Полеводческая бригада собиралась у старого сарая, где хранился инвентарь. Наташа подошла к группе женщин, которые уже стояли с тяпками и граблями, и поздоровалась с ними.
- Здравствуй, Наталья, - ответила пожилая женщина по имени Анисья. - Ты, говорят, опять с нами работать будешь?
Глава 1
- Да, и я этому очень рада.
- Вот и славно. А то каждые руки на счету. После дождей такой сорняк пошел, что хоть с поля не уходи. Свеклу сегодня полоть будем, - подала голос бригадир Галина. - Бабы, песню запевай!
Катюша, молодая женщина, что недавно вышла замуж, запела задорную песню про любовь, остальные подхватили её и направились в сторону поля, где росла свекла.
В обеденный перерыв, когда привезли им котелок с супом из колхозной столовой, женщины уселись за стол, там же была и Ольга Петровна. И так вышло, что место свободное было рядом с ней. Девушка замешкалась.
- Наталья, иди к нам, - позвала Анисья. - Чего стоишь? Горячего похлебать надо. А я вот еще сальца домашнего принесла с собой, поешь, а то исхудала в последнее время.
Наташа подошла и села рядом с Ольгой Петровной. Она ела молча, стараясь не касаться мать Павла. А потом вдруг одна из девчат, что умом особо не отличалась, громко спросила, вытирая концом платка губы:
- А что, Наталья, правда, что твой батька колхозное добро воровал, али оклеветали его?
Наташа почувствовала, как краска заливает лицо.
- Ты чего до неё пристала? - сурово поджала губы бригадир Галина, а Наталья увидела, как Ольга Петровна усмехнулась. Мол, о чем я тебе и говорила?
- Интересно просто.
- За собой следи. Отец ее наказание заслуженное отбывать будет, а она за его дела не отвечает. И вообще, на собрания ходить надо, чтобы потом глупые вопросы не задавать.
- А я что... Я ничего, - смутилась любопытная. - Вот просто интересно теперь - а возьмут ее учиться?
Наталья повернулась к ней и тихо сказала:
- А я теперь и сама не поеду. Мне теперь работать надо, и перед колхозом за отца отвечать. Коли направят меня на учебу - послушно поеду. Ежели скажут в поле работать - так буду. Скажут коровник чистить - лопату возьму и пойду!
После обеда работа пошла быстрее. К вечеру Наташа чувствовала, что руки отваливаются, но она была довольна - она сделала сегодня больше, чем некоторые другие.
Когда она подходила к своему дому, то увидела, как в ее направлении двигается Павел. Он шёл быстрым шагом, сердце её забилось часто-часто, а на лице застыла улыбка.
- Наташа! - крикнул он, размахивая свертком. - Иди ко мне, милая. Глянь, что я тебе привез!
С неё словно слетела усталость. Она подошла к Павлу и тот, никого не стесняясь, произнес:
- Сперва поцелуй!
Она рассмеялась и поцеловала его в щеку, но ему этого оказалось мало. Он впился в нее губами, а потом, оторвавшись от девушки, протянул ей сверток.
- Что тут? - с любопытством спросила Наташа.
- Это отрез на фату. Я в городе сегодня был, зашел в магазин, а там ткани... Вот и решил взять. Еще немного подкопим денег и сможем купить отрез на платье. Ты у меня будешь самая красивая невеста.
Лицо девушки погрустнело.
- Паша...
- Моя мать не имеет права указывать мне, с кем мне быть,- решительно сказал Павел, понимая, что она хочет произнести. - Я люблю тебя, Наташа. И я не позволю никому встать между нами.
- Но твоя мать... она ненавидит меня. Она считает, что я недостойна тебя. Что я принесу тебе только позор.
- Она изменит свое решение. А если нет... Что ж, это её выбор.
Он обнял её, и Наташа почувствовала, как внутри разливается тепло. Но было и тревожно. Вот уж что она не хотела - это чтобы между Павлом и Ольгой Петровной разладились отношения.
Они стояли обнявшись, и ветер дул им в лица, и казалось, что весь мир затих вокруг. Но Наташа знала, что впереди ещё много испытаний. И что самое трудное ещё впереди. Но она справится, она обязательно докажет Ольге Петровне, что достойна её сына.
****
Дни тянулись один за другим, похожие друг на друга, как капли воды. Наташа работала с утра до вечера, вкалывала так, что к концу дня у неё подкашивались ноги.
Но самое трудное было ладить с Ольгой Петровной. Они постоянно сталкивались - на работе, в сельсовете, в сельпо. И каждый раз Ольга Петровна смотрела на неё так, будто видела перед собой врага. Павел предлагал ей свою руку и сердце, но Наташа хотела, чтобы всё было правильно. Если они распишутся сейчас, то матери Павла не будет на свадьбе. А еще хуже - проклянет она ее. И девушка попросила хотя бы год. Дать ей год на то, чтобы заслужить уважение будущей свекрови или хотя бы дать ей время привыкнуть к тому, что молодые люди не отступятся от своей любви.
