, сушил феном и получал «документ 1943 года». Позже, когда всё рухнуло, эта деталь станет символом всего дела: настолько нелепо, что даже не верится. Но в апреле 1983-го в Гамбурге пахло не чаем — пахло грандиозным успехом...