И вдруг во мне просыпается что-то невиданное до этого мгновения. То, о чём пишут в книгах и снимают фильмы. Воля к жизни или даже скорее материнский инстинкт. Желание защитить своего ребёнка любой ценой. Где-то в глубине существа во мне открывается второе дыхание, о существовании которого я даже не подозревала.
Я не помню, как встаю. Просто в какой-то момент понимаю, что стою на ногах, держась за дверной косяк. Ноги дрожат, подгибаются, но я все же стою. В морей голове ни одной мысли, только чистый, животный импульс: не дать уйти Анне. И не дать им заморочить ей голову своей сладкой ложью.
Я делаю шаг, затем ещё один. И выхожу в коридор. Там темно, только из кухни льётся свет, выхватывая их силуэты.
Картина, от которой кровь стынет в жилах. Анна стоит у порога, она уже в куртке, протягивает руку к ручке двери. Шахизад стоит рядом, с любезной, приторной улыбкой на лице, одной рукой она придерживает дверь, не давая Анне открыть её полностью. Игорь чуть поодаль от них, с виноватым лицом, переминается с ноги на ногу, как провинившийся школьник.
— Спасибо большое за заботу, — щебечет Шахизад, — но правда, всё хорошо. Вы не волнуйтесь, мы позвоним, как только...
Она делает многозначительную паузу.
— Ну, вы понимаете. С наступающим вас!
— С наступающим, — эхом вторит Игорь, не поднимая глаз.
Анна колеблется. Я вижу, как она смотрит на дверь, ведущую в спальню, туда, где, как ей сказали, что я «отдыхаю». В её глазах заметна борьба между желанием убедиться и нежеланием нарушать чужие границы.
— Может, я всё же зайду на минутку? — неуверенно говорит она.
— Просто посмотрю на неё. Мне и пяти секунд хватит.
— Ну что вы, что вы! — Шахизад всплёскивает руками, изображая заботливую свекровь.
— Она же спит, бедняжка, такая уставшая была сегодня. Разве можно будить? Сон для беременной - самое важное. Я как медсестра говорю.
Она врёт так убедительно, так естественно, что я сама на секунду сомневаюсь: а может, мне все только кажется? Может, нет никаких ножниц, никаких угроз, никакого заговора?
Но новая схватка, острая, выкручивающая все мое тело, возвращает меня в реальность. Я хватаюсь за стену, чтобы не упасть, и издаю звук. Тихий, сдавленный стон, который вырывается помимо моей воли. Но Анна не слышит меня, она продолжает с подозрением смотреть на Шахизад, которая уже растворила перед ней входную дверь, намекая, что пора бы убраться из квартиры.
— Еще раз спасибо, что зашли, — произносит она тоном, в котором слышится нетерпение.
— Не за что, - отвечает Анна и её нога уже пересекает дверной порог.
Но в этот момент подруга оборачивается.
— А вы точно свекровь Ники? — залает она настолько неожиданный вопрос, что лицо Шахизад удлиняется от удивления.
— Конечно, милая, а кто же ещё? Что за вопросы?
— Просто Ника написала мне, что вы, - с этими словами Ника тычет в Игоря, — Что вы привели в дом другую женщину!
Игорь аж давится слюной от шока. Он начинает кашлять, а Шахизад нежно, но настойчиво бьет его по спине.
— А свекровь разве не женщина? - усмехается Шахизад.
— Мы наверное просто что-то недопоняли или автозамена… Ну откуда у Игорёчка может быть другая женщина, он любит только Никушу. Да?
Шахизад переводит взгляд на Игоря, тот слабо и неопределенно кивает, а затем тихо произносит:
— Да, конечно, она же моя жена…
Шахизад похлопывает его по спине и улыбается, довольная своей полной властью.
— Ну вот. Так что милочка, вам и правда пора.
— До свидание, - говорит Анна, разворачиваясь, чтобы уйти.
— Аня, стой! - хриплю я, не узнавая собственного голоса.
Он звучит как скрип не смазанного колеса от телеги. Но этого достаточно.
Анна замирает. Её рука застывает на ручке двери. Она медленно поворачивает голову в сторону коридора, туда, где я стою, вцепившись в стену.
— Что это? — спрашивает она, и в её голосе появляются металлические нотки.
