Диетолог Алина Геннадьевна

— Алина Геннадьевна, я за кожей ухаживаю постоянно. Кремы хорошие, сыворотки, к косметологу хожу. Но лицо всё равно какое-то уставшее: веки припухают, кожа стала менее упругой. Это всё, возраст? Пациентке 54 года. Пока мы разговаривали, она несколько раз повторила: — Сладкого я почти не ем. Только утром что-нибудь к кофе и вечером немного к чаю. Я попросила её перечислить это «что-нибудь». Утром — две конфеты. Иногда печенье. Вечером — вафля, несколько долек шоколада или чай со сгущённым молоком...

«Алина Геннадьевна, я была решительно настроена. Я купила абонемент, начала тренироваться. Первые две недели держалась, а потом всё стало только хуже: усталость, постоянный голод, вечером срываюсь на еду. Может, у меня просто силы воли нет?» Такие истории я слышу регулярно. И первый вопрос, который хочется задать: а кто решил, что именно сейчас вашему организму нужна именно такая нагрузка? Я не говорю, что движение не нужно. Двигаться человеку необходимо. Физическая активность влияет на здоровье, мышечную массу и в целом на качество жизни...

Министр здравоохранения Михаил Мурашко назвал жёсткий норматив в 15 минут на приём пациента бессмысленным. И я с ним полностью согласна. Пятнадцати минут может хватить, когда человек пришёл повторно, результаты обследования уже известны, а врачу нужно уточнить один вопрос или скорректировать следующий шаг. Но поставить в один ряд такой визит и первую встречу с пациентом невозможно. Я веду приём по 30 минут. И скажу честно: даже этого времени мне катастрофически мало. Особенно когда человек приходит...

— Алина Геннадьевна, я ведь всё понимаю. Вижу, что снова иду за едой не от голода. Даже думаю: «Остановись». Но открываю холодильник и ем. Такие слова я слышу часто. Особенно от женщин, которые привыкли держать под контролем работу, семью, дом и здоровье близких. Они знают, что сладкое не решит проблему. Понимают, что после еды станет только тяжелее. Почему же в нужный момент это понимание не помогает? При резком стрессе аппетит у многих людей пропадает. Организм мобилизуется: сейчас ему важнее быстро отреагировать на опасность, чем спокойно переваривать обед...

— Алина Геннадьевна, мама за один вечер трижды спросила, когда мы поедем на дачу. Я сначала отшутилась, а потом мне стало не по себе. Ей 72 года. Может быть, это просто возраст? Я бы здесь не начинала со слова «деменция». Но и отвечать: «В вашем возрасте все забывают» — тоже не стала бы. Первый вопрос, который важно задать: раньше мама так делала или это появилось недавно? Нас должно насторожить не само забытое слово и не потерянные очки. Важно другое: человек стал хуже справляться с тем, что ещё недавно делал без помощи...