Так прошла осень, зима и наступила весна. Павел относился к матери с уважением, но, едва заходила речь о свадьбе, она тут же в штыки все воспринимала. И метался парень как между молотом и наковальней.
Однажды в конце апреля, когда они сажали картофель, Ольга Петровна и Наташа вновь работали в одной бригаде.
В обеденный перерыв Наташа сидела в тени старого дуба, ела хлеб с молоком и думала о том, как ей завоевать расположение матери Павла. Она понимала, что просто словами тут не обойтись. Нужно было что-то сделать. Что-то, что докажет её искренность.
И вдруг она услышала крик. Ольга Петровна, которая несла ведро с картошкой, вдруг взмахнула руками и упала. Ведро покатилось в сторону, картошка рассыпалась по земле, а сама Ольга Петровна осталась лежать на земле, держась за ногу и тихо постанывая.
Наташа не задумываясь бросилась к ней.
- Ольга Петровна! Что случилось? Вы ушиблись?
- Не твоё дело, - простонала та от боли и злости, пытаясь встать. - Отойди.
Но Наташа не отошла. Она опустилась на колени и взяла Ольгу Петровну за руку.
- Похоже, вы подвернули ногу. Давайте я помогу вам дойти до медпункта.
- Я сказала, отойди! - огрызнулась Ольга Петровна. - Не нужна мне твоя помощь. Чего ты ко мне привязалась?
- Потому что если бы на вашем месте была моя мать, я бы тоже хотела, чтобы кто-то помог ей, - произнесла девушка.
Ольга Петровна отвернулась, и Наташа заметила, как у неё дрогнула губа. Она помогла женщине встать, подставила плечо, и они медленно побрели в сторону медпункта, который, к счастью, был недалеко. Картофельное поле находилось рядом с селом, а медпункт был третьим домом с начала улицы. Но, несмотря на близость расстояния, дорога была долгой и трудной. Ольга Петровна то и дело охала и ругалась, но Наташа терпеливо вела её, не обращая внимания на ругательства. Она чувствовала, как Ольга Петровна опирается на неё, как тяжело дышит, как каждый шаг причиняет ей боль.
У входа в медпункт Ольга Петровна остановилась.
- Спасибо тебе, что довела, - произнесла она, глядя Наташе прямо в глаза. - Ты ведь знаешь, что я не изменю своего мнения о тебе. Что я всё равно буду против твоего брака с Павлом. Ты никогда не будешь с моим сыном!
- Сейчас не об этом нужно вести речь. Самое главное - чтобы не было перелома.
- Нет там никакого перелома, просто нога соскользнула и я упала неудачно.
****
Вывих оказался не таким серьёзным, как боялась Наташа, но она проводила Ольгу Петровну до дома, так как врач наложил ей тугую повязку.
- Давайте я вам чаю заварю. Или... Скажите, может, что-то нужно? Чем-то помочь?
- Возьми там... В комоде... Рублей немного возьми, за помощь свою. А больше ничего не надо, - укладываясь на кровать, произнесла Ольга Петровна, а Наталья покачала головой и вышла из дома, громко хлопнув дверью. Она вышла на крыльцо и зарыдала. Хорошо, что Павла дома не было, не хотела она, чтобы он видел её слезы.
А вечером она пришла и полила грядки. Не знала Наташа, что Ольга Петровна за ней наблюдает. Да ей все равно было - прежде всего она делала это для Паши. Тот задерживался на дальнем поле, устанет, небось, а тут еще нужно полить огород. Закончив, она огляделась - через пару дней, если Ольга Петровна еще будет с повязкой, она прополет пару грядок, где уже пробились сорняки.
****
Шли дни. Ольга Петровна, хоть и нехотя, приняла помощь Натальи. Сначала она отмалчивалась, когда девушка приходила подоить корову, поливать огород или пропалывать грядки, потом начала бурчать что-то невразумительное, а через неделю, когда повязку сняли, и вовсе произнесла:
- Наташка, зайди и чаю попей. Хватит, как воришка, по огороду тихонько бродить.
Для Натальи это было словно гром среди ясного неба. Она даже растерялась, не зная, что ответить. Но сердце её забилось от радости. Маленькая победа? Или просто усталость и болезнь смягчили сердце Ольги Петровны? Наташа не знала, но решила не упускать свой шанс.
- Ты новость слыхала? - лицо Ольги Петровны было каким-то странным. Там читалось сочувствие, которого Наташа никогда не видела у этой женщины в отношении себя.
- Какую новость?
- Машка, что писарем работает, сегодня с утра заходила. Говорит, что документ пришел на твоего отца. Странно, что тебе первой не принесли. Хотя... Ты ж отказалась от него.
- Отказалась, - кивнула Наташа, но вздрогнула. - А что в том документе?
Отставив кружку, Ольга Петровна уставилась в стол и стала правой рукой убирать с него невидимые крошки, словно собираясь с мыслями и думая - говорить или нет. Наталья сидела тихо, боясь нарушить эту тишину. Наконец женщина подняла голову и произнесла:
- В лагере, в Якутии, где отбывал срок твой отец, произошел бунт и стычка. И он активно в ней участвовал. И известно, что он погиб в ходе этой стычки.