— Да ничего, ничего! — быстро говорит Шахизад, но в её голосе впервые проскальзывает паника.
— Это телевизор, наверное, у соседей. Игоречек, включи музыку, а? А то что-то нет Новогоднего настроения.
Но Игорь не двигается. Он смотрит на меня, когда я, преодолевая нечеловеческую боль,
Муж меня увидел. Его лицо становится белым, как салфетка, которой он вытирал руки.
— Аняяяяя…. - повторно хриплю я и захожусь душераздирающим кашлем, как будто сбежала из «проклятых рудников».
Анна резко оборачивается. Наши взгляды встречаются через полумрак коридора. Я вижу, как меняется её лицо: от неверия до ужаса.
— Ника, — выдыхает она и делает шаг ко мне.
— Аня, — шепчу я, и слёзы текут по щекам. — Аня...
Я пытаюсь идти к ней, но ноги подкашиваются, и я падаю на колени прямо посреди коридора. Холодный паркетный пол обжигает кожу, но мне всё равно. Я смотрю на неё, на мой единственный спасательный круг в этом море безумия.
Анна бросается ко мне, но Шахизад вдруг перехватывает её за руку, впиваясь своими ногтями в ее запястье.
— Куда? — шипит она, а вся её слащавость испаряется в один момент.
— Я сказала проваливай! Ты что, не понимаешь по-человечески?
— Руку убрала, — голос Анны звучит жестко.
— А то что? — Шахизад усмехается, но в её усмешке есть одна лишь злоба.
— Позвонишь в полицию? Так я сама позвоню, скажу, что какие-то психованные врываются в квартиру, нападают на хозяев.
— На хозяев? — Анна смотрит на неё с таким презрением, что даже я чувствую его силу.
— Ника - хозяйка этого дома, а ты вообще кто такая?!
— Не твоё дело, — огрызается Шахизад и делает шаг вперёд, загораживая проход.
— Убирайся отсюда, пока цела. Игоречек, закрой за ней дверь!
Это уже звучит, как угроза, намекающая, к тому же, что, прежде, чем закрыть дверь, Игорю придется вытолкнуть Анну из дома.
Игорь не двигается. Он как статуя застыл у входа, переводя взгляд с одной женщины на другую.
Мне становится противно даже смотреть на него. Он тряпка. Жалкая, ничтожная тряпка, неспособная толком ни на что.
— Игорь, — шипит Шахизад, — ты слышал, что я сказала?
— Я... — начинает он, но не успевает закончить.
Анна пользуется их заминкой. Она резко вырывает руку из хватки Шахизад и делает несколько быстрых шагов в мою сторону.
Но Шахизад эту тут же замечает. Она хватает Анну за плечо, разворачивает к себе и замахивается. Я вижу этот замах, вижу, как её ладонь летит к лицу Анны.
И тогда во мне что-то меняется.
Я не помню, как встаю. Не помню, как оказываюсь рядом с ними. Но в какой-то момент я уже там, а в моих руках грязная тряпка, та, которой Шахизад вытирала пол после разлитой воды. Она валялась у входа в ванную. Я подхватываю её и, не думая ни секунды, со всей силы бросаю в лицо Шахизад.
Мокрая, холодная и вонючая тряпка шлёпается ей прямо в физиономию с отвратительным хлюпающим звуком.
Шахизад вскрикивает, отшатывается, хватается за лицо, и на секунду теряет равновесие.
Этой секунды Анне хватает, чтобы оказаться рядом со мной.
— Ника, — выдыхает она, подхватывая меня под руки. — Держись за меня. Мы уходим.
— Стоять! — орёт Шахизад, вытирая лицо рукавом моего халата. — Игоречек, не стой столбом! Хватай их!
Игорь делает шаг вперёд, но Анна смотрит на него с таким ледяным презрением, что он замирает.
— Только тронь, — тихо говорит она. — У меня муж полицейский. Майор. Если я сейчас позвоню ему и скажу, что здесь происходит, через десять минут тут будет ОМОН со спецоперацией. Хочешь проверить?
Воцаряется тишина. Такая напряженная, что кровь стынет в жилах. Шахизад замирает на месте, но её лицо дёргается. Она просчитывает варианты, Анна блефует или нет?!
— Она врёт, — шипит Шахизад, но в её голосе уже нет прежней уверенности.
