Лхакпа Шерпа чаще всех женщин в мире поднималась на Эверест. Одиннадцать раз она стояла на вершине, куда люди едут за десятки тысяч долларов.
У Лхакпы таких вершин было 11. Спокойной и обеспеченной жизни после них не было.
В США она работала в супермаркете, мыла посуду, убирала дома и жила так, будто ее рекорды почти ничего не меняют. Сертификаты с Эвереста лежали в шкафу. Постоянных спонсоров у нее долго не было. Бренды любили красивые истории про горы, но не спешили платить женщине, которая знала эти горы изнутри.
В Непале ее называли "Королевой Эвереста". Лхакпа это прозвище не любила. В ее жизни были счета, дети, подработки, старое снаряжение и поиски денег на новую экспедицию.
Девочка, которую не пустили в школу
Лхакпа родилась в Непале, у Макалу, в семье шерпов. По данным Книги рекордов Гиннесса, это было 23 сентября 1973 года. Сама она говорила, что в ее детстве точные даты не всегда записывали. Дети рождались дома, документы были не у всех.
Ее имя означает "среда" – день недели, когда она появилась на свет. Так ее и назвали.
В семье было 11 детей. Какое-то время они жили в пещере, потому что нормального дома у них не было. Держали яков, овец и коз. Дети рано начинали помогать взрослым.
Лхакпа не ходила в школу. Мальчиков учили, девочек чаще оставляли дома. Но младшего брата в школу носила именно она.
Утром она поднимала его на спину и шла два часа. Брат входил в класс. Лхакпа разворачивалась и шла обратно домой еще два часа.
Позже отсутствие школы мешало ей уже в Америке. Нужно было понимать документы, говорить с адвокатами, разбираться с судом, искать работу, писать спонсорам. Она училась всему этому взрослой женщиной, когда у нее уже были дети и проблемы в браке.
Много лет спустя Джордж Дижмареску попытался использовать это против нее в суде. Он говорил, что без образования она не может быть хорошей матерью. Судья этот довод не принял.
Йети оказались туристами
В детстве мать пугала детей йети. В горах такие истории были обычной частью жизни: снег, темнота, странные звуки, следы, животные, которые могут уйти и не вернуться.
Однажды в деревню пришли первые западные туристы. Они были высокие, светловолосые, голубоглазые. Дети решили, что это и есть йети.
Потом Лхакпа будет работать рядом с такими людьми. Они приезжали в Гималаи за мечтой и фотографией на вершине. Для местных шерпов эти же горы были работой. Кто-то ставил палатки, кто-то готовил еду, кто-то нес чужие вещи, кто-то вел клиентов по маршруту.
В 15 лет Лхакпа стала кухонной помощницей в экспедициях. Она мыла посуду, помогала готовить, таскала вещи. В некоторых рассказах о ее юности есть деталь: чтобы получить работу, она коротко стригла волосы и прятала их под шапкой, потому что девочек не хотели брать. Этот эпизод передают по-разному, поэтому лучше оставлять его осторожно.
Потом она носила палатки, спальники, кастрюли, продукты. Шла по камням, льду и снегу. Привыкала к холоду, высоте и грузу за спиной.
Отец, по ее словам, заставлял ее носить тяжести для тренировки. Мать была против. Она боялась, что дочь после такой работы не сможет выйти замуж. В деревне девушка, которая таскает грузы и ходит в экспедиции, считалась неудобной невестой.
Лхакпа все равно пошла в экспедиции.
Золотые серьги за лекарства
Однажды в горах ее нога застряла между камнями. Лхакпа сломала бедренную кость.
До Катманду она добиралась около двух недель. С такой травмой ей нужно было терпеть боль, ждать помощи и думать о деньгах на лечение.
Денег не было. Нужны были антибиотики и обезболивающие. Лхакпа продала две золотые серьги чуть больше чем за 10 долларов.
В тот день серьги пришлось продать, чтобы купить лекарства.
Потом в ее жизни будет много таких простых вещей, по которым видно, как она жила: карточка продовольственной помощи, старая кислородная маска, сертификаты в шкафу, телефон, который нужно держать заряженным после приюта.
Письмо
К концу 1990-х Лхакпа жила в Катманду. У нее уже был сын Нима от коротких отношений. Она хотела попасть на Эверест.