Девушка смотрела на будущую свекровь и внутри у неё похолодело. Как бы она ни относилась к отцу, как бы ни боялась его, как бы не презирала за то, что он сделал с её матерью и с ней самой, это был её отец. Единственный родитель, пусть и такой, каким он был.
- Мне жаль, - вдруг сказала Ольга Петровна. - Не твоего отца. Он... он был плохим человеком, дочка. Он обижал и тебя, и мать твою. Я это всегда знала. И знала, что это всё добром не кончится. Мне жаль тебя. Потому что ты не, наверное, не заслужила этого.
Наташа подняла на неё глаза, полные слёз.
- Вы меня назвали дочкой...
- Посмотри на меня, - Ольга Петровна не ответила ничего на последнюю фразу Натальи, будто сама постеснялась того, что сказала. - Я в своей жизни навидалась всякого. И мужа своего потеряла, оставшись с сыном на руках, и голод пережила, и войну эту проклятую. Я знаю, что такое потеря. И знаю, что такое, когда тебя не любят, потому что меня тоже отец не любил. Он никого не любил из своих дочерей, зато мальчишек баловал. А Прохор... Я видела в нем своего отца, глядела на него и вспоминала детство. Я не хотела, чтобы ты выходила замуж за Павла, потому что в таком случае Прохор был бы моим сватом. А потом... Потом его арестовали и не было у меня желания видеть в доме дочь врага народа.
- Я отказалась от отца прилюдно, - тыльной стороной ладони вытерла слезу Наташа. - И даже после этого...
- А после этого я просто не смогла "развернуться". Но когда ты меня в тот раз до медпункта довела, когда домой проводила, когда огород поливала, не прося ничего взамен... Я поняла, что ошиблась. Ты прости меня, девочка. Прости. Так стыдно мне вдруг стало, когда я смотрела, как ты трудишься на моей земле безвозмездно. И ты мудрее, добрее и честнее, чем я...
Ольга Петровна тяжело вздохнула и взяла Наташу за руку.
Наташа не выдержала и разрыдалась. Все эти месяцы она держалась, терпела, молчала, доказывала, что она достойна, что она не такая, как её отец. И вот сейчас, когда она услышала эти слова, всё напряжение прорвалось наружу.
- Тише, тише, - Ольга Петровна обняла её, прижимая к себе. - Поплачь, доченька. Поплачь, а со слезами горе смоется.
Они сидели так долго. Пока Наташа не выплакала все свои слёзы. А когда наконец успокоилась, Ольга Петровна вытерла ей лицо своим платком.
- Слушай, - сказала она. - Я тут подумала... Ты будешь очень красивой невестой. Знаешь почему?
- Почему? - сквозь слезы улыбнулась Наташа.
- Потому что к твоим глазам замечательно подойдут мои серьги с зеленым камнем. Их Макар мне подарил, когда я Пашу родила. А еще, думаю, Паша не ту ткань на платье привез из города. У меня лучше есть, и кружева на наряд пришьем. Я уж в этом мастерица.
Наташа улыбнулась и крепко обняла Ольгу Петровну.
Через неделю, в воскресенье, Павел и Наташа объявили о своей свадьбе. А потом Наташа и Ольга Петровна взялись за приготовления.
25 июня столы накрыли прямо на улице, потому что в доме не помещались все желающие. Тётка Марьяна плакала от счастья, ведь к племяннице она относилась как к дочери. Ольга Петровна сияла, а Павел не сводил с Наташи восхищённых глаз. В белом платье, с венком на голове, она была словно сошедшая с картины.
- Я тебя люблю, - шепнул он ей во время танца. - И всегда буду любить.
- И я тебя, - ответила Наташа. - И знаешь что? Я благодарна судьбе за всё. Даже за те испытания, что нам пришлось пройти. Потому что они сделали нас сильнее. И как я рада, что мы поженились именно с согласия мамы Оли, а не тайком. Тогда бы у меня никогда не было такой свадьбы.
****
Ольга Петровна настояла на том, чтобы Наташа поехала в город учиться на животновода. Она в будние дни жила в общежитии для учащихся, а на выходные приезжала домой.
Павел уже был не просто счетоводом, а заместителем председателя колхоза. Ольга Петровна души не чаяла в невестке и внуке, который родился летом 1951 года, а потом баловала от души двух близняшек Дашу и Машу, что появились на свет 17 мая 1954 года.
А спустя годы, когда дети подросли, Наташа принимала и невестку, и зятьев с радушием, помня о том, с чем ей когда-то пришлось столкнуться. К слову сказать, со свекровью она была близка и дружна до самой смерти Ольги Петровны в 1969 году.
Павел ушел из жизни в 2008 году, а Натальи не стало в 2011 году.
Спасибо за прочтение. Другие рассказы можно прочитать по ссылкам ниже:
Присылайте свои истории по контактам в описании канала.