— Проверь, — пожимает плечами Анна. — Давай. Только учти: я наберу номер, и всё, что здесь происходит, будет зафиксировано. Твои ножницы, твои инструменты, твои угрозы. И попытка убийства беременной женщины. Это статья уголовного кодекса.
Шахизад сжимает челюсти. Её руки трясутся. Она смотрит на меня, на Анну, на Игоря, и понимает, что проиграла. По крайней мере в этом сражении.
— Игоречек, — выдавливает она, но в её голосе вместо привычного приказа, теперь звучит мольба. Из агрессора она быстро переквалифицировалась в жертву. — Сделай что-нибудь…. Ты слышал, что она сказала обо мне? Это клевета! Заставь её извиниться!
Но Игорь молчит. Он смотрит в пол и молчит. Пользуясь моментом Анна шепчет мне:
— Успела собрать сумку и документы?
Я киваю, мысленно вспоминая, все ли собрала.
— Почти. Сейчас дособеру .
— Тебе помочь? - спрашивает подруга.
— Не надо, я справлюсь.
Я ухожу в спальню и нахожу глазами сумку, паспорт, обменная карта, телефон. Новая схватка дает о себе знать острой болью. Я принимаю решение. Лучше пусть меня довезет скорая. Аня может не успеть довезти до роддома. Интервал между схватками становится все короче, рода могу начаться в любую минуту.
Я снова звоню в скору, на этот раз зная, что мой звонок никто не прервет. Аня стоит в коридоре на моей защите, пока я набираю номер, до меня доносится её голос, обращенный к моему мужу:
— А теперь поговорим с тобой, — говорит она тихо, но от этого тихого голоса даже у меня мурашки бегут по коже. — Ты хоть понимаешь, что ты натворил?
— Я... я ничего не... она сама...
— Она сама? — перебивает Анна. — Ты привёл в дом другую женщину. К беременной жене. За день до родов. И называешь это заботой?
Муж что-то мямлит в ответ, а я дозваниваюсь до скорой, диктую адрес и сообщаю о своем состоянии.
— Ждите, — сухо отвечает мне женский голос.
Я кладу телефон в сумку, поверх документов и выхожу с ней в коридор, где Анна продолжает свое наступление:
— Как ты мог так с ней поступить? — голос Анны дрожит от ярости. — Она твоя жена! Столько лет! Она носит твоего ребёнка! А ты...
Она замолкает, сглатывает, потом продолжает уже тише, но от этого тихого голоса постановка становится ещё более напряженной:
— Знаешь, я сразу поняла, что ты недоразумение, а не муж. Ещё когда ты Нику до курсов для беременных не довёз.
Я вздрагиваю. Курсы. Я тогда ездила на автобусе, мокла под дождём и снегом, потому что у Игоря всегда ты отговорки. То «важная встреча», то «совещание», то «командировка»
Я не жаловалась, думала: «Ну, работа, бывает». А Анна запомнила все до мелочей.
— Помнишь? — Анна смотрит на меня, потом снова на Игоря. — Она пришла на занятие вся мокрая, замёрзшая, потому что ты обещал отвезти, но у тебя же встреча была, в ди и с Шазмзад, да? А на следующий день я видела тебя в торговом центре с какой-то женщиной. Я тогда подумала, может, коллега? Но теперь я всё поняла.
— Это была не я, — быстро вставляет Шахизад. — Я только вчера приехала.
— Так ты спроси у своего Игоречка, — отрезает Анна, бросив острый взгляд в её сторону. — Может у него и третья жена есть!
— Игорь! — взвизгивает Шахизад. — Что она такое несет?!
Игорь отводит взгляд в сторону, он переминается с ноги на ногу, даже не глядя на Шахизад.
— Это что, правда?! — не успокаивается вторая жена моего мужа. — Немедленно отвечай, кто та женщина, с кем ты был в Торговом центре?! Иначе я за себя не отвечаю…
Я замираю от шока. Казалось, меня уже ничто не способно удивить за сегодняшний вечер, но он продолжает набирать обороты...
Если Шахизад действительно прилетела только вчера, то с кем же мой благоверный проводил все то время, когда пропадал на долгих "совещаниях" и "переговорах".
Неужели у него, и правда, есть ещё и третья жена?!