Для этого нужны были деньги, разрешение, команда, снаряжение и поддержка. Лхакпа продиктовала письмо в офис премьер-министра. Просила помочь организовать женскую шерпскую экспедицию.
В 2000 году непальская женская экспедиция вышла на южную сторону Эвереста. Внутри команды были свои конфликты. Лхакпа была из Макалу. Многие шерпы, связанные с Эверестом, происходили из Кхумбу. По ее версии, в команде хотели, чтобы первой на вершину поднялась женщина именно из Кхумбу.
Лхакпа снова оказалась не в центре. Ей оставалось идти.
Три огня, которые ушли раньше
Перед первым восхождением Лхакпа была на Южном седле, на высоте около 26 тысяч футов. Внизу были облака и молнии, сверху – ясное небо.
Она думала, что другие участницы экспедиции еще в палатках: топят снег, собираются, ждут выхода. Потом увидела три фонаря. Они уже шли вверх, к вершине.
Лхакпа заплакала. Позже она называла эти слезы ледяными.
Она разбудила напарника-шерпу и тоже вышла. Через несколько часов они обогнали тех, кто ушел раньше. Те развернулись. Лхакпа продолжила подъем.
18 мая 2000 года она поднялась на Эверест и вернулась живой.
Первой непальской женщиной, достигшей вершины, была Пасанг Лхаму Шерпа в 1993 году, но она погибла на спуске. Лхакпа стала первой непальской женщиной, которая поднялась на Эверест и вернулась.
Мужчина из бара "Рам Дудл"
После первого восхождения Лхакпа познакомилась с Джорджем Дижмареску. Это произошло в баре "Рам Дудл" в Тамеле, туристическом районе Катманду.
Джордж был румынско-американским альпинистом. Высокий, сильный, с длинными волосами. У него тоже была сложная биография: Румыния, побег, новая жизнь в США, горы.
Английский у Лхакпы тогда был слабым. Когда они разговаривали, ей помогали другие шерпы. Когда созванивались, иногда переводила сестра.
Джордж купил ей билет в Коннектикут. По одной из версий, звал ее в США в том числе работать с шерпами в своей строительной компании. В 2001 году они вместе поднялись на Эверест с тибетской стороны. Осенью 2002 года поженились в мэрии Хартфорда.
Со стороны это могло выглядеть как удачный поворот: Америка, муж-альпинист, дом, дети, новые вершины. Но Лхакпа быстро оказалась в другой реальности.
У нее родились дочери Санни и Шайни. Старший сын Нима оставался в Непале. Позже, когда он смог приехать в США, обстановка дома уже была такой, что Лхакпа боялась оставлять его рядом с Джорджем и просила родственников помочь.
Брак, в котором стало страшно
О браке Лхакпы и Джорджа нужно писать аккуратно. Лхакпа рассказывала в суде, что после рождения детей муж начал ее бить. Джордж это отрицал. Он говорил, что она лжет, а некоторые эпизоды объяснял самообороной.
Самый известный эпизод произошел в 2004 году во время экспедиции "Коннектикут – Эверест" на северной стороне горы. Лхакпа тогда совершила свое четвертое восхождение. После вершины в лагере произошла ссора.
Свидетельница Энн Парментер говорила, что Джордж ударил Лхакпу. Он это оспаривал. По словам Лхакпы, она потеряла сознание.
Участники экспедиции несли ее в столовую палатку после конфликта.
Несколько часов назад она стояла на вершине. Потом ее несли через лагерь после ссоры с мужем.
На Эвересте и без этого хватает опасности: высота, холод, усталость, ошибки. В жизни Лхакпы к этому добавлялся страх перед человеком, с которым она жила.
Дом с батутом
В 2009 году у семьи был дом в Хартфорде: четыре спальни, батут во дворе, комнаты для дочерей. Наверху жил больной отец Джорджа, Валериу. Лхакпа ухаживала за ним.
Со стороны это выглядело как обычная семья: дом, дети, двор, пожилой родственник.
Потом начались финансовые проблемы. У Джорджа был рак, появились медицинские счета, ударила рецессия. Денег становилось меньше. Напряжения – больше.
В 2012 году, на день рождения старшей дочери, Лхакпа поехала на автобусе в супермаркет за едой для праздника. На карточке продовольственной помощи денег не оказалось.
Она вернулась без продуктов.
По ее показаниям, муж обвинял ее в том, что она не приготовила еду, и требовал купить алкоголь. Но на такую карточку алкоголь купить нельзя.
После нападения Лхакпа попала в больницу Хартфорда. Потом ее с дочерьми перевезли в женский приют.
В суде она передавала угрозу, которую, по ее словам, произносил Джордж: сначала он убьет ее, потом девочек, потом себя.
В приюте ей объясняли правила безопасности. Выходить из дома только с полностью заряженным телефоном. Смотреть, куда идешь. Думать, как быстро можно позвать на помощь.
Она умела ходить по опасным горным маршрутам. Но теперь опасной стала обычная улица.
5 января 2015 года судья Хорхе Саймон расторг брак. Лхакпа получила единоличную юридическую опеку над дочерьми. В решении суда говорилось, что муж относился к ней скорее как к собственности, чем как к человеку, будто она больше годилась для переноски грузов, чем для воспитания детей.
После суда у нее остались дети, работа, счета и страх. Жизнь нужно было выстраивать заново.
Перед публикацией подробностей своей истории Лхакпа просила журналиста сказать ей дату выхода материала. Ей нужно было понимать, как потом ходить по улице.
Сертификаты в шкафу
После развода Лхакпа жила очень скромно.
В 2016 году ее описывали как женщину, которая водит девочек из школы, ездит автобусом, работает на уборке и кассиром в небольшом магазине. На двух работах она зарабатывала около 400 долларов в неделю. Позже она мыла посуду в супермаркете, убирала дома, бралась за другую низкооплачиваемую работу.
Сертификаты с Эвереста лежали у нее в шкафу.
В 2019 году о ней писали: минимальная зарплата, посудомойка, нет машины, на работу она ходит пешком. У нее были старые ботинки со сломанной деталью для шнурка, оранжевый рюкзак, который уже бывал на Эвересте, и старая кислородная маска. Новым маскам она доверяла меньше.
Несколько раз она брала на Эверест журнал Опры Уинфри. Она мечтала с ней встретиться.
Лхакпа говорила, что восхождение было для нее способом выбраться из мойки посуды и дать дочерям лучшую жизнь.
Для кого-то Эверест был мечтой. Для нее – работой и шансом заработать.
Супермаркет вместо спортзала
О подготовке к горам Лхакпа говорила просто: ее тренировка – это работа, а супермаркет – ее спортзал.
Другие альпинисты могли готовиться с тренерами, врачами, планом питания, новым снаряжением и контрактами. Лхакпа работала. Стояла на ногах. Носила тяжести. Мыла. Убирала. Шла домой к детям. Считала деньги.
Ее тело оставалось сильным, потому что отдыхать было некогда.
В обычный день она могла идти на смену с сумкой и думать о дочерях, деньгах, работе и следующей экспедиции. Люди рядом не знали, что эта женщина уже поднималась туда, где большинство не сможет сделать и нескольких шагов.
Десять лет без вершины
После шестого восхождения Лхакпа почти на 10 лет отошла от Эвереста. У нее были дети, тяжелый брак, развод, работа, бедность и страх.
Горы оставались частью ее жизни, но сначала нужно было выживать внизу.
В 2015 году она попыталась вернуться на Эверест, но сезон сорвало землетрясение в Непале. Погибли люди, экспедиции закрывались.
В 2016 году она снова поднялась на вершину. Это было ее седьмое восхождение. Потом были 2017, 2018 и 2022 годы.
У нее не было большой профессиональной команды. Не было постоянного менеджера, врача, тренера, пресс-службы. Были дети, счета, друзья, которые помогали собирать деньги, и желание снова работать в горах.
Она говорила на нескольких языках, но английский у нее оставался особенным. Это не мешало ей вести клиентов, разговаривать с журналистами, проходить суды и добиваться своего.
Лхакпа не была глянцевой героиней. После побед у нее часто начиналась обычная смена.
Дочь в базовом лагере
В 2022 году Лхакпа готовилась к 10-му восхождению. В это время снимался документальный фильм "Королева гор: вершины Лхакпы Шерпа".
С ней поехала дочь Шайни. Вторая дочь, Санни, осталась дома.
Ночью Лхакпа начала штурмовой выход около половины второго. Шайни осталась в базовом лагере.