Я замираю с сумкой в руках, не веря своим ушам.
Шахизад стоит посреди коридора, вытирая лицо от остатков грязной воды, а её глаза горят таким огнём, что, кажется, сейчас спалят всё вокруг. Но этот огонь направлен не на меня. И даже не на Анну. А на Игоря, ее любимого Игоречка.
— Немедленно отвечай, я сказала! С кем ты был в торговом центре?! — повторяет вторая жена моего мужа, при этом ее голос взлетает до визга.
Игорь открывает рот, закрывает, снова открывает. Он напоминает рыбу, выброшенную на берег. Его взгляд мечется между мной, Анной и Шахизад, и в этом взгляде читается паника чистейшей воды.
— Я... это... — лепечет он.
— Не мямли! — орёт Шахизад, делая шаг к нему. — Ты сказал, что я единственная! Что эта беременяшка, — она кивает в мою сторону, — просто ошибка молодости, временная, что ты с ней из-за ребёнка! А теперь выясняется, что есть ещё какая-то?!
Я прислоняюсь к стене. Новая схватка накатывает, но боль физическая меркнет перед тем, что я слышу. Ошибка молодости. Временная. Он со мной из-за ребёнка. Все годы нашего брака были ошибкой его молодости?!
У меня подкашиваются ноги.
— Шахизад, успокойся, — Игорь тянет к ней руки, пытается дотронуться, но она отшатывается, как от прокажённого.
— У меня кроме вас двоих больше никого нет! Это была коллега! Мы просто кофе пили, обсуждали проект!
— Коллега? — шипит Шахизад. — А почему ты мне о ней не рассказывал?
— Когда мне было рассказывать? Это нетелефонный разговор, общение с ней под NDA.
— NDA - шмендией! Мне мог бы и рассказать! И по телефону!
— Да, вы не обижайтесь на него. Он не мог вам позвонить, потому что у него руки были заняты, когда он обнимал эту… свою клиентку! — Анна виртуозно подбрасывает масла в огонь!
— Ты её ещё и обнимал? — хрипит Шазмзад, как случающийся воздушный шарик, и мне кажется, что она сейчас испустит дух.
Я смотрю на Игоря и вижу, как его лицо меняется. С панического на затравленное. Он пойман с поличным, и он это знает.
— Это... это было давно, — бормочет он.
— Ещё до тебя.
— До меня?! — Шахизад заходится истерическим смехом. — Ты мне сказал, что с этой, — новый кивок в мою сторону, — у вас всё кончено! Что ты со мной! А сам...
Она не договаривает. Резко разворачивается и уходит на кухню. Слышен грохот посуды, она швырнула что-то об пол.
Воцаряется тишина. Тяжёлая, как свинцовое одеяло. Анна смотрит на Игоря с таким презрением, что, будь у него совесть, он бы сквозь землю провалился. Но у него, как сегодня выяснилось, совести нет. У него никогда не было.
— Ну ты и..., — выдыхает Анна, пытаясь подобрать слова. — Просто нет слов, кто ты!
Игорь смотрит на меня. В его глазах появляется мольба, та, что работала все годы нашего брака.
Этот взгляд «кота из Шрека» сглаживал все острые углы, когда муж задерживался на работе, забывал меня встретить или куда-то отвезти или ещё как-то косячил. Это взгляд означал «прости, этого больше не повторится».
Но я больше не желаю ничего понимать. Я вообще ничего не понимаю про этого человека.
— Игорь, — говорю я тихо, мой голос звучит странно спокойно. — Сколько их?
— Что? — переспрашивает он.
— Сколько у тебя жён? Две? Три? Может, целый гарем? Я имею право знать, с кем делила постель.
— Ника, ты не так поняла... — начинает он.
Но договорить не успевает. Потому что в этот момент раздаётся звук, который я ждала больше всего. Вой сирены. Скорой помощи. Она приближается, нарастает, и через минуту затихает прямо под нашими окнами.
— Приехали, — выдыхает Анна. — Твой кошмар окончен.
В этот момент подруга даже не подозревает, что мой кошмар только начинается.
Все части внизу 👇
Для вашего удобства я завела канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод в наш первый Новый год", Слава Богатых ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Все части:
Часть 7 - продолжение ❤️ (подпишитесь, чтобы не пропустить)