Потом началось ожидание. Взрослые пытались связаться с четвертым лагерем по рации. Шайни спрашивала про кислородные баллоны.
Для зрителей это потом станет сценой из фильма. Для Шайни это была мать где-то высоко в темноте, холоде и ветре. Она могла только ждать новостей.
Лхакпа говорила, что на 10-й вершине хочет оставить позади свою темноту.
Она поднялась. Лицо обгорело на высоте, но она вернулась.
После фильма о ней стали говорить больше. Казалось, что теперь жизнь должна измениться. Но известность не оплатила счета.
Фильм вышел, уборки остались
После фильма о Лхакпе стали больше писать. Ее начали приглашать, обсуждать, показывать зрителям. В ее истории было все для кино: пещера, Эверест, тяжелый брак, дети, возвращение, рекорд.
Но жизнь не стала проще сразу.
В 2024 году писали, что Лхакпа продолжала убирать дома в Коннектикуте. Деньги на новые экспедиции приходилось собирать через народные сборы. Крупные бренды одежды и снаряжения для активного отдыха ей отказывали. Отказал и бывший работодатель.
Она могла быть героиней документального фильма и все равно думать, где взять деньги.
Зрители получили сильную историю. Лхакпа получила внимание и интервью. Но счета, работа и поиски спонсоров остались.
Эверест для нее был работой
Лхакпа говорит об Эвересте не как турист. Для нее гора связана с детством, работой, семьей и профессией. Она называла Эверест своим другом детства и лучшим другом.
Но она не говорит о горе как о чем-то, что можно победить. Ее правило простое: с горой нельзя драться, она сильнее человека.
Она выросла в месте, где погода, высота и маршрут решают больше, чем желание. Если гора не пускает, нужно разворачиваться. Если клиент слабеет, шерпа отвечает за чужую жизнь.
После 11-го восхождения Лхакпа говорила, что каждый раз ведет другого клиента, поэтому каждое восхождение ощущается по-новому.
Она также говорила, что без шерпов на Эвересте было бы намного больше погибших.
Эверест часто показывают через клиентов, которые платят за экспедицию и фотографируются на вершине. Но маршрут держится на шерпах: веревки, палатки, кислород, грузы, помощь тем, кто уже не может идти сам.
Лхакпа пришла именно из этой среды. Она начинала не как богатая клиентка, а как человек, который готовит, моет, несет и сопровождает.
К2 и 11-й Эверест
В 2023 году Лхакпа поднялась на К2. Ей было 49 лет. К2 часто называют одной из самых опасных гор мира. Сама Лхакпа называла ее горой-убийцей.
После 10 восхождений на Эверест и фильма она могла остановиться. Но в 2026 году снова пошла на Эверест и поднялась в 11-й раз.
К этому времени дети уже выросли. Лхакпа говорила, что теперь они дают ей больше свободы и она может делать то, что хочет. А хочет она снова идти в горы.
После 11-го восхождения она заметила, что Эверест изменился. На маршруте стало много людей: опытные альпинисты, новички, большие коммерческие экспедиции. В одном пересказе ее слов была деталь: вершина стала похожа на лицо кобры.
Лхакпа видела эту гору много раз. Для большинства людей Эверест – одна фотография. Для нее – место, куда она возвращалась снова и снова.
После вершины
В 2026 году Лхакпа снова стояла на Эвересте. Одиннадцатый раз.
На несколько минут вокруг были снег, флаги, кислородная маска, фотографии и люди, которые понимали: рядом с ними женщина с мировым рекордом.
Потом начался спуск.
Внизу ее снова ждала обычная жизнь. Старое снаряжение. Документы. Счета. Работа. Попытки найти деньги на новые экспедиции. Ее имя было в Книге рекордов Гиннесса, ее история была в фильме, но рекорд не сделал ее обеспеченной.
Эверест давно стал бизнесом. Клиенты платят десятки тысяч долларов. Бренды продают куртки. Фильмы продают вдохновение. Зрители любят истории про силу духа. А женщина, которая 11 раз поднялась на главную гору планеты, годами мыла посуду и убирала дома.
С Лхакпой как раз все понятно. Она дошла.
Вопрос в другом: почему Эверест кормит гидов, агентства, бренды, фильмы и мечты клиентов, а женщина, которая 11 раз поднималась на эту гору, годами не могла прокормиться собственным рекордом.